„Атомная” стратегия в условиях глобализации системы социальных отношений

С.Г.Ковалёв, д.э.н., проф. зав. кафедрой СПб университета экономики и финансов;
В.Е.Сабинин, к.х.н., сотрудник НИИКИ ОЭП, г. Сосновый Бор

Кризис. Этот термин‚ ежедневно употребляется в сегодняшней экономике и политике. По частоте повторения он превзошёл даже понятие „глобализация”‚ ранее бывшее безусловным лидером. И это неправильно‚ поскольку явления эти одного порядка и обсуждать кризис в отрыве от глобализации бессмысленно. Для начала определим кризис как „временное нарушение равновесия сложной системы с последующим возвратом в исходное состояние”.


К сожалению (или к счастью!)‚ есть достаточно оснований полагать‚ что к старому состоянию экономического и социального равновесия мир больше не вернётся. По этой причине совокупность болезненных явлений‚ начало которым было положено событиями в финансовой и экономической сфере США‚ не следует воспринимать как кризис. Правильнее рассматривать эти события как  активную фазу глобализации. Тогда и восприятие „кризиса”‚ и „антикризисные” меры должны стать иными. В  свою очередь‚ глобализация есть преобразование существующей системы социальных отношений в социально-экономическое устройство будущего глобального общества /1/.

Применительно к „текущему моменту”‚ глобализация есть реструктуризация финансового и экономического неравновесия в социальной системе‚ включающей Личность‚ Общество и Государство. Перестройка в форме глобализации охватывает все составные части этой системы‚ с учётом тенденций‚ в соответствии с которыми:

1.     Права и обязанности гражданина реконструируются в направлении „гражданин мира”.

2.     Система общественного труда преобразуется в соответствии с концепцией „минимизация изъятий ресурсов из природы”.

3.     Государство трансформируется в систему „глобальная администрация”.

Атомная энергетика является важной составной частью проблемы энергообеспечения коллективного труда /КТ/ и в этом качестве её можно рассматривать как источник и как значимую движущую силу глобализации. Тем более‚ что в современном мире энергетика часто оказывается центральной темой политических и экономических дискуссий. Основой для такой полемики являются угрозы‚ возникающие на фоне дефицита энергоресурсов и борьбы за них. Эти угрозы проявляются в социальной и биологической сферах. Социальная опасность дефицита энергоресурсов есть потенциальное снижение производительности КТ относительно достижимого для данного уровня технологического развития. Биологическая опасность реализуется в форме утраты запасов здоровья и генофонда популяции вследствие накопления отходов производства энергии в среде обитания и изменения её химического состава.
Сумма этих угроз вызвала к жизни появление термина „энергетическая безопасность”. В работе /1/ нами определено:

Энергетическая безопасность есть система социальных отношений, в которой доступность энергии не является фактором ограничивающим рост производительности коллективного труда.

В это определение мы пытались включить оба проявления энергетической опасности‚ рассматривая её как важную движущую силу современных глобальных социальных процессов. „Разумность” человеческого сообщества применительно к данной проблеме должна проявиться в форме выбора приоритетной в данный момент угрозы и выработки стратегии противодействия ей. Сопоставление двух упомянутых факторов в стратегической перспективе заставляет отдать безусловное предпочтение биологической угрозе. В этой ситуации повышение затрат КТ в качестве компенсации дефицита энергоресурсов оказывается меньшим из зол. Но не в момент нарушения социального равновесия. Именно сейчас‚ в момент начала активной фазы глобализации‚ необходимо выработать обоснованную стратегию поведения человеческого сообщества в экономической сфере вообще‚ и в энергетике‚ в частности. 

Экономика и рынок есть инструменты реализации принятых решений с помощью денег. Однако считать‚ что достаточно создать прозрачные, эффективные и конкурентные мировые энергетические рынки, а всё остальное сделается само собой – неразумно. Рынок есть условие необходимое‚ но недостаточное. Иллюстрацией этого тезиса может служить ситуация в области атомной энергетики.

В работе /2/ нами проведен сравнительный анализ  основных энергетических технологий /ЭТ/ по уровню нагрузки на окружающую природную среду. В перечень воздействий включены сброс токсичных отходов в атмосферу и воду, выброс „парниковых” газов, расходование флоры и фауны, изъятие земли и её ресурсов, опасность для окружающей природной среды в аварийных ситуациях, а также расход ресурсов природы /РП/ на этапах создания и утилизации ЭТ. Соотношение негативной нагрузки на природу от каждой ЭТ, рассчитанное по избранной схеме, показано в последней строке приведенной ниже таблицы. За единицу здесь принята нагрузка на окружающую природную среду от ЭТ, которые получили название альтернативных (АЭТ). По разным признакам к ним относят солнечные, ветровые, приливные, геотермальные и иные ЭТ, расходующие только возобновляемые энергоносители и‚ практически не дающие отходов.

