Как и на какой основе организовать надзор

В.Г.Вереземский, нач. лаборатории «Исследования ресурса оборудования» ВНИИАЭС

В одном из выступлений Премьер-министр России заметил, что пожар в Перми ярко высветил сращивание бизнеса с госструктурами. Для рядовых россиян это давно не секрет. Авария на СШ ГЭС также показала, что бизнес не очень заботится о тщательном выполнении требований обеспечения безопасности на своем производстве, если они мешают получению прибыли, тем более сверхприбыли. Не важно происходит это из-за низкой квалификации, по халатности или умышленно путем сращивания с госструктурами, например, в Перми, СШ ГЭС.



Бизнес уверен в своей неуязвимости, зная, что независимого расследования причин аварии не будет. Комиссия для расследования аварии на СШ ГЭС почти целиком состояла из зависимых чиновников и специалистов, потому ее выводы столь отличны от независимого мнения о причинах аварии, которое высказано в Интернете.  Вряд ли государство публично признает этот факт и поручит составить новый Акт и отметить очевидное нарушение требований закона «О техническом регулировании» не смотря на то, что закон вступит в действие только в 2010 году,

Время уходит, всё забывается, но проблемы остаются и вспомнят о них только после новой аварии. И обязательно с гибелью работников, а не владельцев или чиновников.

В [1] обоснованно отмечается, что разрешить проведение надзора  за безопасностью самому бизнесу нельзя. Крупный бизнес всегда на любом уровне будет всех убеждать любыми средствами, что у него всё хорошо и ничего кардинально менять не нужно, но до очередной аварии. Он знает, что риск аварий пока определять большинство не умеет, что власть не будет жестко настаивать на определении риска и сравнении его с допустимым риском, не пойдет по пути закрытия предприятий или наложением штрафа в размере возможных убытков. Государство крупный бизнес не бросит,  ему-то обязательно придет на помощь.

В [2] решение высвеченных проблем связывается  с созданием «системы» обеспечения безопасности и надзора за ней. В принципе это правильный подход, но как создать «систему», за какие средства, на каких условиях заставить выполнять её требования, с чего начать.

Лучше всего, по моему мнению, начать с разработки научно-технической части этой проблемы, для которой уже предложены новые подходы способные связать три главных понятия закона «О техническом регулировании» безопасность – риск – вероятность  с выходом на разрушение элементов конструкции или оборудования, которое, как правило, предшествует авариям на крупных объектах, например, разрушение шпилек на ГА2 СШ ГЭС.

Одним из таких подходов является переход на вероятностное обоснование прочности, которое должно опираться на вероятностные кривые усталости, о которых шла речь в материале ПроАтом «Вибрация взвела курок к началу аварии » [3].

В настоящее время усилия российского бизнеса в вопросах безопасности сконцентрированы на желании не отстать от Запада в терминологии. Во все документы включаются термины «управление сроком службы», «управление жизненным циклом», внедрение «инжиниринга» и другие.

Эти термины являются достаточно общими и более высокого уровня по отношению к используемым терминам при продлении срока службы конкретного оборудования и его элементов. Эти термины, как правило,  не предполагают проведения специального анализа данных измерений от систем диагностики, которые необходимы в качестве исходных при расчетных оценках ресурса, надёжности и риска (вероятности) разрушения и возникновения аварий.

Закон «О техническом регулировании» призывает к выполнению обязательных требований по обеспечению безопасности в терминах безопасность – риск – вероятность и фактически предлагает изменить существующий порядок детерминированного обоснования прочности и обеспечения безопасности на основе нормативных методик на объектах повышенной опасности, например, использования атомной энергии, на вероятностный подход.

Это изменение порядка можно выполнить, только разработав и приняв четкие правила (расчетные алгоритмы) связи между вероятностными характеристиками механических свойств металлов, действующими напряжениями в элементах и циклами напряжений совместно с методиками получения  характеристик разрушения на основе вероятностного суммирования усталостных повреждений.

В ноябре 2009 года корпорация «Росатом», ОАО «НИКИЭТ» и ООО «ИЦП МАЭ» провели семинар под названием «Прочность и надёжность оборудования», в рамках которого фактически не предполагалось рассмотрение научных и технических вопросов связанных с «обязательными требованиями к продукции» (п.1 ст.1 закона «О техническом регулировании»).

