''Мы будем строить только АЭС''

О капитальном строительстве концерна «Росэнергоатом» рассказывает заместитель его генерального директора – директор по развитию Александр Константинович Полушкин:

- Александр Константинович, сколько стоит построить 1 киловатт установленной мощности АЭС?

- Я могу назвать сегодня только некую расчетную величину. В Федеральной целевой программе «Развитие атомного энергопромышленного комплекса России на 2007–2010 годы и на перспективу до 2015 года» стоимость одного энергоблока мощностью 1150 мегаватт определена в размере 45-50 миллиардов рублей. То есть стоимость 1 киловатта установленной мощности должна составлять примерно 40-43,5 тысячи рублей. Это так называемые «АЭС-2006», новое поколение энергоблоков с водо-водяными энергетическими реакторами – ВВЭР-1150.

- А сколько стоило строительство двух энергоблоков, последних из введенных в эксплуатацию: энергоблока №1 Волгодонской АЭС и энергоблока №3 Калининской АЭС?
- Совершенно не представительные цифры, которые ничего вам не скажут. Это не было новое строительство, это была достройка.

Ростовский энергоблок – так во время строительства называются энергоблоки Волгодонской АЭС – был в очень высокой степени готовности. Основной объем работ, которые мы там проводили, были ремонтно-восстановительные работы, поскольку энергоблок простоял более десяти лет в режиме консервации. Многое оборудование физически и морально устарело. Его пришлось либо ремонтировать, либо менять. Эти работы нигде никогда больше не повторятся. Они уникальны – были сделаны на этом конкретном энергоблоке.

На энергоблоке №3 Калининской АЭС было чуть меньше ремонтно-восстановительных работ, но было очень много работ по модернизации: внедрены новая физическая защита, новая активная зона, новая турбина – впервые в России мы пускали турбину Ленинградского механического завода, новая система возбуждения генератора. Очень много было новых технических решений, которых не было в первоначальном проекте. Поэтому пуск третьего калининского энергоблока скорее можно назвать достройкой, связанной с модернизацией. Тоже совершенно уникальное дело – свойственное только этому конкретному объекту.

Можно сказать только одно и в том и в другом случае: затраты были значительно меньше, чем новое строительство. А цифры ни с чем не сопоставимы.

- Какие сроки устанавливаются для строительства энергоблоков по проекту «АЭС-2006»?
- Федеральная целевая программа «говорит», что эти энергоблоки должны быть запущены в течение 5 лет строительства – то есть за 60 месяцев. Полагаю, практически этот срок можно выдержать при, как минимум, одном условии – подготовительные работы, которые действительно позволят развернуть серьезное строительство на площадке, должны быть выполнены заранее. Можете считать это шестым годом. Мы его считаем этапом подготовительных работ.

Нужно создать хотя бы минимальную инфраструктуру. Подвести к площадке автомобильные дороги и железнодорожный путь, потому что есть тяжеловесы, которые автомобилем не доставишь. Соорудить временную ограду территории, иначе мы не застрахованы от хищений. Создать условия для жизнедеятельности строителей – они не могут приехать в чистое поле и жить в палатках.

У нас есть так называемая «восьмая глава» в сводном сметном расчете, за счет которой строятся временные здания и сооружения. Это производственная база строителей: цеха укрупнения металлоконструкций, различные разгрузо-погрузочные площадки, склады, растворно-бетонные узлы и так далее – все то, без чего стройку начинать бессмысленно.

- Что собой представляют «Мероприятия по повышению заинтересованности населения в размещении АЭС», и какую долю они составляют в затратах на строительство?
- В 1992 году было выпущено Постановление Правительства РФ №761, которое говорило: для того, чтобы заинтересовать местное население и местные власти в районах строительства ядерно-опасных объектов, мы должны вкладывать до 10% сметной стоимости строительства в развитие социальной инфраструктуры.

Это могли быть дороги, детские сады, школы, больницы, объекты сельской газификации, электрификации, клубы и так далее – все то, что необходимо местным жителям, и что поддерживают местные власти. Через титул стройки это проходило как объекты «30-километровой зоны». Их количество и перечень утверждались, как правило, губернатором, согласовывались Минатомом, и мы вели финансирование.

Принятие такого постановления было продиктовано вполне определенной исторической ситуацией, когда после Чернобыля мы просто не могли по-другому разговаривать с населением, кроме как через механизм дополнительной заинтересованности. Это, во-первых.

Во-вторых, вспомните девяностые «голодные» годы, когда местные власти ничего не могли строить. У них не было бюджета, достаточного хоть для какого-то проживания. Дополнительные источники финансирования, которые мы создавали, были очень существенным подспорьем для жизнедеятельности населенных пунктов в регионах расположения атомных станций.

Сейчас ситуация в корне изменилась. Во-первых, и у субъектов федерации и у муниципальных властей появилась возможность формировать собственные бюджеты, вполне достаточные для их жизнедеятельности. Второе – мы прожили двадцать лет после Чернобыля, и это в какой-то степени «залечило раны», которые образовались в результате той аварии.

- «Залечило» не только время, но и опыт эксплуатации атомных станций?
- Безусловно. Двадцать лет мы не просто эксплуатировали энергоблоки, мы шли к совершенно другому уровню безопасности, бесконечно усовершенствуя, модернизируя и техническую часть и квалификацию персонала. И теперь мы не считаем необходимым продолжать «материальную заинтересованность». По этому поводу неоднократно выступал руководитель Федерального агентства по атомной энергии (Росатома) Сергей Владиленович Кириенко. Он высказывается достаточно жестко и определенно: мы будем строить только атомные станции.

