''Новатор крутит регулятор, - шагай вперед…''

Г.А.Новиков, ветеран атомной энергетики и промышленности

Участники «Саммита тысячелетия» (Нью‑Йорк, 6-8 сентября 2000 года) признали, что достичь прогресса в увеличении энерговооруженности человечества в настоящее время без существенного негативного влияния на окружающую среду – усугубления существующих экологических проблем (загрязнения природы, климата, парниковых газов и т.п.) можно только с помощью ядерной энергетики. Таким образом, ядерная энергетика просто обречена на увеличение масштаба ее использования в нынешнем столетии, если только не произойдет экстраординарных событий: крупный научно-технический прорыв в иных способах производства электрической энергии на грани открытия века или крупную ядерную аварию на грани глобальной катастрофы типа Кыштымской или Чернобыльской аварии.

За истекшее десятилетие (точнее 9 лет 7 месяцев) ряд развитых и развивающихся стран действительно предпринял существенные шаги по принятию планов и даже началу сооружения атомных станций, оживилось международное сотрудничество в области использования ядерной  энергии – рыночная экспансия мировых ядерных держав, включая Россию.

Тезис о необходимости и обоснованности увеличения масштаба использования ядерной энергии начал овладевать массами. Население и общественные организации разных стран в большей или меньшей степени, в зависимости, так сказать, от научно-технической грамотности и от степени влияния топливно-сырьевого лобби, начали с большим пониманием относиться к ядерным технологиям и энергетике. Откровенная боязнь начала сменяться заинтересованно-настороженным восприятием. Указанная настороженность имеет как субъективные причины – недостаточные знания и влияние конкурентов, так и объективные – наличие специфических и не воспринимаемых органами чувств человека видов потенциальной опасности.

Речь идет о таком специфическом виде потенциальной опасности, как ядерная опасность, заключающаяся в возможности неконтролируемого ядерного энерговыделения и последующей возможности выхода (выброса) за пределы ядерной установки радиоактивных материалов и глобального радиационного воздействия в результате ядерной (технической) аварии.

Вторым потенциальным видом специфической опасности является радиационная опасность, заключающаяся в неконтролируемом сверхнормативном облучении населения или его части – персонала, работающего с ядерными технологиями и радиационными источниками, способном оказать негативное влияние на его здоровье и качество жизни. Указанный вид опасности, в отличие от ядерной опасности, являющейся, так сказать, техническим видом опасности, представляет собой социально-медико-биологический вид опасности.

Естественно, ядерным технологиям и энергетике присущи и обычные виды промышленной и пожарной опасности.

Однако, если сравнивать различные виды деятельности по состоянию и показателям охраны труда работников, то ядерная энергетика по показателям травматизма, условиям труда, состоянию здоровья и качества жизни работников намного (в 3-4 раза) лучше всех других видов хозяйственной деятельности в России и соответствует лучшим мировым показателям.

Мы неоднократно обсуждали эту тему, но в очередной раз обращаю внимание на то, что использование ядерных технологий в различных сферах социально-хозяйственной деятельности, включая науку и медицину, возможно только при безусловном выполнении требовании безопасности. В первую очередь – ядерной, а также радиационной безопасности, требования к которым, как правило, являются более жесткими по сравнению с требованиями к промышленной безопасности, а также при наличии государственных гарантий ядерной безопасности и радиационной безопасности [1-16].

Россия занимает особое место в мировой деятельности по использованию ядерной энергии. Это обусловлено следующими причинами:

·       авариями на ядерных объектах – ПО «Маяк» (Кыштымская авария) 1957 г. и на ЧАЭС 1986 г., имевшими глобальный характер радиационного воздействия на население и окружающую среду и вызвавшими шок у населения;

·       негативным ядерным наследием первого атомного проекта СССР в виде поныне существующих и трудно решаемых проблем обращения с накопленными РАО и ОЯТ, наличием загрязненных территорий, негативным отношением общественности и населения;

·       постоянным спонтанным (без должной научно-технической и организационно-финансовой проработки и обсуждения хотя бы в рамках атомной отрасли) реформированием атомной отрасли в течение последних 15-20 лет;

·       амбициозными проектами использования ядерной энергетики и заявленным намерением сооружения большого количества ядерных объектов  в кратчайшие сроки без детального обоснования необходимости и возможности их сооружения.

