Новости с Дальнего Востока больше напоминают предвоенные сводки. Войска готовы к бою, соглашения разорваны, и лишь повод нужен вождю маленькой, но гордой нации, чтобы стереть вражеские базы с лица земли.

Действительно, в связи с недавними ядерными испытаниями Северной Кореи и санкциями Совета Безопасности ООН разгорелся нешуточный скандал, который, в числе прочих «горячих» тем попал в топ самых обсуждаемых международных новостей. Но значит ли это, что война и правда близко?

Что происходит на самом деле? К сожалению или к счастью, всё происходящее укладывается в стандартную северокорейскую стратегию. По сути дела, нынешняя ситуация с предвоенными парадами и патриотическими речами до боли напоминает то, что уже происходило в 2009 и 2011 годах.

Действительно, реалии тогда несколько отличились: Северную Корею пытались вернуть за стол шестисторонних переговоров, которые закончились после её первых ядерных испытаний в 2006 году. Однако суть за это время не изменилась: КНДР продолжает грубо шантажировать страны региона своим оружием для того, чтобы выручить как можно большую прибыль. И имеет на это все причины.

В школьном курсе экономики детям рассказывают, что точка военных расходов всегда находится между координатами, которые для простоты называют «масло» и «пушки». До какого-то момента военные расходы можно наращивать без ущерба для социальных программ, однако, наступает момент, при котором правителю приходится выбирать между дальнейшим военно-техническим прогрессом и социальной обустроенностью.

Для Северной Кореи такой момент настал ещё в середине прошлого века: после того, как Южная Корея, недовольная разделам полуострова по 58-й параллели, начала наращивать объём вооружений, её северной соседке ничего не осталось, кроме как поступить так же. При этом Южная Корея, где отнюдь не всегда было гладко с демократией (достаточно вспомнить времена правления отца нынешнего президента, Пак Чон Хи), всё-таки не была отрезана от внешнего мира, что и предопределило её дальнейшее развитие. Что касается КНДР, то жуткие условия жизни и необходимость постоянно наращивать военный потенциал вынудили руководство страны закрыть границы и заставить население работать буквально за еду, лишь бы вырваться вперёд. И им это удалось.

Как и руководство Советского Союза в своё время, руководство Северной Кореи радикально сместило приоритеты в область вооружений. Для того, чтобы избежать голодных бунтов, после большого голода 1995-1999 годов, унесшего жизни, по разным оценкам, от десятков тысяч до нескольких миллионов человек, правительству пришлось пойти на крайние меры, не стыкующиеся с коммунистической идеологией, и разрешить продуктовые рынки, на которых корейцы смогли продавать и покупать друг у друга продовольствие, практикуя в том числе, натуральный обмен. Введение рынков, в принципе, решило проблему масштабного голода и, хотя в стране по-прежнему недоедает около 15% населения, массовые голодные смерти перестали быть для Северной Кореи обыденностью.

Тем не менее, из-за санкций, наложенных Советом Безопасности ООН, Северная Корея продолжает оставаться уязвимой в плане продовольственной безопасности. Так, в январе 2013 года портал Asia Press опубликовал доклад, в котором исследуются случаи голода в северо-восточных окраинах Пхеньяна. По данным аналитиков, главная причина голода — плохой урожай 2012 года, его жертвами стали уже несколько тысяч человек. Здесь необходимо отметить, что Северная Корея является крупнейшим в регионе получателем гуманитарной помощи, в том числе, со стороны Всемирной продовольственной программы и американских неправительственных организаций. Только за 2008 год объём американской продовольственной помощи КНДР составил почти 500 тысяч тонн продуктов, однако государственная часть программы была заморожена после неудачных испытаний спутника в апреле прошлого года. И теперь перед КНДР, продемонстрировавшей всему миру возможности своих технологий, стоит задача эту помощь возобновить.

Северная Корея продолжает действовать по испытанной схеме, делая пушки вместо масла, а потом требовать бесплатного масла, угрожая пушками. И, хотя эти угрозы пока действуют, налицо усталость соседей КНДР (в первую очередь, Южной Кореи и Японии), а также США от этого бремени. Для таких случаев существует несколько способов напоминания о себе: ядерные испытания, обстрел небольшого участка вражеской территории, потопление вражеского корабля, а также бесконечные пропагандистские ролики и рассказы о «безумных врагах», «утопленных в море огня». Как правило, эти меры действуют, и помощь свою КНДР получает, после чего всё возвращается на круги своя.

Чем отличается нынешняя ситуация? По большому счёту, ничем. Действительно, до разрыва соглашения о ненападении ещё не доходило, но важно понимать, что за 60 лет, прошедших с Корейской кампании, обе страны находились в состоянии войны, а, значит, могли ударить друг по другу и без предупреждения, в любой момент. Но важно понимать, что нынешний ракетный кризис – дебют молодого Ким Чен Ына, которому важно показать, что все дальнейшие соглашения заключает он, а не кто-то ещё. Когда ядерная программа КНДР только начинала развиваться, его деда Ким Ир Сена спросили, не собирается ли он использовать это оружие против США. «Мы же не идиоты, — парировал великий вождь. — Это всего лишь гарантия безопасности». С того момента мало что изменилось. Разве что сегодня ракетно-ядерная программа КНДР стала её главным орудием шантажа.