Взамен этому, всё внимание в решении семинара было сосредоточено на вопросах изложенных в последнем абзаце ст.2 закона – «своде правил – документе в области стандартизации…, который применяется на добровольной основе». Как будто все вопросы по ключевым понятиям закона безопасность – риск – вероятность и их обязательным числовым оценкам уже решены, имеются алгоритмы их расчета и осталось лишь сравнение с уже как бы известными допустимыми степенями риска.
В связи с этим в решении семинара отсутствуют мнения и предложения, представленные в докладах от института Машиноведения им. А.А. Благонравова РАН, НТЦ ЯРБ Ростехнадзора, ВНИИ АЭС, в которых отмечается необходимость определения ПИН (погрешностей и неопределенностей) в аттестуемых программных средствах и выполнение расчетов параметров риска.

В этих докладах подвергается критике ориентация в готовящемся Своде правил (предложение бизнеса) на неконкретный термин целостность элементов ядерных установок и на игнорирование предложения перехода на вероятностные расчеты прочностной надёжности.

В декабре 2009г. появилась публикация в ПРоАтом члена-корреспондента РАН Н.А. Махутова [4]  с определением риска как вероятности возникновения тяжелой аварии с учётом экономического ущерба. В связи с этим, научные усилия при подготовке Свода правил должны бы, в первую очередь, направлены на обсуждение предложений вероятностных подходов и разработку соответствующих алгоритмов расчетов прочности (прочностной надёжности). Н.А. Махутов также считает, «если не учитывать параметры риска, то из-за трещины могут разрушиться такие крупные объекты, как атомные станции».

Очевидно, что не Ростехнадзор должен разрабатывать документы, по которым он должен осуществлять надзор. Но необходимо, чтобы Ростехнадзор был активным участником работ по подготовке обязательных требований, чтобы со знанием дела мог требовать от бизнеса выполнение заложенных в законах требований в качестве обязательных для выполнения, но изложенных (бизнесом) в добровольной форме Свода правил.


Отдавать полностью разработку таких документов бизнесу, по всей видимости, нельзя. Разрабатывать такие документы для выполнения надзора должно независимое от бизнеса научно-техническое общество, финансируемое на средства специального фонда, создаваемого на обязательные отчисления от продажи продукции предприятий повышенной опасности, например, энергетических.

Как такое НТО организовать - нужно думать. Может быть, на первом организационном этапе оно может быть при ПРоАтом из его активных авторов.Считаю, что ПРоАтом очень хорошая площадка для начала работ в этом направлении. Создать подраздел Архива «Надзор за безопасностью» –первый шаг.

Использованные источники
1. Гордон Б.Г. К дискуссии о регулировании безопасности, ПроАтом,  29.10.2009.
2. Ковалевич О.М. Что же делать? ПроАтом,  24.11.2009.
3. Вереземский В.Г. Вибрация взвела курок к началу аварии, ПроАтом,  27.10.2009.
4. Махутов Н.А. Трещина в системе параметров риска, ПроАтом, 08.12.2009.

назад

Материалы из архива

12.2008 Лучшей заменой АЭС в Литве будет газ

Константин Симонов, генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности: - Атомные станции очень сложно и дорого строить. Есть опасения, что заявленные "советские" темпы - по два реактора в год - соблюдаться не будут, тем более в условиях кризиса. У нас в этой сфере достаточно много проблем - и в машиностроении, и у всех остальных участников производственной цепи. Надо понять, кто будет строить реакторы, кто будет строить станции, и надо помнить, что мощностей для строительства реакторов очень мало,..

6.2007 Наноядерная электроэнергетика; проект PIFAHOR

Е.А.Филиппов, д.т.н.,профессор, В.Л.Ломидзе, к.ф.-м.н, вед.н.сотр.Атомная энергетика нуждается в коренной реконструкции. Существующая администрация Росатома, ведомственные НИИ и Проектные институты расписались в своей административной и научной немощи, пойдя на дополнительное штатное допущение расплава активной зоны АЭС (такого раннее и не предпологалось) и последующего сбора кориума в контейнмент под корпусом АЭС во время ядерной катастрофы… (Из письма в редакцию)

2.2007 Без прошлого нет будущего

В декабре 2006 г. курские атомщики отметили сразу три профессиональных праздника: тридцать лет со дня ввода Курской атомной станции в эксплуатацию, продление срока службы энергоблока № 1, День энергетика. 19 декабря 1976 г. началась промышленная эксплуатация Курской атомной станции. За пуском первого энергоблока последовал ввод в эксплуатацию второго, третьего, четвертого… Вклад Курской АЭС в энергетический фундамент страны среди атомных станций России – один из самых крупных.