Пользуясь широко распространенным штампом, можно сказать, что Россия (точнее политическое руководство страны и руководство Госкорпорации «Росатом») прошла точку невозврата в использовании ядерной энергии.  Принятые программы развития атомной отрасли, постановления Правительства России, распоряжения и указы Президентов России, принятые ФЗ «Об особенностях управления и распоряжения…» № 13-ФЗ от 05.02.2007 и «О Государственной корпорации по атомной энергии «Росатом» № 317-ФЗ от 01.12.2007, выделенное громадное бюджетное и целевое финансирование и даже проведение официальных мероприятий, типа Президентской Комиссии по модернизации и техническому развитию экономики РФ в РФЯЦ ВНИИЭФ г. Саров, июль 2009 г., участие В.В. Путина в пуске 2-го блока Ростовской АЭС март 2010 года, посещение других ядерных объектов, и совещаний в Правительстве просто обрекли ядерную энергетику России на ускоренное развитие в течение ближайших десятилетий. А поскольку процесс сооружения ядерных объектов, а тем более их эксплуатации занимает, соответственно, годы и десятилетия, то XXI век обещает быть ядерным, если …если не будет ядерной аварии, а ЯРБ по прежнему будет гарантироваться государством. Напомним, что авария на ЧАЭС была показателем наступающего системного кризиса государства и предтечей развала СССР (не хочется проводить аналогий).

Как государство может гарантировать ЯРБ в условиях постоянного реформирования отрасли,  в условиях широкого выхода атомной отрасли на отечественный и мировой рынок?

Известны и официально опубликованы намерения политического и государственного руководства страны в 2010-2011 гг. упразднить Госкорпорации в качестве организационно-правовых форм организаций. Эта участь ожидает и Госкорпорацию «Росатом». Очевидно, на ее месте должно появиться что-то иное. Что? Снова сюрприз для работников атомной отрасли, как это было с упразднением Минатома России и созданием Агентства «Росатом» даже без права правопреемства!? А затем столь же неординарная замена федерального органа государственного управления – Агентства «Росатом» - некоммерческой организацией в соответствии с ФЗ «О некоммерческих организациях» № 174- ФЗ от 26.11.1998 г., Госкорпорацией «Росатом», совмещающей функции акционера и органа государственного управления. Чудны дела твои, Господи!

Что ожидает атомную отрасль сейчас? Продажа, как утверждают пессимисты, или возрождение, как хотелось бы верить мне.

Автор осмелился помечтать в рамках своего понимания ситуации и сугубо с позиций обеспечения ядерной (технической) безопасности и радиационной (социально-медико-биологической) безопасности, не вторгаясь в дела государственного устройства и не призывая к государственному перевороту (об этом можно посмотреть в /19, 21/).

Руководствуясь принципом, что новое – это хорошо забытое старое, напомним основную схему административной реформы, которая еще не закончилась, рис. 1. /14/
 
     Рис.1 Структура системы федеральных органов исполнительной власти в соответствии с административной реформой

Кстати, одним из основных принципов административной реформы является исключение дублирования и недопустимость совмещения разных функций. Например, функций контроля и надзора и функций по оказанию государственных услуг и управлению государственным имуществом, в одном органе, что полностью согласуется с аналогичным принципом Конвенции о ядерной безопасности, Об этом любят говорить  апологеты Ростехнадзора, подменяя слова «разделение функций» словом «независимость».

