"Мы хотим работать на конечный результат"

Подкомиссия по атомной энергетике Совета Федерации организовала совещание на одной из стартовых площадок ФЦП «Развитие атомного энергопромышленного комплекса России на 2007-2010 годы и на перспективу до 2015 года». В совещании участвовал начальник Управления капитального строительства атомной отрасли Федерального агентства по атомной энергии  Алексей Тютяев:


- Алексей Александрович, какие проблемы наиболее актуальны при реализации федеральной программы развития атомной отрасли, на ваш взгляд?
- Проблем более чем достаточно. Самая главная – Росатом в том виде, в той конструкции, которая была до сего дня, не готов исполнять задачи, которые перед ним поставлены. Приведу несколько цифр.

В течение 15 лет в Росатоме новых строек практически не было. В последние годы  освоение капитальных вложений составляло в среднем до десяти миллиардов рублей в год. В 2007-ом необходимо освоить 26 миллиардов рублей, в 2008-ом – 63 миллиарда. Начиная с этого года, мы должны закладывать ежегодно по два энергоблока мощностью по 1000 мегаватт каждый.

Мы уже провели конкурс на строительство Нововоронежской АЭС-2. Завершены конкурсные процедуры по достройке четвертого энергоблока Калининской АЭС и второго энергоблока Ростовской АЭС. Продолжаем строить четвертый энергоблок Белоярской АЭС. И хотим в этом году, опережающим темпом, начать работы подготовительного периода по строительству Ленинградской АЭС-2.

Объем задач несоизмеримо возрос, а мощности по сооружению атомных энергоблоков остались в состоянии того периода, когда не было их загрузки. Это сегодня одна из главных проблем. Сходные проблемы были в РАО «ЕЭС России» и в других отраслях. Их удалось решить в той или иной степени перестройкой механизма управления строительным комплексом. Этим мы сейчас и занимаемся.

На площадке ЛАЭС собрались, чтобы еще раз вместе проанализировать сложившуюся ситуацию с целью – определить возможности и пути оптимизации управления строительным комплексом.

Существующая старая «веерная» система, когда все было централизовано на уровне государственного заказчика управления строительством, показала сегодня свою малую эффективность и нежизнеспособность. Мировая практика управления строительством давно подтверждает преимущества системы, построенной на базе инжиниринга.

Эта система нашла отражение в нашей традиционной энергетике, в РАО «ЕЭС России», в Федеральной сетевой компании и в других организациях. Но более полному ее внедрению мешает отсутствие необходимой нормативной базы. Например, в Гражданском кодексе нет такого понятия как «инжиниринг». В результате чего, как следствие, возникает масса проблем управленческого и экономического характера.

Другая проблема из «глобальных»: мы хотим работать на конечный результат. А механизм освоения бюджетных денежных средств настроен на то, чтобы отслеживать не всю стройку на пять-семь лет, а в годовом разрезе: сколько бюджетных средств выделили на год – столько задача всех участников этого процесса «проесть». Не создать что-то, а, в первую очередь, освоить деньги через коэффициенты, через любые ухищрения.

У подрядчиков нет интереса экономить денежные средства, потому что все, что они сэкономят у них будет изъято. Они сдают работы по тем расценкам, которые существуют со времен Советского Союза. Вся их излишняя прибыль будет обложена таким налогом, что станет им не нужной.

Такое противоречие в нормативных актах не позволяет применить нормальные рыночные механизмы для управления строительным комплексом.

- О каких конкретно ограничениях в  рыночных условиях вы говорите?
- Освоение бюджетных денег по ФЦП на строительство, закупку, поставку, пуско-наладку оборудования и прочее регулируется федеральными законами о государственных закупках: 94-ФЗ и в дополнение к нему 53-ФЗ. Ими установлен довольно жесткий регламент организации размещения госзаказа через конкурсные процедуры.

Например. Исполнителем функции госзаказчика в Росатоме является наше Управление капитального строительства атомной отрасли. Мы проводим конкурсные процедуры, начиная от объявления конкурса и кончая подписанием госконтракта. На все это уходит минимум пятьдесят дней.

Второй пример. Мы готовы начать подготовку строительной площадки под ЛАЭС-2, но без постановления правительства об открытии бюджетного финансирования, не имеем права начинать стройку.

- Это формальная сторона дела. А реально: сколько сегодня на рынке организаций, которые имеют лицензии, разрешительные документы для производства строительно-монтажных работ на таких объектах как атомные энергоблоки?
- Все зависит от условий, которые мы будем закладывать при проведении конкурсов. Сегодня потенциальных поставщиков комплексных услуг по строительству атомных электростанций у нас три: Московский, Санкт-Петербургский и Нижегородский «Атомэнергопроекты» (АЭПы), которые имеют все необходимые лицензии. Это не значит, что так будет всегда. По мере развития системы инжиниринга необходимые компетенции появятся и в других организациях, но для этого необходимо время.