Таблица
                                                    энергетические технологии
источник энергии
нефть
уголь
газ
био-масса
ГЭС
АЭС
АЭТ
ЭС
токсичные отходы, %
 35
 35
 10
20
® 0
® 0
® 0
® 0
интегральный ущерб среде обитания, отн. ед.
5,5
4,5,
1,5
2,5
1,5
2,5
1,0
® 0

Наибольшую опасность для среды обитания человека в процессе добывания энергии составляют выбросы в атмосферу токсичных отходов горения и аварийные ситуации. Тот факт, что гидроэлектростанции (ГЭС), атомные электростанции (АЭС), АЭТ и энергосбережение (ЭС) практически не имеют токсичных отходов‚ не означает, что они вообще не создают нагрузки на окружающую природную среду.

Заметный вклад в такую нагрузку создаёт риск для окружающей природной среды аварийных ситуаций. Значительную часть риска составляют аварии на АЭС. Хотя атомная энергетика по надёжности далеко превосходит все остальные технические системы‚ вероятность аварии никогда не равна нулю, а последствия её там потенциально (теперь уже скорее психологически) наиболее значительны. Поэтому „страховая величина”‚ входящая в состав интегрального ущерба от работы АЭС‚ избрана высокой. Кроме того, технология производства атомной энергии не требует больших территорий, однако один из важных РП - земля при этом оказывается выведенной из обращения на длительный срок. Но даже с учётом этих рисков, атомная энергетика по уровню нагрузки на среду обитания является одной из наиболее безопасных ЭТ.

С другой стороны, разведанные запасы ядерного топлива при эффективном их использовании, позволяют рассчитывать почти на 2000 лет надёжной эксплуатации. Если сравнивать эти запасы с запасами органического топлива, приходишь к неизбежному выводу о том, что через 100 – 200 лет, если не произойдут качественные изменения в структуре энергообеспечения, атомные технологии займут лидирующие позиции.

Там же /2/ приведена стратегия достижения энергетической безопасности, в социальном восприятии этого термина. Необходимым и достаточным условием достижения такой безопасности определено равенство цен на энергию от „традиционных” и от альтернативных ЭТ, которые являются символом неисчерпаемости запасов. То есть, предложен экономический, механизм достижения энергетической безопасности‚ включающий элементы рынка РП. Рассмотрен вариант, при котором производитель энергии должен оплачивать расходование всех РП, в том числе, воздуха, воды, флоры, фауны, земли и её недр, нарушений естественной структуры природных электрических и магнитных полей пропорционально величинам последней строки таблицы. Тогда оказывается, что с учётом теплотворной способности, баррель нефти должен стоить » $350, тонна угля » $2000, 1000 м3 газа » $600. При этом стоимость энергии АЭС должна увеличиться примерно в полтора раза от существующей, что на общем фоне практически незаметно. В то же время, атомная энергетика сохраняет свои преимущества как „движитель” огромной‚ информационноёмкой  отрасли.  Отметим также, что атомная энергетика в полной мере обеспечивает соблюдение условий Киотского протокола, выполнение которого становится одной из основных тем международной политики.

Если следовать стратегии энергетической безопасности‚ в будущем нас ожидает примерно трёхкратное повышение цен на энергию. В свою очередь‚ переход на массовое освоение АЭТ означает существенную перестройку всей экономической и технологической политики. Это одно из серьёзных испытаний для социальной системы построенной человеческим сообществом применительно к организации КТ‚ однако альтернативы  такому решению - нет. К чему приведёт такая перестройка? С точки зрения прогресса цивилизации - ни к чему. Энергии солнца, ветра‚ иных „бесконечных” источников достаточно для удовлетворения всех потребностей КТ. Даже если надежды на термоядерный синтез не оправдаются, со временем установится новое техническое и экономическое равновесие‚ новый режим социальной устойчивости. Темпы социально-экономического прогресса в исторической перспективе вряд ли заметно изменятся.