Видимо вполне разумным и ожидаемым является воссоздание непосредственно под Президентом России, учитывая важность для обеспечения национальной безопасности страны, Федерального Министерства по использованию ядерной энергии [13]. Если использовать аналогию с весьма уважаемым Министерством по чрезвычайным ситуациям, а не просто каким-то иным ситуациям, то воссоздаваемое министерство можно было бы назвать «по безопасному использованию ядерной энергии», акцентируя внимание на трех принципиальных моментах:

·       потенциальной глобальной ядерной опасности, присущей ядерной деятельности;

·       обеспечении безопасности, как обязательному условию, без которого не должна осуществляться ядерная деятельность;

·       ожидаемому широкому использованию радиационных, в основном неядерных, технологий в организациях социально-хозяйственной сферы, не подконтрольных (не курируемых) создаваемому Министерству, применение в медицинских целях, для контроля качества продукции и технологических процессов в соответствии с мировой практикой и инновационным развитием.

Чтобы не нарушить принципа административной реформы о четком разделении функций ФОИВ различного уровня, а также принципа Конвенции о ядерной безопасности о разделении функций органа регулирования и органов, занимающихся или способствующих хозяйственной деятельности (хотя орган регулирования при правильном регулировании сам наилучшим образом способствует хозяйственной деятельности), Министерство должно курировать две независимые друг от друга структуры: Федеральную Службу надзора за ядерной безопасностью и Федеральное Агентство по оказанию государственных услуг в сфере хозяйственной деятельности при использовании ядерной энергии.

Абсолютное большинство организаций, занимающихся деятельностью в области использования ядерной энергии и ныне контролируемых Госкорпорацией без ущерба для рынка, демократии и самой деятельности могут быть акционированы и активно работать на рынке. Однако при этом надо понимать, что

·       основные ядерные материалы в качественном и количественном состояниях, должны находиться под государственной гарантией, т.е. быть в государственной собственности до отмены пунктов «д, и, м» статьи 71 и пунктов «в, г, д, е» статьи 114 Конституции, отмены основного принципа МАГАТЭ о государственной гарантии ядерной безопасности, принципа о нераспространении ядерного оружия и т.п.;

·       отраслевая наука должна существовать под Министерством и в достаточной мере финансироваться из бюджета, если мы не хотим потерять атомную отрасль как инновационную составляющую социально-экономического развития страны;

·       ядерные оружейные объекты должны остаться в форме государственных не приватизированных предприятий, опять же, если не менять Конституцию и принципы нераспространения ядерного оружия.

Видимо Министерство могло бы «отпустить на волю» большинство организаций, осуществляющих работы и оказывающих услуги организациям, эксплуатирующим ядерные установки, которые (эксплуатирующие организации) могли бы удовлетворять свои потребности на свободном рынке работ и услуг.

Естественно, что организация обеспечения ядерной и радиационной безопасности остается одной из главных задач Министерства. Надзор же (регулирование) радиационной безопасности остается прерогативой Минздрава России, как и ныне (ФМБА России и Роспотребнадзор), а надзор за промышленной безопасностью и экологией остается за Минприроды России (Ростехнадзор), надзор за пожарной безопасностью и готовностью к реагированию на ЧС – за МЧС России, надзор за безопасностью в ЯОК – за Минобороны России (УГН), (рис. 2). Очевидно, что роль надзора должна в этих условиях только возрастать.

          Рис.2 Система государственных гарантий безопасности при использовании ядерной энергии.

Теперь еще об одной проблеме. Очевидно, что с исчезновением Госкорпорации «Росатом» с государственной сцены станет ничтожным, как говорят юристы, ФЗ О Госкорпорации «Росатом» №317 – ФЗ, имеющий, в принципе полезные нормы, а также, в какой-то мере, и ФЗ №13 «Об особенностях управления…» Надо будет опять вносить изменения в устаревший ФЗ «Об использовании атомной энергии», в который уже около десятка раз вносились разные изменения, что впрочем не привело к существенному улучшению закона и создает трудности для развития атомной отрасли /1-16/, а также и в ряд других нормативно-законодательных актов. 

Снова будем латать дыры или поступим разумно-рационально?

Нам представляется, что вместо трех названных законов с сохранением и использованием ряда содержащихся в них полезных норм, отвечающих современным принципам МАГАТЭ и цивилизованного рынка, можно было бы разработать ФЗ «О деятельности по безопасному использованию ядерной энергии» /19/. Вот именно ядерной деятельности на принципах безопасности и рынка с обязательствами государственных гарантий ядерной  безопасности. 

