Путь в технологический тупик

А.В.Соснов,  к.х.н., замдиректора Исследовательского института химического разнообразия, Москва

События последнего времени показывают, что начался процесс выработки новых военных стратегий и модернизации военных систем ведущими странами. Китай проводит активную и широкую модернизацию, в том числе и систем ПРО, и гордо демонстрирует успехи. США активизируют создание глобальной оборонительной системы ПРО.


Россия, в ответ на возможное нарушение баланса сил, обещает развивать наступательные вооружения без заметной модернизации стратегических оборонительных систем. Об этом, в частности, свидетельствует недавнее заявление председателя правительства РФ Владимира Путина, подтвердившего, что Россия намерена делать упор на ударные наступательные вооружения. Мне хотелось бы отметить одно очень важное обстоятельство, которое упускается при этом из рассмотрения.

Ставка на создание новых наступательных вооружений на основе оружия массового поражения (ОМП) – это более дорогой путь обеспечения безопасности государства, чем преимущественное создание оборонительных систем. Дело не в пацифизме. Скорее всего наша экономика это не потянет либо создадим бесполезное оружие и кадры.

Можно достаточно однозначно сказать, что наступательные системы с элементами ОМП вряд ли могут быть товаром. Это слишком опасно для страны-продавца с точки зрения обеспечения собственной безопасности и последствий нарушения действующих международных соглашений. Напротив, оборонительные системы (элементы ПРО, в частности) обычно вполне могут превратиться в товарную продукцию при плановой замене на более совершенные или при модернизации уже имеющихся.

Ключевым для успешного создания новых технологий и продуктов является человеческий фактор. Персонал, вовлеченный в разработку наступательных систем с элементами ОМП, изолирован от международного сотрудничества и информационного обмена даже с отечественными коллегами, находится под жестким контролем национальных, а иногда и межправительственных организаций. Для России сейчас это практически весь остальной мир.

Существует проблема получения и эксплуатации нового зарубежного оборудования. Собственных мощных современных информационных технологий и исследовательского оборудования, пригодных для поддержки НИОКР, у нас почти нет. При этом изоляция работников (в зависимости от формы допуска) сохраняется еще минимум 5–10 лет после завершения участия в таких программах.

Примерно с 2004 года международное научно-техническое сотрудничество в бывших оборонных НИИ, уже начавшее приносить новые продукты, технологии и востребованные экономикой РФ кадры, было фактически свернуто по инициативе российской стороны. Наступала эра хороших нефтяных доходов и большой коррупции.
Перечисленные выше проблемы ставят вопросы не только самой возможности создания, но и надежности вновь разрабатываемых отечественных изделий.

Развитие наступательных систем активирует такие молчащие сейчас мировые процессы, которые приведут к крайне негативным последствиям. Новая война, надеюсь холодная, расставит все по местам, но где будет наше место? Можем повторить опыт Германии и Ирака, есть предпосылки. Даже если без фатальных последствий, то специалисты-разработчики и производители наступательных вооружений в случае резкого снижения оборонного заказа – это фактически безработные без гражданской специальности, с запретом на профессию и без загранпаспорта. Мощности по производству и большая часть инфраструктуры НИОКР также станут бесполезны. Все это свежо в памяти. От 60 до 80% технической инфраструктуры и продукции СССР пошло в «помойку».

Примеры внедрения сетевых коммуникационных и информационных систем, систем связи, транспорта, GPS, новых материалов, сенсоров, медицинских и фармацевтических разработок и т.д. демонстрируют выдающиеся возможности коммерциализации двойных технологий.

Отечественный тезис, выдвигаемый против преимущественного создания оборонительных систем и заключающийся в том, что нас вовлекают в очередную мифическую гонку ПРО, на данном этапе развития технологий не совсем отражает реальность. Сейчас это не фантастически дорогие страшилки от заслуженных ветеранов Манхэттенского проекта, а начало военного внедрения западных разработок двойного использования на базе наиболее быстро развивающихся технологий.

Если нас ждет новая холодная война, то это будет скорее соревнование в разработке новых технологий, чем в накоплении больших запасов все более быстро морально стареющих изделий. Последствия жесткого противостояния приведут нас к очередной научно-технической изоляции и деградации. Зато балет может снова стать популярен, особенно если Интернет отключат.

Опубликовано на сайте "Независимой газеты" 15.01.2010

назад

Материалы из архива

1.2006 Призрак Минсредмаша

"Глава Росатома высказался за восстановление технологического комплекса, существовавшего в системе министерства среднего машиностроения СССР. "Все, что есть на территории России, Украины и Казахстана, - это элементы единого комплекса Минсредмаша, который надо восстановить", - заявил журналистам Сергей Кириенко по итогам переговоров. По его словам, это в интересах и России, и Казахстана, и Украины. "Выгоднее попробовать собрать комплекс вместе, чем достраивать отдельные его части"

11.2006 Торий – источник энергии будущего?

"Ториевые реакторы способны разрешить глобальный энергетический кризис и обеспечить мир электроэнергией на всё обозримое будущее. Так считает профессор физики Эгиль Лиллестол… Профессор на протяжении многих лет ратует за создание подкритичных ториевых реакторов, управляемых ускорителями. Он надеется, что первая такая установка будет построена в Норвегии. "Я уверен, что ториевые реакторы будут построены в будущем.

1.2007 Про отходы, доходы и отложенные решения

Главная проблема в том, что пока никто в мире не придумал, как безопасно обращаться с ядерными отходами. Нет такой технологии. Никто не знает, что с ними делать дальше. Вот и хоронят — до лучших, как говорится, времен. Ученые, не смущаясь, называют это отложенной проблемой будущих поколений… Существует и еще один вид радиоактивных отходов, которые ввозятся в Россию – так называемые урановые «хвосты». Урановые «хвосты» хранятся в баллонах, емкость каждого более 12 тонн.