Наиболее значимым итогом станет изменение расхода КТ внутри отдельных отраслей производственной деятельности и перераспределение прибылей между социальными слоями человеческого сообщества. Подобный процесс применительно к мировой экономике в целом‚ мы наблюдаем сегодня‚ в начале 2009 года‚ называя его „кризисом”. Ещё раз отметим‚ что для выработки адекватной стратегии поведения внутри сложившейся ситуации‚ следует признать‚ что речь идёт об изменении структуры социальных отношений в целом. Задача заключается в выработке новых приоритетов производственной деятельности и одна из важных составных частей этого поиска есть обоснование места атомной энергетики в будущем глобальном обществе. С учётом особенностей производства и запасов энергоресурсов‚ речь может идти только о заметном возрастании общей доли атомной энергетики в мировом хозяйстве. Для того чтобы перераспределение не оказалось чрезмерно болезненным, стратегия нынешних владельцев энергоресурсов, в первую очередь, государства, должна включать увеличение инвестиций в разработку энергетических технологий, обеспечивающих минимизацию расходования РП и сброса отходов. В первую очередь, к таковым относятся АЭТ, но наиболее подготовленной и наиболее выгодной в преддверии грядущего повышения цен на энергию, оказывается атомная энергетика.

Приведенные аргументы известны большинству специалистов. Так почему атомная энергетика не стала лидером в производстве энергии, что было бы выгодно для человеческого сообщества по всем критериям? Почему режим развития этой отрасли регулируется не технической, экономической или экологической целесообразностью? Причина одна - управляет этим режимом социальная психология населения, объективно формируемая Чернобыльским синдромом и субъективно питаемая усилиями представителей конкурентных ЭТ. Поэтому стратегия развития атомной энергетики лежит в области преодоления сложившихся устоев этой психологии. Эта стратегия включает с одной стороны, наращивание усилий по повышению надёжности АЭС‚ а с другой, - инверсию эмоционального отношения населения к атомной энергетике в рациональное.

В техническом плане разработчики исходят из убеждения о том, что вероятность аварии на таком сложном производстве как АЭС полностью исключить нельзя. Значит‚ речь идёт о том, чтобы последствия аварии не выходили за пределы охраняемой территории. Вероятность именно такого развития событий может быть существенно увеличена за счёт внедрения новых технических приёмов. Технологи находят нужные решения путём использования, так называемых, „жертвенных” материалов. По этой схеме последствия даже тяжёлых и маловероятных аварий, связанных с разрушением активной зоны реактора, локализуются внутри охраняемой территории‚ что автоматически переводит их в категорию внутренних событий на уровне техники безопасности. Наличие такой системы должно заметно уменьшить эмоциональную напряжённость в отношении населения к атомной энергетике.

Но есть и другая сфера деятельности, ориентированная в этом же направлении. Она заключается в навязывании населению информации, касающейся атомной энергетики с тем, чтобы каждый житель воспринимал её проблемы как понятные и чисто технические. Результатом этого „обучения” должно стать формирование ощущения сопричастности всех и каждого к решению этих проблем. Естественно, окончательные решения должны принимать специалисты. Пример организации такой работы может быть рассмотрен на основе усилий городской администрации города Сосновый Бор  Ленинградской области РФ, в процессе создания и реализации „энергетической программы”.

В этом городе, где Ленинградская АЭС является градообразующим предприятием, последовательность действий была следующей. В 1989 году, решением городской администрации был создан „городской научно-технический совет”, руководителем которого был определён один из авторов данной работы. В состав совета вошли 12 человек, ведущих специалистов, кандидатов и докторов наук в области техники, экономики, юриспруденции, социологии, психологии. Половина из них были представителями  ведущих институтов Ленинграда, остальные – местные жители. В преддверии завершения расчётного срока эксплуатации ЛАЭС, Совет сформулировал основной тезис о том, что без атомной энергетики город исчезнет. Это положение было закреплено в постановлении городского Совета № 3 от 27.02.91, принятого большинством более 90 % депутатов: „Город Сосновый Бор задуман и создан как крупный научный и индустриальный центр атомной энергетики. Судьба города  и большинства его исследовательских‚ строительно-монтажных и производственных предприятий‚ судьба жителей связана с судьбой атомной энергетики и промышленности. …”.