Сегодня только в АЭПах сосредоточен весь цикл проектной деятельности по сооружению атомных электростанций. В то же время в них полностью отсутствуют строительные компетенции, компетенции по поставкам оборудования, по пуско-наладочным работам и другие. Их предполагается восполнять на этом этапе через заключение инжиниринговой компанией договоров генподряда со строительными компаниями. Вся координация в этом случае осуществляется уже инжиниринговой компанией, а не Росатомом или концерном «Росэнергоатом».

- Так сколько же у нас реальных строительных компаний, которые могут быть генподрядчиками по 26 энергоблокам, которые Росатом собирается построить до 2020 года в разных регионах?
- 26 энергоблоков будут строиться не за один год, а поэтапно. В этом году мы начинаем два новых энергоблока. В следующем – еще два и так дальше. Считаем, что «на пике» в среднем в году будут строиться от десяти до двенадцати энергоблоков: в европейской части страны, в центральной части и в зоне Урала. Рассматривается строительство атомных электростанций в Сибири и на Дальнем Востоке.

У нас сохранились так называемые «Управления строительства» бывшего Министерства среднего машиностроения. Придется, конечно, наращивать их компетенции, которые были утеряны за последние 15 лет. Но в принципе база у нас есть. И здесь, в Сосновом Бору, я посмотрел ее в первую очередь. Кроме того, есть такие строительные организации и за рубежом.

Приведу пример. Мы впервые организовали открытый тендер по достройке второго энергоблока Ростовской АЭС. Инжиниринговая компания «Нижегородский АЭП» выиграла конкурс и, в свою очередь, начала подбор потенциальных генподрядчиков и субподрядчиков. Их оказалось много. Честно скажу, я не ожидал этого и порадовался – есть из кого выбирать.

- А чем вас порадовала и чем огорчила «экспедиция» по строительно-монтажному комплексу Соснового Бора?
- Это моя личная оценка. Не думаю, что ее нужно публично детализировать. В целом она такова: станцию построить можно – сил достаточно.

- В подготовительный период, когда будет готовиться инфраструктура строительной площадки, финансирование пойдет за счет концерна «Росэнергоатом»?
- Да, из 1471,4 миллиардов рублей, предусмотренных на всю ФЦП, 796,6 миллиарда рублей – из внебюджетных источников, в том числе из средств концерна «Росэнергоатом». Объясню, почему это делается.

Правила проведения конкурсных процедур по нашим объектам очень жесткие. Достаточно сказать, что в среднем энергоблок с нуля строится у нас от шести до восьми-девяти лет. Задача стоит строить за пять лет. Наши законы ставят условия, чтобы мы зафиксировали цену на весь период строительства.

Можно было бы зафиксировать цену при относительно стабильной макроэкономической ситуации в стране. Но никто не может сказать сейчас, сколько будет стоить оборудование в следующем году. Если цены на строительно-монтажные работы еще можно регулировать как-то через коэффициенты, то цены на оборудование вообще непредсказуемы.

Скорректировать цены в будущем мы не сможем – закон позволяет производить корректировки в пределах десяти процентов. А чем корректировать остальное, когда цены на рынке складываются, исходя из объективного макроэкономического состояния страны? Так вот средства концерна «Росэнергоатом» используются в порядке буфера ценовых показателей.

- В каких ценах рассчитана ФЦП?
- Есть базовые цены. На их основании рассчитаны средние показатели стоимости энергоблока. Они соответствуют мировым. Есть специальный показатель Минэкономразвития – индексы-дефляторы пересчета цен из года в год. Сложением базовых цен с учетом индексов-дефляторов стоимость ФЦП была рассчитана в текущих ценах, в том числе будущих периодов.

- Во время посещения площадки ЛАЭС-2 строители, возможно, будущие подрядчики задали вопрос: кто проводит экспертизу цен? Есть специализированные международные аудиторские компании, которые могли бы выполнить эту работу?
- Есть. Но, к сожалению, мы применяем различные нормативные базы, как по проектированию, так и по ценообразованию, поэтому использовать иностранные аудиторские компании пока не представляется возможным.

Сегодня схема экспертизы у нас такая: ведомственная экспертиза на уровне Росатома и Главгосэкспертиза. В настоящее время по ЛАЭС-2 мы практически завершили разработку проекта и проведение ведомственной экспертизы. В ближайшее время сдаем проект в Главгосэкспертизу. Предполагаем подготовительный период строительства начать в сентябре, а тендер на весь объект провести не позже начала следующего года. И тогда уже стройка развернется по полной программе.

- У нас в стране есть такая проблема как коррупция. Строители говорят, что их накладные расходы растут из-за «откатов». В общественном мнении укоренилось, что строек без воровства не бывает. Какие меры вы будете принимать, чтобы обеспечить контроль над расходованием полутора триллионов рублей?
- В отношении коррупции рекомендую взять интервью у представителей ФСБ. Наша задача – обеспечить прозрачность бизнеса. Это одна из целей, с которыми я пришел в Росатом.

