К шестидесятилетию благого деяния Сталина

Д.А.Тайц, к.ф.-м.н. 

Удивительно, как тотальная идеологическая система, основанная на страхе, требующая от управляемых подчинения и восхваления, отравляясь своими собственными догматами, работала против тех производительных сил, которые были ее целью. Сталинское политическое устройство было как бы закольцовано: из последних сил, ценою несчетных жертв создавалась промышленность. Провозглашая и сознавая значение науки для индустриализации, государство одновременно целенаправленно осуществляло деятельность по угнетению наук, втискивая их в прокрустово идеологическое ложе.



Такая ситуация, которая могла бы показаться иррациональной, была вполне осознана и порождалась страхом появления капиталистической заразы в умах, разоблачения скрываемой даже от самих себя неэффективности и бесчеловечности советского строя.

А эта тайна могла раскрыться в первую очередь перед учеными, которые по сути своей профессии не могут не использовать науку и идеи за пределами политических границ и, по преимуществу, как раз в демократическом западном мире, у злейшего врага – Америки и Англии. Если до войны физиков терроризировали за "вредительство" и "шпионаж" (арест Ландау и др., расстрел Бронштейна и др.), за связи с "заграницей" (Иоффе, Капица, Тамм, Френкель и др.), то после войны за "низкопоклонство перед капиталистической наукой" и отход от основ диалектического материализма, "физический идеализм" и, конечно, космополитизм.

Послевоенный погром точных и естественных наук и побивания носителей знаний началась в августе 1946 года. После затрагивающего гуманитарные и культурные проблемы постановления ЦК ВКП(б) «О журналах "Звезда" и "Ленинград"» и постановления о репертуаре театров и опер (1946 г.) началась борьба с космополитизмом и неустанное шельмование всего иностранного. Появляются идеологические статьи с критикой методов и выводов в естественных науках,  клеймящие пристрастия физиков к буржуазным взглядам и идеям физиков-идеалистов. Еще нет идеологических решений, специально нацеленных на естествознание, но репрессии против ученых уже начались. Например, приказом Министерства Образования СССР в конце 1947 года снимают зав.кафедрой распространения радиоволн, профессора, будущего академика и Нобелевского лауреата В.Л.Гинзбурга: за "раболепие и низкопоклонство перед иностранщиной", в его монографии "Атомное ядро и его энергия".

Разгром наук и всякого позитивного, нужного для промышленности и культуры знания, способствующего материальному обогащению советского человека (трудно сказать – гражданина), проявился в полном масштабе после роковой для страны сессии ВАСХНИЛ 1948 г.  Началось уничтожение ценнейшего достояния, уникального продукта научной мысли, наиболее продвинутой именно в России – генетики. Уму непостижимо! Знание, которое могло способствовать процветанию, было отвергнуто, как антинаучное и антисоветское, а некоторые носители знания уничтожены. Эта кампания зацементировала отставание в биологических разделах наук, ощущаемое поныне.

Печально знаменитая сессия ВАСХНИЛ запустила механизм борьбы с кибернетикой. Изгнание "лженауки" – "служанки империализма", придуманной для "закабаления рабочего класса" ("Вопросы философии" 1953 № 5, "Краткий философский словарь" 1954) обрекало страну на многолетнее отставание и даже потерю возможности догнать страны третьего мира. Кибернетика (и это справедливо) связывалась с генетикой. Гробилась и объявлялась "идеалистической" теория информации, запрещались целые разделы математики (Булева алгебра). Блестящей плеяде советских ученых, так или иначе связанных со школами Резерфорда, Рентгена, Бора, было очевидно, какой урон наносит этот идеологический и физический террор. Но были они прекрасно осведомлены, чем грозит не то что критика, но недостаточно рьяное согласие.

Параноидальная склонность большевистской власти к подавлению, насилию, в первую очередь над умами, знанием, т.е. самым ценным, что может быть в государстве, кажется иррациональной. Возможно, звериная интуиция сталинизма подсказывала, что опасность повреждения корпуса наук не так страшна, как влияние Запада, которое наиболее эффективно проводилось через интеллектуально подготовленных – ученых.