Вряд ли можно найти в мировой истории другой город, который бы именно так позиционировал себя относительно атомной энергетики. Это решение стало отправной точкой для множества различных мероприятий, которые осуществлял созданный городской администрацией „Координационный комитет по программе „Энергия”. Среди этих мероприятий был международный семинар на тему „Взаимодействие общественных‚ муниципальных и государственных организаций в решении проблем развития атомной энергетики и обеспечения радиационной безопасности в балтийском регионе”. В период с 21 по 25 октября 1991 г. в работе семинара, проведенного совместно с региональным отделением Ядерного общества, приняли участие около 100 представителей из России, Финляндии‚ Англии‚ Швеции‚ Германии. Были приняты Заявление и Обращение, в основу которых положен призыв к специалистам подняться выше ведомственных или корпоративных интересов и исходить из соображений технической и логической целесообразности. Было создано общественное объединение „Энергия”, одно из первых в Ленинградской области.

В местной прессе регулярно публиковались материалы по проблеме, проводились телефонные опросы жителей, которые в то время были большой редкостью. Усилиями администрации города и области была проведена „Комплексная социально-экономическая и экологическая экспертиза 30-километровой зоны ЛАЭС”‚ которая включала 21 научно-исследовательскую работу. Предполагалось, что состояние среды обитания и социальных параметров, зафиксированное в „Экспертизе” будет служить точкой отсчёта в дальнейшей судьбе города. В работу были вовлечены депутаты всех уровней, начиная от местных и кончая федеральными. Все эти усилия были ориентированы на одну цель - проведение конкурса.

Первый, Санкт-Петербургский международный конкурс‚ целью которого был выбор лучшего предложения по строительству безопасных‚ экономически и социально целесообразных источников электроэнергии в Ленинградском регионе‚ в частности‚ в районе города Сосновый Бор был проведен с 01.12.91 по 20.12.91. Всего в конкурсе приняли участие 16 проектов. 13 на основе атомных реакторов из Германии, Швеции, Финляндии, Франции, Канады‚ Украины‚ России и 3 тепловых. В жюри конкурса входили  ведущие специалисты России‚ Великобритании‚ Швеции‚ Канады‚ Франции‚ Германии. Председателем жюри был В.А. Сидоренко‚ тогда заместитель Министра‚ член-корр. АН‚ член международной группы по ядерной безопасности при Генеральном директоре МАГАТЭ. Из представленных на конкурс проектов‚ жюри выбрало 5‚ которые были рекомендованы для дальнейшей проработки с учётом экономических‚ финансовых и иных факторов. Среди них ВВЭР-1000‚ (Атомэнергопроект‚ СПб‚ Россия)‚ PWR – 1300 (Сименс‚ Германия)‚ PWR № 4 (Фраматом‚ Франция)‚ BWR 90 (АВВ‚ Швеция) и CANDU-6 (AECL Candu‚ Канада). Эти проекты, по техническим и экологическим параметрам, были признаны пригодными для создания мощностей, замещающих выводимые из эксплуатации на ЛАЭС.

Конкурс стал „вершиной” энергетической программы. И её завершением. Предполагалось, что в дальнейшем среди победителей будет проведён конкурс коммерческих предложений и начнётся практическая реализация. Но больше не было уже ничего.

С тех пор прошло более 15 лет и можно подвести некоторые итоги, дать оценку проведенной работе. Во-первых следует отметить, что практически вся работа проводилась на общественных началах‚ что теперь уже нереально. Это было время, когда органы муниципальной власти города несколько лет находились в состоянии, которое можно определить как „стратегическая социальная инициатива”. То, что именно Сосновый Бор является энергетическим центром Северо-Запада, в то время ни у кого не вызывало сомнений. К сожалению, этот период совпал со временем, когда основные усилия государства были направлены на то, чтобы избавиться от всех обязанностей перед обществом, сохраняя только права. Итоги всем хорошо известны. На многие годы государство оказалось в состоянии „стратегической социальной обороны”, из которого полностью не вышло до сих пор. Появление данной работы именно сейчас в большой степени объясняется ощущением, что этот этап в истории России заканчивается и государство возвращается к выполнению своих обязанностей и реализации своей ответственности.

Хотелось бы надеяться, что накопленный опыт будет востребован. В особенности это желание проявляется в 2009 году, когда в г. Сосновый Бор начато строительство замещающих мощностей. Государство выполнило все положенные формальности, связанные с принятием решения о строительстве. Были проведены общественные слушания и обсуждения‚ однако для жителей города это событие прошло практически незаметно и не вызвало особых эмоций. Это положительный результат, но это вовсе не значит, что население равнодушно относится к проблеме. Просто люди воспитаны в убеждении о том, что „… Наилучшим образом сохранить свои позиции‚ избежать массовой безработицы город может путём комплексного использования своего научно-промышленного потенциала и строительства новых, безопасных атомных энергоблоков.” (см. упомянутое Решение № 3). К сожалению, проведенная работа выполнена в „лучших” традициях бюрократической системы. Неоправданное ощущение государственных чиновников о простоте проблемы может в последующем привести к неожиданным результатам.