Это представляется вполне разумным для замыкания системы законодательных актов в области обеспечения безопасности при использовании атомной энергии. Действительно, все другие (кроме ядерной) виды опасностей, присущих использованию атомной энергии, уже имеют свои ФЗ:

- промышленная и пожарная безопасность регулируются специальными законами;

-радиационная безопасность и ее влияние на окружающую среду и санитарно-эпидемиологическое благополучие населения регулируются несколькими законами;

- реагированию на ЧС посвящены отдельные законы;

- планируется разработка законов о РАО, ЯРОО и др., и только ядерная безопасность неудачно «растворена»  в ФЗ «Об использовании атомной энергии».

Предполагаемый закон должен базироваться на современных административно-правовых методах регулирования деятельности в условиях рынка и демократии, которая должна быть дифференцирована по степени потенциальной опасности, Рис. 3. /12-16./ 

Каждой степени потенциальной опасности должен быть сопоставлен свой метод и процедура административного разрешения на осуществление этой деятельности и орган, выдающий административное разрешение таким образом, чтобы не существовали и не могли возникнуть административные барьеры для осуществления этой деятельности в условиях рынка, исключающих возможность возникновения коррупции. При этом безопасность должна быть гарантирована на уровне социально-приемлемого риска и не создавать неоправданных помех для развития бизнеса.

Тема, затронутая в данном материале, в том или ином виде неоднократно обсуждалась в различных публикациях, включая упомянутые публикации авторов, многочисленные публикации и комментарии различных специалистов./1-22/


Рис. 3 Дифференцирование видов деятельности по степени потенциальной опасности и соответствующих им видам административных решений.

Нам бы хотелось не просто активизировать процесс аргументированного обсуждения, но получить конструктивные предложения и выйти на конкретные работы по разработке указанного выше ФЗ в определенной экспертной группе.

Мы снова пытаемся напомнить всем специалистам атомной отрасли известную истину: «Если не мы, то кто?»
         
И вполне очевиден ответ на этот вопрос: «Если не мы, то современные менеджеры», к некоторой части которых я испытываю определенную настороженность (как мы должны испытывать к радиационной опасности), а также тревогу за судьбу многострадальной атомной отрасли и ее безмолвствующих, разобщенных сотрудников-профессионалов /22/.
         
         
P.S. Я уже открыл компьютер, чтобы отправить подготовленный материал в proatom.ru, но, как всегда, подвело любопытство: дай, думаю, посмотрю, что нового пишут на сайте умные люди.
        
Моё внимание привлекли две публикации (спасибо Проатому): 
        
1. Цитата дня Жореса Алфёрова: «Россию спасёт альтернативная энергетика», откровенно порадовала меня высокой оценкой уважаемого академика и нобелевского лауреата роли промышленных министерств и особенно МСМ СССР в решении «…проблем развития передовых направлений науки, технологии и промышленности…», «…чрезвычайно важной компоненты (Манхэттенского проекта и Советского атомного проекта), которая является основой любых инновационных проектов, была кадровая основа. Профессиональные, высококвалифицированные кадры, которые могли с успехом решать инновационные задачи».
        
Золотые слова, жаль, не каждый имеет уши, умеет слушать, а главное – думать и делать.
        
2. «Ответ ветеранам: ещё раз о госрегулировании безопасности», написанный глубокоуважаемым ветераном Анатолием Матвеевичем Букринским.
        
Начало статьи порадовало меня приверженностью А.М. Букринского «…цивилизованной дискуссии… по сравнению с нецивилизованной бранью в комментариях на том же сайте под прикрытием анонимности». Хотя я понимаю, что это было написано не для того, чтобы порадовать меня, а в качестве готовности к участию именно в цивилизованной, аргументированной дискуссии, тем более, спасибо.
         
Правда следующая фраза, озадачила меня: «В большинстве комментариев к указанной статье дана её совершенно правильная оценка».
        