Идеологическое исправление наук, избавление их от порочных буржуазных концепций, развернулось широким фронтом. Карьериствующие ничтожества, благословляемые по линии ВКП(б), разоблачили теорию резонансов и применение квантовой механики в химии (1950 г.), отбрасывая эту науку на десятилетия, во времена Бутлерова.

Надо сказать, что масштабное подавление наук в послевоенное время осуществлялось властями в определенном порядке. Сначала организовывались Всесоюзные дискуссии по какой-либо проблеме (сначала в печати, потом на вузовских конференциях, на которых громили идеализм, уклонения, и вражеские влияния). Потом, как правило, созывали Всесоюзное совещание, после – окончательный вердикт по проблеме в виде статьи в "Правде" либо постановления ЦК ВКП(б). Так, после завершения дискуссии о языкознании в "Правде" 20 июня 1950 года опубликована работа Сталина "Марксизм и вопросы языкознания". Священный текст подлежит всеобщему изучению и окончательно убивает языкознание как науку (мраморная доска с именем акад.Марра "с мясом" вырвана из стены знаменитого дома академиков на набережной Шмидта).

После экономической дискуссии 1951 года Сталин своим трудом "Экономические проблемы..." полностью изгнал из экономики всякий здравый смысл, лишил ее критериев оптимизации и выбора эффективного пути, подменил политическую экономию проблемами идеологии. Идеологические атаки превращали науки в нечто ей противоположное – саморазрушающее.

Похожая участь ожидала и естественные науки, в частности, физику. Борьба с низкопоклонством, искажение истории техники, сказки о приоритетах, отравление идеологией очень мешали, но еще не погубили теоретическую физику. Весь 1947 год подготавливалось грандиозное мероприятие по борьбе с "физическим идеализмом". В июне 1947-го провели масштабную конференцию, которую начал с установочного доклада сам Жданов: "Современная буржуазная наука снабжает поповщину, фидеизм новой аргументацией, которую надо беспощадно (!) разоблачать". В той же речи законы квантовой механики он называет "... кантианскими вывертами современных буржуазных (!) атомных физиков". "Беспощадность" – любимое слово!

В 1948 году вместе с беспощадной борьбой с космополитизмом и непатриотизмом в физике велась подготовка к созыву Всесоюзного идеологического совещания в физике (по инициативе Сталина). Были направлены соответствующие письма секретарям ЦК ВКП(б) Маленкову, Шелепину, Ворошилову, Кафтанову. Подготовительные материалы печатались в партийных изданиях. Основной целью такого совещания было провозгласить окончательно победу "марксистской философии материализма в современной физике", ибо "физический идеализм – не просто вредное для науки течение, это – течение, враждебное коммунизму политически ввиду того, что оно прямо или косвенно отражает идеологию империалистической буржуазии. "Физический" идеализм всегда выступает как идеология космополитов, как мировоззрение, пропагандирующее раболепие перед иностранщиной".

Судьбоносная конференция была полностью подготовлена и намечена на март 1949 года. Страна ждала отмашки Сталина. Если бы указание было получено, то свершилось бы "окончательное решение вопроса физического идеализма". Состоялась бы единственная правильная физика, очищенная от буржуазных плевел. В соответствии с ее материалистической марксистской сущностью мы имели бы атомную, а тем более водородную бомбу, эквивалентную "ветвистой пшенице, кок-сагызу или торфоперегнойным горшочкам самого прогрессивного сельского хозяйства", изгнавшего генетику и кибернетику.

"Конечно, вряд ли сам Сталин первым осознал пагубность для советской физики предстоящего совещания. По-видимому, кто-то его определенным образом информировал. Это мог быть и Курчатов, хотя неизвестно имел ли он прямой доступ к Сталину. Скорее всего это сделал Берия, курировавший работы по атомной проблеме. Об этом говорит следующий факт, сообщенный И.Н. Головиным, заместителем Курчатова, со слов генерала В.А. Махнева, который в то время был референтом Берия.