Реальную ответственность с государства никто не снимает, о чём свидетельствуют последствия аварии в Чернобыле. И вероятность того, что последствия аварии выйдут за пределы охраняемой территории, не равна нулю. Тогда схема действий включает ещё два варианта. Первый предполагает‚ что последствия аварии выходят за пределы охраняемой территории‚ но локализуются в пределах 30-километровой зоны АЭС. Второй вариант – распространение последствий аварии на глобальном уровне сегодня для развитых стран нереален и здесь не рассматривается. 30-километровая зона, это территория‚ населению которой придётся непосредственно реагировать на аварийную ситуацию. И для него ответственность государства должна быть конкретной и персональной. Наилучшим образом эта ответственность может быть реализована путём индивидуального страхования каждого жителя от последствий аварии. При этом сумма страхового возмещения должна быть достаточной для принятия решения о переезде в любую точку глобального мира.

Если в зоне потенциального поражения живёт 200000 человек, каждый из которых застрахован на $1 млн‚ то страховой фонд должен составить не менее $200 млрд. Общая стоимость АЭС может достигать $15 – 20 млрд. и такая страховка не под силу отдельной атомной станции. Тем более, что общие расходы государства будут ещё более значительными. Однако для всех ядерных энергоустановок мира, объединённых в единую страховую систему, это условие могло бы быть приемлемым. Причём, если страховой случай не произойдёт, или произойдёт, но не выйдет за пределы территории АЭС, то неизрасходованные финансовые ресурсы можно использовать как амортизационный фонд. Они остаются в системе, заметно повышая конкурентоспособность атомной энергетики как таковой. Можно ожидать, что многие государства, вынужденные теперь отказываться от использования атомной энергетики в силу противодействия со стороны населения, доброжелательно оценят подобную инициативу. Россия могла бы определить часть средств своего резервного фонда в качестве страхового для объектов атомной энергетики, что позволило бы придать этим ресурсам реальный смысл и динамику. С другой стороны это повысит и конкретизирует ответственность государства перед населением‚ а также укрепит позиции России в качестве одного из „энергетических лидеров”.

Изложенная выше информация, по мнению авторов должна свидетельствовать о том, что атомная энергетика, при разумном подходе может получить дополнительный импульс развития на основе следующих обстоятельств:

1.               Ожидать катастрофических аварий, подобных Чернобыльской в индустриально развитых странах более нет оснований.

2.               Включение в технологию производства атомной энергии автоматических систем компенсации (маловероятных) тяжёлых аварий связанных с разрушением активной зоны, на основе „жертвенных” материалов, должно существенно уменьшить психологический барьер, построенный в сознании обывателя Чернобыльским синдромом.

3.               Этой же цели должна способствовать политика государства по увеличению открытости в сфере принятия решений, воспитанию населения в духе сопричастности этим решениям.

4.               Создание глобальной системы индивидуального страхования населения, проживающего вблизи объектов ядерной энергетики, за счёт финансовых ресурсов включённых в смету строительства, должно со временем изъять массовую эмоциональную компоненту в отношении населения к этим объектам.

5.               Общий рост цен на энергию с учётом последующей оплаты экологической нагрузки и требований по выполнению условий Киотского протокола, реальных запасов энергоресурсов‚ существенно повышает конкурентоспособность атомной энергетики в будущем глобальном обществе.

Надо полагать, что реализация подобной стратегии будет проходить в режиме здорового конкурентного противодействия со стороны представителей иных энергетических систем. Начинается новый этап гонки за участие в дележе „энергетического пирога”. Обоснованием для такого утверждения служит проявление тенденций глобализации‚ оказывающих всё более заметное воздействие на мировое социальное движение. В этой гонке победит не тот, у кого больше месторождений‚ а тот‚ кто умнее. Для этого мало не принимать „глупых” решений. Необходимо действовать, и действовать умно. Применительно к рассматриваемой проблеме, это должны быть действия государства, в основу которых могут быть положены элементы описанной выше стратегии.