Помилуйте, глубокоуважаемый Анатолий Матвеевич, читали ли Вы комментарии, в большинстве которых, выражаясь Вашими словами не содержится ничего кроме нецивилизованной брани и разборки с личностями авторов, не затрудняясь технической, логической и прочей аргументацией? И даже на мою конкретную просьбу к одному из комментаторов показать мне текст нормы права, возлагающей ответственность за безопасность использования атомной энергии на Ростехнадзор, как он утверждал, я так и не получил ответа. 
        
Поскольку А.М. Букринский решил продолжить обсуждение, как он сказал, «для восстановления истины», то я хочу кратко упомянуть два тезиса из его материала.
 
Тезис первый о двойственности понятия радиационная безопасность.

Не упоминая многого из того, что я писал по этому поводу, я хочу заметить (согласиться с автором), что действительно перевод значит много, тем более, что я читал документы МАГАТЭ только в переводе на русский язык. Может быть действительно во всём виноват переводчик, он же стрелочник? Видимо и разработчики закона «О радиационной безопасности населения» и законодатели читали (а может и не читали) документы МАГАТЭ только в русском переводе, но они повернули медаль (радиационная безопасность/радиационная защита) только лицевой стороной к себе, не удосуживаясь взглянуть на обратную сторону.

Я бы не стал судить их слишком строго, поскольку это происходило во времена Б.Н. Ельцина, который сам признавал: «Не так сели», в результате чего и получилась «вот такая загогулина», с которой сейчас приходится разбираться Ростехнадзору.

К сожалению, есть ещё одна, не менее сложная «загогулина» - независимость надзора.

Может быть, здесь тоже виноват переводчик, потому что слово «независимость» не присутствует в Конвенции о ядерной безопасности, но широко используется в документах МАГАТЭ, цитируемых А.М. Букринским. Хотя в них же одновременно говорится, об ответственности правительства за чёткое распределение обязанностей при эксплуатации установок и при обеспечении безопасности в рамках международных обязательств.

Многие читают документы МАГАТЭ, которые написаны профессионалами определенной квалификации, на основе собственной жизненной позиции и менталитета и прошли согласование определённом кругом лиц. Затем этот текст попадает к специалистам разной квалификации, с разной ментальностью и жизненной позицией. Как правило люди читают не то, что буквально написал (вложил свои мысли) автор, а то, что они могут (готовы) и хотят (для подтверждения своей позиции) прочитать.

Ни я, ни А.М. Букринский, ни остальные, не являются исключением. Поэтому я и фантазировал в [22] о создании клуба инженеров атомной отрасли и экспертной группы в данном материале. Надо собираться и обсуждать, аргументируя свою позицию, и приходить к согласию, и разрабатывать, и принимать законы как «формы общественного согласия» (Ф. Энгельс).

Понятия независимости надзора, независимый эксперт и т.п. требуют детального обсуждения.

ФЗ «Об использовании атомной энергии» налагает дополнительные требования на работников атомной отрасли в виде устава о дисциплине и отдельных статей Уголовного кодекса, что имеет прямое отношение к их свободам и независимости. Очевидно, что свою независимость в исполнении своих функций работник атомной отрасли может проявить наилучшим образом своим высоким профессионализмом и ответственностью за порученную работу.

В какой мере работник Ростехнадзора может проявить качество независимого эксперта при проверке и оценке состояния безопасности атомного объекта? Может ли он не согласиться с полученным заданием на проведение проверки и с указанием руководства найти не менее 5 – 10 замечаний?

Может ли независимый эксперт МАГАТЭ не согласиться с данной ему установкой своего руководства и публично, аргументировано оспорить её?

На мой взгляд, Ростехнадзор России достиг сегодня наивысшей независимости от организаций, использующих или содействующих использованию атомной энергии. Действительно, он подведомствен Минприроды России, которое непосредственно не содействует хозяйственному использованию  атомной энергии. Я не знаю, хорошо это или плохо в национальном масштабе, поскольку использование атомной энергии является одним из основных направлений инновационного социально-экономического развития России, как определено в концепции этого развития. 