- Как вы представляете свою персональную ответственность за реализацию планов Росатома?
- В соответствии с моим опытом работы представляю, что такое стройка и масштаб задач, поставленных перед Росатомом. Меня пригласили сюда, чтобы их решать, применить механизмы, которые наработаны в мировой и международной практике.

Многие российские компании успешно работают на мировом рынке и имеют огромный опыт. В РАО «ЕЭС России» давно уже используют турбины, генераторы, теплотехническое и электротехническое оборудование зарубежных производителей. Основные требования – надежность, качество, цена и условия сервисного обслуживания. К сожалению, пока в Росатоме такого алгоритма нет.

Необходимо отдать должное новому руководителю – Сергею Владиленовичу Кириенко. Это уникальный человек, и в этом плане он не «зацикливается» на отечественном производителе: если не хватает наших сил, значит, будем выходить на внешний рынок. Совершенно правильная позиция! Недавно было подписано соглашение о создании совместного предприятия с фирмой «Альстом», которая имеет хорошую репутацию в мире. И это первый шаг.

При таком подходе создается самый главный рыночный стимул: наш производитель вынужден подтягиваться к мировому уровню. При монополизме качеством можно не заниматься, его все равно не будет, а когда появляется конкурент, складывается иная ситуация.

Роль всех наших экспертов сегодня в том, чтобы оценить собственный потенциал, который мы можем использовать в масштабах России, и определить потенциал, который нам необходимо привлечь извне.

Для себя определяю ответственность так: я пришел, чтобы предложить алгоритм исполнения ФЦП и реализовать его. Конечно, при условии, что этот алгоритм будет принят. Если все участники процесса будут работать на него, а не занимать позицию наблюдателя, если каждый будет работать в соответствии с требованиями, предъявляемыми к нему, и, самое главное, будет работать «на результат» – мы свою программу выполним обязательно.

Дорогу осилит идущий: не будем идти – никуда не придем, а когда есть еще и представление, куда идем, тогда точно достигнем цели.

- Сладить такую команду, начиная с рабочих мест на действующих станциях, с привлечения молодежи в атомную энергетику очень трудно.
- Тут много важных факторов, которые надо одновременно учитывать. Я успел посетить почти все наши стройки. Посмотрел, как люди там жили раньше и как теперь живут. Тогда были стимулы, сейчас нет. Скажу одно: очень сложно человеку, и молодому особенно, объяснить, что он нужный специалист при предложении ему зарплаты от пяти до семи тысяч рублей. Мы будем рассказывать о важности атомной отрасли и профессии, а реально заинтересовать не сможем. Это один из блоков вопросов, которые мы хотим обсуждать с нашими законодателями: депутатами и сенаторами. Потому что это уже не просто сложившаяся ситуация, это нормативное поле, в котором мы сегодня с вами оказались. Когда создадим условия для трудящихся и условия для исполнения программы, тогда она точно будет исполнена!


Интервью взяла Ольга ПЕТРОВА, отдел информации ЛАЭС

назад

Материалы из архива

11.2006 Духовное первично…

Е.А.Шашуков, директор музея ГУП НПО «Радиевый институт им. В.Г.Хлопина» Надежда на ренессанс ядерной энергетики заставила руководителей атомной отрасли, ученых, вузовских преподавателей, студентов обратить внимание на состояние дел в области ядерного образования, имеющего самое непосредственное отношение к кадровой политике в атомной отрасли. В частности, этот вопрос обсуждался на круглом столе, состоявшемся в Санкт-Петербурге в сентябре 2006 года, во время проведения Международного ядерного форума.

6.2007 Сегодня годовщина Балаковской аварии 1985 года

Игорь Карпов, депутат городской думы, город Курчатов Курской области Как следовало из коротких сообщений Минэнерго на «одной из АЭС» во время горячих промывок 1 блока АЭС были объединены 1 контур РУ, имевший рабочие параметры, и система низкого давления. На последней сработал ПК и пар был сброшен в помещение РУ. В ходе аварии на «боевом посту» было заживо сварено сначала 11 человек, затем, после повторного открытия граничной арматуры, еще 3 работника.

10.2006 Требования ядерной безопасности на ЛАЭС выполняются

На прошлой неделе, со 2 по 6 октября, на Ленинградской атомной станции параллельно работали две комиссии Генеральной инспекции концерна «Росэнергоатом». Одна, как уже сообщалось, инспектировала готовность ЛАЭС к работе в осенне-зимний период, другая проверяла состояние и выполнение требований ядерной безопасности на станции. Председателем обеих комиссий был назначен руководитель Департамента ведения инспекционной работы И.В.Зонов.