В будущем глобальном обществе государство сохранит свои позиции территориального лидера‚ однако вынуждено будет перестроить свои права‚ обязанности‚ ответственность и функции в связи с преобразованием в составную часть „глобальной администрации”. Одной из заметных перемен станет реконструкция ответственности в направлении создания всеобъемлющих систем государственного страхования будущего жителя глобального общества - „гражданина мира”.  Занятие лидирующих позиций государства в этом процессе сейчас не менее важно‚ чем когда то‚ для Японии‚ занятие место технологического лидера в электронике. У России для этого есть все возможности. Но они будут сохранены не навсегда.

Сопоставление определения энергетической безопасности и рассмотренной информации, позволяет придти к выводу о том, что понятие энергетической безопасности не является абсолютным и в каждом отдельном случае должно быть соотнесено с объектом, относительно которого определяется эта безопасность. Тогда

·       энергетическая безопасность популяции есть состояние, при котором энергия от невозобновляемых и от „возобновляемых” энергоресурсов равнодоступны, то есть, имеют одинаковую цену.

·       энергетическая безопасность государства или экономики как таковой‚ есть существование законов этой экономики и рынка и точное их исполнение.

·       энергетическая безопасность предприятия есть надёжность состояния электропроводки и устойчивое экономическое состояния генерирующих компаний. И т.д.

Соответственно, стратегия достижения безопасности требует точного определения цели‚ и каждый раз будет различной. Однако в любом случае, атомная энергетика всегда будет активным игроком на этом поле, стабилизатором устойчивости и движителем в процессе достижения энергетической безопасности на всех уровнях. При этом стратегия энергетической безопасности по отношению к различным объектам вполне может быть противоречивой. Так, например, интересы предприятия, транснациональной корпорации, отрасли, государства и популяции в целом вполне могут оказаться различными. Каждый будет строить свою стратегию исходя из собственных интересов, и это правильно. А кто защищает интересы популяции? Такого органа сейчас нет, и в этом – главная угроза.

Естественно предположить, что таким органом должна стать глобальная администрация. В этом смысле можно говорить о насущной необходимости процесса глобализации как такового, одним из итогов которого и станет создание такой администрации /3/. Соответственно‚ руководители государства и атомной отрасли должны обеспечить поиск места энергетики в общей системе КТ и роли атомной энергетики в энергоснабжении будущего глобального общества.

Литература.

1.     С.Г. Ковалёв‚ В.Е. Сабинин. „Пространство выбора энергетических стратегий”. Энергетическая политика, Москва, 2008‚ № 3, стр. 55 - 60.   
2.С.Г.Ковалёв‚ В.Е.Сабинин. „Энергетическая  безопасность глобализирующегося мира”. Известия СПбГУЭФ‚ 2008. №3.
3.     В.Е.Сабинин. “Проект устройства будущего глобального общества”. Международная Академия. Вестник, №8, 1997, стр.3-4. Изд. МАИСУ, Спб, 1997.

назад

Материалы из архива

8.2007 Опасные экологи

Дмитрий Верхотуров, «Эксперт online»В Иркутской области завершились летние акции протеста против создания Международного центра по обогащению урана (МЦОУ) в Ангарске, на базе Ангарского электролизно-химического комбината. 16 августа в Иркутске прошел митинг, который подвел итоги двух лагерей протеста. У экологов две победы – они добились консолидации разных антиатомных движений и получили широкое освещение проблемы МЦОУ в федеральных СМИ.

5.2009 Русский инновационный манифест

Мы забыли о творчестве. Потребительская экономика низвела многих из нас до уровня офисного и окологосударственного планктона. Мы перестали изобретать, рваться к звездам, писать хорошие стихи. Мы стали скучными. Это тоже возможная траектория развития человечества, но она быстро заканчивается – без прометеевского начала, без божественного одарения людей технологиями и ремеслами нам остается только прозябать в брендированном транснациональными корпорациями загоне.

1.2006 Есть ли будущее у взрывной дейтериевой энергетики?

Б.В.Литвинов, академик, ВНИИТФ, г. Снежинск Вынесенный нами для обсуждения в этой статье вопрос, скорее всего, будет встречен с недоумением. Во-первых, термин «взрывная дейтериевая энергетика» был введен в употребление сравнительно недавно группой исследователей – физиков Российского Федерального Ядерного Центра – ВНИИ технической физики им. академика Е.И.Забабахина (г.Снежинск, Челябинской области), издавших в 1996 г. в нашем институте небольшую книгу под названием «Взрывная дейтериевая энергетики».