Достигнутый уровень независимости не устраивает Ростехнадзор. В многочисленных устных и даже письменных выступлениях сотрудников Ростехнадзора и НТЦ высказывается желание работать непосредственно в подчинении Правительства или Президента России. Не дай Вам Бог попасть в непосредственное подчинение самых явных и влиятельных лоббистов не просто использования, а масштабного развития использования атомной энергии. Как Вы будете смотреть «в глаза МАГАТЭ» и выполнять его требование о независимости?

PS.Ссылки и публикации по теме

1. А.И. Иойрыш, Г.А. Новиков, О.А. Супатаева. О концепции атомного права России. «Бюллетень по атомной  энергии», август 2004 г.

2. А.М. Агапов, А.И. Иойрыш, Г.А. Новиков, О.В. Супатаева. О совершенствовании атомного права и разработке законопроекта «О лицензировании и техническом регулировании деятельности в области использования атомной энергии». Ж. «Росэнергоатом» № 7, 2004 г.

3. А.М. Агапов, Г.А. Новиков. Государственные гарантии безопасности и государственное управление в области использования атомной энергии. . «Росэнергоатом» № 8, 2004 г.

4. А.М. Агапов, М.В. Михайлов, Г.А. Новиков. Госкорпорация «Росатом»: функции безопасности. Ж. «Безопасность окружающей среды» № 4, 2007 г.

5. Г.А. Новиков. О концепции совершенствования законодательства в области регулирования ядерной и радиационной безопасности и внесении изменений в ФЗ «Об использовании атомной энергии». Доклад на совместном заседании секции № 1 НТС № 5 Росатома и НТС №12 Росатома 14 февраля 2008 г.

6.А.М. Агапов, Г.А. Новиков. Об использовании государственных разрешительных методов в Госкорпорации «Росатом». Доклад на отраслевом научно-техническом семинаре 22-23 апреля 2008 г., г. Обнинск.

7. М.В. Михайлов, Г.А. Новиков. О лицензировании ядерной деятельности. Ж. Атомная стратегия» июль 2008 г.

8. А.М. Агапов, М.В. Михайлов, Г.А. Новиков. Об оптимизации использования государственных разрешительных методов регулирования безопасности как условии инновационного развития атомного энергопромышленного комплекса. Доклад на 3 Международном ядерном форуме 22-26 сентября 2008 г.,  г. С. Петербург.  Тематический сборник «Ядерная и радиационная безопасность России» вып. 4, часть 1, 2008 г.

9. А.М. Агапов, М.В. Михайлов, Г.А. Новиков. Об оптимизации нормативного правового регулирования ядерной и радиационной безопасности в связи с реализацией ФЦП «Обеспечение ядерной и радиационной безопасности на 2008 год и на период до 2015 года» (по материалам заседания «Круглого стола» Комитета по энергетике Государственной Думы Федерального собрания Российской Федерации 16 октября 2008 г.).Ж. «Новые промышленные технологии» № 6, 2008 г.

10. Г.А. Новиков. О радиоактивности, радиации, ядерных установках, ядерной безопасности, радиационной безопасности и других интересных вещах.   Ж. «Атомная стратегия» декабрь 2008 г.

11.  А.М. Агапов, М.В. Михайлов, Г.А. Новиков. Об устранении административных барьеров и повышении эффективности нормативного правового регулирования безопасности при использовании атомной энергии для обеспечения развития атомной отрасли в современных условиях. Доклад на Расширенном заседании секции экспертного Совета при Комитете Государственной Думы по энергетике по вопросам законодательного обеспечения атомной отрасли 24 мая 2009 года

12. А.М. Агапов, М.В. Михайлов, Г.А. Новиков. О неотложных проблемах государственного регулирования ядерной и радиационной безопасности при использовании атомной энергии   Ж. «Безопасность окружающей среды» № 3, 2009 г.