Наше желание построить атомную станцию стоимостью три-четыре и более миллиарда долларов с новыми рабочими местами, с налогами, которые будем оставлять в регионе, с развитием инфраструктуры строительства, которая никуда после него не денется, – всех этих благ достаточно самих по себе.

Рассуждения С.В.Кириенко, на мой взгляд, очень здравые. Он говорит: представьте ситуацию, когда в какой-то регион приходит Олег Дерибаска со своим алюминиевым заводом, или Лукойл со своим нефтеперерабатывающим комбинатом, или Газпром с газоперерабатывающим предприятием. Неужели кому-нибудь из местных властей придет в голову просить у них еще денег? Им благодарны только за то, что они пришли в регион с крупным строительством: принесли налоги и начали развивать строительный комплекс и инфраструктуру.

С.В.Кириенко говорит однозначно: любой регион, который начнет требовать с нас денег за то, что мы пришли, для нас «закрыт» – строить мы там ничего не будем!

- Но в затратах на строительство энергоблока №4 Белоярской АЭС есть такая статья.
- У нас два таких объекта: энергоблок №2 Ростовской АЭС и энергоблок №4 Белоярской АЭС. Они попали в «переходный период». В сметах этих строек затраты на «30-километровую зону» уже были предусмотрены, проекты были утверждены. И поэтому С.В.Кириенко принял решение не менять эти проекты, не пересматривать их – сохранить преемственность обязательств. Но он договорился с губернаторами Свердловской и Ростовской областей, что затраты на «заинтересованность» мы сократим минимум в три раза по отношению к смете. Эти договоренности зафиксированы, суммы соответствующим образом уменьшены. Мы как джентльмены решили доплатить эти «остатки».

- Вы хотели, чтобы на большой ежегодной пресс-конференции Президента РФ, журналисты задавали вопросы об атомной энергетике?
- Почему же нет? Нас радует любая заинтересованная аудитория, живой интерес, который проявляется к нашей деятельности. Не далее, как накануне встречи президента с представителями СМИ 1 февраля, мы провели в Москве всероссийский семинар региональной журналистики. В огромном зале собрались журналисты, представляющие местные СМИ со всех субъектов федерации от Владивостока до Калининграда. Мы выступали перед ними, отвечали на вопросы, в том числе и на нелицеприятные – журналисты бывают разные, и взгляды у них разные. Это очень интересно. Это хорошо, что мы ведем открытый диалог.

- Какой ответ президента вы хотели бы услышать о развитии атомной энергетики?
- Мне не надо гадать – он его уже дал. В.В.Путин неоднократно высказывался о развитии атомной энергетики. По поручению президента мы разработали и утвердили в правительстве федеральную целевую программу, которая предусматривает пуск не менее двух энергоблоков в год, начиная с 2012 года. По поручению президента сейчас разрабатывается генеральная схема размещения энергетических мощностей России, согласно которой будут пускаться уже более чем два энергоблока в год.

В.В.Путин прекрасно понимает, что в стране уже сложился, видимо, невосполнимый дефицит газа и нефти. Уголь в европейскую часть страны не повезешь. Поэтому атомная энергетика – единственный выход. Президент в этом смысле высказался однозначно. Более того, пользуясь его поддержкой, мы сегодня и работаем.


Интервью взяла Ольга ПЕТРОВА, центр информации и связей с общественностью ЛАЭС

назад

Материалы из архива

1.2006 Наши поздравления Е.О. Адамову, лидеру и бойцу

"Федеральный суд Швейцарии объявил сегодня, что Адамов будет экстрадирован в Россию…" "Я удовлетворен этим решением как гражданин Российской Федерации, учитывая специфику моей биографии, включая работу министром в шести правительствах Российской Федерации с доступом к информации государственного значения", - говорится в заявлении Адамова. Однако, экс-министр "хотел бы очистить свое имя от безосновательных обвинений", выдвинутых против него правительством США.

1.2006 Призрак Минсредмаша

"Глава Росатома высказался за восстановление технологического комплекса, существовавшего в системе министерства среднего машиностроения СССР. "Все, что есть на территории России, Украины и Казахстана, - это элементы единого комплекса Минсредмаша, который надо восстановить", - заявил журналистам Сергей Кириенко по итогам переговоров. По его словам, это в интересах и России, и Казахстана, и Украины. "Выгоднее попробовать собрать комплекс вместе, чем достраивать отдельные его части"

7.2007 Россию оттесняют от казахского урана

 Михаил Сергеев, "Независимая газета" Российские атомщики рискуют лишиться традиционной сырьевой базы в Казахстане. Астана ведет переговоры о покупке 10% американской компании Westinghouse, крупнейшего конкурента «Атомэнергопрома», учредительные документы и совет директоров которого вчера утвердил премьер Михаил Фрадков. С помощью полученных у американцев технологий казахи намерены к 2014 году полностью прекратить поставку на внешний рынок, включая Россию, природного урана, заменив его экспортом готового продукта с высокой добавленной стоимостью – тепловыделяющих сборок, собранных не по российским, а по западным стандартам.