Нужны доказательства?

Д.А.Тайц, к.ф.-м.н. 

Физика, свободная от метафизических гипотез, невозможна.
                                                                 Макс Борн

«Обостренное чувство сознания» постоянно обращается ко времени, его конечности. Движимое «какой-то иномирной ностальгией оно замечает, прежде всего остального, самого себя, «обнаруживает и не может отделаться от соотнесенности «с иной реальностью поверх или через голову окружающей» [Мамардашвили]. Время, всплывающее в сознании, отдельной сущностью выталкивает или жирно зачеркивает любую форму представлений конца ухода от собственной самости – «конец всего сущего» [Кант].


Время не эмпирическое понятие, это продукт  внутреннего созерцания, чистая форма внутреннего зрения. В конце концов это ощущение, которое можно и не замечать, но которое отмечает сознание, как глаз различает цвета. Время - неотрывная составляющая сознания. Такой взгляд осененного Богами кенигсбержца (да простит Платон!) гораздо ближе новой науке, квантовой релятивистской физике, чем то, что принято в классической механике.

«Внутреннее чувство есть содержание нашей самости, нашего внутреннего состояния. Время, пространство не что иное, как форма подобного состояния» [Кант].

Отныне «содержание нашей самости» в той или иной форме стало содержанием физической теории и физического эксперимента. Теперь, хотя и с запозданием на 200 лет, метафизические, иррациональные и даже мистические устремления сознания и разума находили обоснования в опыте и могли подпадать под понятия достоверности. Математика в своем сакральном звучании всегда утверждала реальность идеального платонова мира вне времени и пространства. «Реальность идеального» не оксюморон для Ньютона, Лейбница, Эйлера, Римана, Гаусса…

Однако «физический мир» - так назвал Кант Природу, рисуемую явлениями, физический мир, устроенный по Ньютону как машина, установил абсолютное независимое от сознания Время и пространство, полностью исключив из Вселенной именно ту личность, которая ищет и определяет законы Природы. При этом эта Личность, заглядывая в зеркало, обрамленное рамой Ньютоновой механики, сама себя обрекает на исчезновение и НИЧТО.

На самом пике торжества механики, несокрушимо безличностной, отчужденной от выпестовавших ее умов, не нуждающейся в разуме и тайне и, в конце концов, в гипотезе Бога (Лаплас), подгоняющей «голову под шляпу», сама спотыкается на фиктивности своей парадигмы. Абсолютность Времени, пространства, всевластие упругого столкновения – допускали объяснение и калькуляцию очень ограниченного опыта. Дерзкий вызов канонам физики механистического мира был брошен пятеркой молодых гуманитариев с математическим образованием (или наоборот) в начале 20 века. Неслыханные установки не только потрясли основу естественных наук, «перевернув» не картину, но само мироздание. Это был переворот, столь же радикальный, как и Коперниканский. Революционная тонкость нововведений заключалась во включении познающего в продукт его познания.

Реформаторы не побоялись (не постеснялись) переступить табу и ввести в физику иррациональное, лежащее вне чувственного восприятия положений, принципиально за пределами представления. Они не постеснялись написать в своих трудах «Я не знаю, почему это так. Никто не знает» (Шредингер).

Физика ответила блистательными открытиями, широчайшими возможностями описания явлений, недоступных классической физике (электромагнетизм, оптика, теплофизика, астрономия). Погружение в эту новую физику открывало не только возможности расчета, но и давало ощущение активного соприкосновения с нечто связанное первосущностью, ответственной за Сознание. Открылась счастливая возможность находить опору для метафизического умопостижения не только теологии или философии, но и там, где разум находит более строгие критерии истинности и проверки.

Именно это имел в виду корифей квантовой физики Макс Лауэ, который трактовал слово theöria как «видение Бога», а Эрвин Шредингер позволил сопоставить факт Сознания и науку: «Прекраснейший шедевр, когда-либо созданный по милости Господней квантовой механики» («Что такое жизнь»). И, конечно, Платон, про которого говорят, что вся философия Европы на протяжении 2500 лет – всего лишь комментарий к его трудам, для которого математика, физика – милость Ума. «Бога он (Платон) называет также Умом и Причиной» (Диоген Лаэртский). Умная Причина, может быть, не столь наивный синоним Первосущности.

Квантово-релятивистская парадигма Науки Нового времени удивительным образом подтверждает Кантовский взгляд на время как продукт внутреннего созерцания. Время в физическом мире явлений лишь понятие, параметр, подверстанный под внутреннее, непереносное на Вещь в себе состояние, присущее самости личности. Стало совершенно естественным такой «сверхъестественный» факт, как собственное время, разное для каждого движущегося объекта. Мало того, в это «собственное время» каждый субъект включает всю Вселенную. События одновременные одному, для другого могут проходить разновременно в разном порядке. Время может сжиматься или растягиваться у разно перемещающихся или находящихся в неодинаковых условиях тяготения. Это естественное следствие переноса, специфика чувствования в физический мир.

В трактате «Конец всего сущего» Кант говорит о смерти не как о исчезновении личности. Он этого не знает. Мыслитель высказывается по «проблеме конца всего сущего как пребывающих во времени предметов возможного опыта». Современная наука подтверждает реальность предметов, пребывающих вне возможного опыта. Например, область внутри сферы Шварцшильда («горизонт событий») – черные дыры. Внутри подобной реальности нет времени и пространства. Там бессмысленны понятия движения, места, траектории. Время на границе «горизонта» - останавливается. Такие объекты обнаружены во множестве; их размеры – тысячи километров и даже миллионы в центре галактик. Другой объект, который мы наблюдаем повсеместно и с которым живем – излучение, чистая энергия. Фотон вечен. Свет сам по себе не включает пространство-время. Наш мир для фотона «всегда-везде». Прозорливые суждения Канта, который предполагал существование вне атрибута времени, например вещь в себе.