На одном из совещаний в начале 1949 г. Берия спросил у Курчатова, правда ли, что теория относительности и квантовая механика – это идеализм и от них надо отказаться? На это Курчатов ответил: « Мы делаем атомную бомбу, действие которой основано на теории относительности и квантовой механике. Если от них отказаться, придется отказаться и от бомбы». Берия был явно встревожен этим ответом и сказал, что главное  – это бомба, а все остальное ерунда. По-видимому, он тут же доложил Сталину, и тот дал команду не проводить совещания". [1]

В хрущевскую эпоху началось медленное излечение. Идеологические тиски, зажимающие науку, медленно отпускались. В 60-х стали переводить литературу по кибернетике. В 1965-м открываются кафедры по вычислительной математике, хотя лысенковщина, угнездившаяся в колхозном строе, долго собирает свой урожай.

Научные конференции потеряли свой идеологический стержень и грандиозность. Свободные собрания и совещания, конференции, симпозиумы региональные и всесоюзные размножились и распространились по всей стране. Естественнонаучное сообщество свободно обратило свой взор на Запад и усваивало не только его технические достижения.

Мы, свидетели краха могущественного государства-империи – беспримерного события, произошедшего бескровно и... мгновенно. Так разом рушатся здания, подорванные десятком небольших фундаментных зарядов.

Сейчас, ровно через 60 лет после поистине ценнейшего деяния Сталина: отмены "Совещания", ясно, что эти заряды были заложены самим вождем в фундамент здания, устоявшего в чудовищной войне,  и назывались они "марксистско-ленинская физика (химия, биология, агротехника, математика, история, литература, музыка, мировоззрение, экономика)"...

Трагическая "утечка мозгов", а точнее, их "перетекание", которое мы наблюдаем, следствие прошлого давления на интеллект нации, проявление своеобразного закона – "гидравлики умов". Давление снято, но деформация осталась, надолго ли? Жаль.

"Великий план запорот" (И.Бродский)


Источники.

1. А.С.Сонин. "Физический идеализм" (История одной идеологической компании). Физ-мат-литература М 1994

2. "Идеология и наука" Дискуссии советских ученых середины ХХ века. Прогресс-Традиция М 2009

назад

Материалы из архива

7.2008 Вне нобелевской игры

Сергей Лесков, обозреватель газеты «Известия»: - В России из всех наук более всего уважают физику… Но все наши нобелевские достижения сделаны в 1950-е годы… Наши ученые на первых ролях, но они делают науку не в России. Академия же наук самоустранилась от науки - ее занимают выборы, назначения, бюджет, привилегии. Молодые ученые в круг этих интересов не входят и даже в тягость своей назойливой активностью, их лучше спровадить подальше.

12.2008 Огонь — главный враг подводника

Е.В.Лаухин, капитан I ранга в отставкеВ обеспечении пожарной безопасности атомных подводных лодок (АПЛ) давно наступил кризис, требующий не только принятия неординарных мер, но и осознания роли всех составляющих в предотвращении и устранении пожара. Неправильно поставленные цели приводят к неправильной постановке задач. Изучение обстоятельств тяжёлых аварий на АПЛ и их гибели от пожаров позволяют выработать новые подходы для достижения победы над огнём.

12.2007 РЕТРО энергичного АТОМА - «сказка - быль, да в ней намек»

По случаю 87-й годовщины плана ГОЭЛРО, 41-го по счету празднования дня Энергетика и в честь тридцатилетия атомной энергетики Украины. Может быть, нам все-таки, следует научиться обращать внимание на кажущиеся мелочами обстоятельства. Во-первых, говорят, что мелочей не бывает вовсе. Во-вторых, на практике убедились, что любое хорошее с виду начинание губится именно мелочами.