13. А.М. Агапов, М.В. Михайлов, Г.А. Новиков.      О совершенствовании обеспечения ядерной и радиационной безопасности в организациях Госкорпорации «Росатом» на основе принципов культуры безопасности. Доклад на IV Международном ядерном форуме г. С. Петербург, 29 сентября – 2 октября 2009 г. Сборник докладов IV Международного ядерного форума, г. С. Петербург, 2009 г.

14. М.В. Михайлов, Г.А. Новиков. Размышления о государственном регулировании безопасного использования ядерной энергии. Ж. «Безопасность окружающей среды» № 4, 2009 г.

15. А.М. Агапов.  О законодательной поддержке инновационного развития отрасли и устранении избыточных административных барьеров при административно-правовом регулировании в области использовании атомной энергии. Доклад на «Круглом столе» Комитета по энергетике Государственной Думы, 16 ноября 2009 года.

16. А.М. Агапов, М.В. Михайлов, Г.А. Новиков. О лицензировании деятельности в области использования атомной энергии  www.atomic-energy.ru   2010 г.

17. А.М. Букринский.   Атомный надзор, который нужен. www.proatom.ru

18. А.М. Букринский,   Итоги 4-го обзорного совещания стран участниц Конвенции о ядерной безопасности и необходимость совершенствования атомного надзора России. www.proatom.ru

19. Б.Г. Гордон. К дискуссии о регулировании безопасности. www.proatom.ru

20. А.М. Агапов, М.В. Михайлов, Г.А. Новиков. Государственная политика в области обеспечения ядерной и радиационной безопасности при использовании атомной энергии в Российской Федерации. Доклад на 10-ом Петербургском международном форуме ТЭК. www.atomic-energy.ru  2010 г.

21. М.В. Михайлов, Г.А. Новиков.      Re: К дискуссии о государственном регулировании безопасности. www.proatom.ru

22. Г.А. Новиков. Развитие обеспечит триада: политическая воля, кадры, финансы.    Ж. «Атомная стратегия» март 2010 г.

PPS.В своей жизни я слышал только об одном по настоящему независимом человеке. Это была Агафья Лыкова до тех пор, пока её не нашли журналисты, которые тут же лишили её независимости.

Теперь Агафья Карповна и её коза зависят от администрации района, привезет ли она сено для зимнего пропитания козы.

Агафья Карповна всё поняла и быстро отказалась от своей независимости, сшив рубашку Президенту и подарив ему ещё туесок своей работы, полный кедровых орехов.

Представляется, что если Ростехнадзор собирается работать под непосредственным руководством Президента, то надо задуматься о возможном пошиве и дарении штанов в качестве дополнения к ранее подаренной Агафьей Карповной рубашке.

Назад

Материалы из архива

9.2009 Принцип финансиста: ''Не навреди''

Николай Соломон, заместитель генерального директора по финансам ГК "Росатом": - Одна из стратегических целей нашей госкорпорации состоит в достижении максимальной эффективности управления... Нам требуется адекватный времени и новым задачам механизм управления… Необходимо добиться, чтобы принятые у нас технологии управления, особенно на самом верху, соответствовали общему высочайшему технологическому уровню нашей отрасли…

10.2006 Искать точки соприкосновения

Мухтар Джакишев, президент Национальной атомной компании «Казатомпром» Дефицит уранового сырья заставляет ведущие мировые ядерные державы все чаще поглядывать в сторону Казахстана. Бывшая республика Советского Союза занимает второе место в мире по запасам урана, третье – по добыче. Выиграв судебный процесс по антидемпинговому разбирательству с американской компанией USEC, Казахстан, в отличие от России, продает уран в США по свободным мировым ценам.

3.2009 ЛАЭС-2: график как эффективный инструмент строительства

ОАО «Санкт-Петербургский научно-исследовательский и проектно-конструкторский институт «АТОМЭНЕРГОПРОЕКТ» (ОАО «СПбАЭП»), выступающее генпроектировщиком и генподрядчиком Ленинградской АЭС-2, провело деловую игру «Практическое применение системы календарно-сетевого планирования для управления проектом сооружения ЛАЭС-2». В игре приняли участие подразделения ОАО «СПбАЭП» и основные подрядные организации.