Тысячелетия обладатели личности чувствовали единение, общность со Вселенской совокупностью. Такого рода «высокомерие» единичного, дискретного сознания ничем, кроме религиозного или мистического опыта, не оправдывалось.

Как мы понимаем, сила инерции – индукция всей массы Мира и каждого его атома в отдельности. Проявление любой силы, даже статической, есть совокупная инерция каждого элемента тела и возможна только благодаря Вселенной в целом. Любое действие через паутину гравитации наполняет и оставляет след в Мире. Каждый удар сердца, дыхание, каждое произнесенное вслух слово не остается незамеченным и меняет состояние «гравитационного носителя».

С библейских времен обладатели сознания ощущали себя «центром мира», отдавая отчет, что это скорее метафора. Однако это действительно так! В соответствии с релятивистской астрофизикой Вселенная замкнута и конечна.

Вселенную следует воспринимать как трехмерную поверхность четырехмерного аналога шара. Любая точка этой поверхности – центр (точно так же, как на двумерной поверхности обычного шара). Обитатель нашего Мира – центр, он несет этот центр наградой «за мужество дерзостного сознания». Вмещающему Мир, пользующемуся им как опорой, «центру» Вселенной – личному сознанию открывается высшая реальность Источника надактуального знания.

В этом еще раз убеждаешься, когда сопоставляешь Дантовские проникновения в светоносную суть мира («Божественная комедия») и механизм существования косных «вещей», геометрических форм, всего, что можно ощутить.

Вещи, вещественное… Возьмем тело человека, жилище сознания, оно – пустота.

Собственно вещество, составляющее массу (электроны, протоны и нейтроны) занимают 10-15-ую часть объема от 100 кубических дециметров, то есть менее миллионной доли кубического миллиметра. Остальное – пустота, заполненная электрическими полями, скрепляющими между собой и удерживающими вместе атомы и молекулы.

Это поле порождено обменом импульсов виртуальных фотонов – инерцией («толчками» Вселенной).

Фотоны – чистая энергия, свет. Мы не только погружены в свет, который видим, но и наполнены светом – субстанцией, не знающей в самой себе времени и пространства. Этот свет «заботится» о веществе и локальной структуре вещи и тем самым светоносная сущность дает пристанище разуму в нашем теле.

Как не вспомнить роль СВЕТА в сказаниях и мифах, светоносные мотивы творения, роль СВЕТА как антипода тьмы и хаоса.

Специальная теория относительности описывает реальность областей пространства-времени вне физической досягаемости – возможного контакта и любой формы взаимодействия (область без различия, внешняя конуса Минковского). По поводу такого рода реальности вполне можно было бы применить термин «потусторонняя» и соответственно внутри конуса «посюстороннее».  Оба термина имеют инфернальный оттенок, хотя и слабее, чем для пространства внутри «черной дыры».

Удивительно, как старые образы «ненаучного» воображения человека могут быть связаны и вплетаться в ткань новой науки.

Слава Богу, мы пришли к тому, что не надо приноравливать «голову к шляпе», не надо стыдиться устремления сознания к трансцендентному, не надо бояться включать понятия первосущности в строгости построения научного знания.

Научное знание. Надо отдавать себе отчет, что непостижимая эффективность науки совсем не свидетельство обретения истины. Современные знания наверняка обречены испытать в будущем судьбу Птолемеевой системы мира или теории флогистона. А ведь эти учения были поразительно эффективны (предсказание затмений, движение планет, работа паровых машин).

Но в чем непроходящее в этом новом повороте нестойкого естествознания – так это живые оттенки священного неведения, великого «не знаю» в формальном материале наук.

Ни в чем невозможно быть уверенным, кроме содержания своего сознания и первейшим образом в осознании наличия такого сознания. Это единственная неопровергаемая истина и соответственно убежденность в реальности УМНОЙ ПРИЧИНЫ…

Нужны доказательства?

назад

Материалы из архива

1.2006 Еще раз о национальной гордости

"23 января в Москве состоялась рабочая встреча руководителя Федерального агентства по атомной энергии Сергея Кириенко и руководителя Управления национальной ядерной безопасности Министерства энергетики США Линтона Брукса... В ходе разговора было выражено обоюдное желание перехода от оказания американской стороной содействия России в этой области к полноценному партнерству. Были также обсуждены перспективы двустороннего сотрудничества в ядерной сфере.

3.2008 Нужна ли России морская стратегия

Развитие военно-морской стратегии (ВМС) с древнейших времён и до наших дней шло параллельно с практикой  применения сухопутных и  военно-морских сил. В России основы ВМС заложили Пётр I , Г.А.Спиридов, Ф.Ф.Ушаков, Д.Н.Сенявин. Период первой и второй мировых войн внёс свой вклад в военно-морское искусство и способствовал развитию военно-морской стратегии. Как создавалось военно-стратегическое направление в нашей стране , рассказывает Владимир Георгиевич  Лебедько, к.в.н., проф., контр-адмирал в отставке,  в течение ряда лет руководивший ведущими управлениями оперативно-стратегических штабов флота и сухопутных сил.

2.2006 Энергетика России: проблемы и перспективы

Ф.М.Митенков, академик РАН, научный руководитель ФГУП «ОКБМ» В конце минувшего года состоялась научная секция общего собрания Российской Академии наук, посвященная состоянию энергетики России, ее проблемам и перспективам развития. Актуальность и важность этой темы подчеркивается уже тем, что чуть ли не впервые сессия Академии наук носила столь целенаправленный и достаточно полный конкретизированный характер обсуждения вопросов энергетического обеспечения страны.