Глобальные элиты - вызов самобытной культуре народов

А.О.Степанян, председатель Политологической Ассоциации Санкт-Петербурга

Тема глобализма претерпела удивительную метаморфозу. В семидесятые годы в разговорах о глобализации, о глобальных проблемах цивилизации присутствовала доминанта гуманистического глобализма. Это тревога была связана с катастрофическим экологическим загрязнением планеты, с угрозой ядерной войны. Это так же была тревога, полная христианской сострадательности, тревога за миллионы нищенствующих в мире. Наконец, это была тревога о продовольственной безопасности нашей планеты. Повторяю, все это были гуманистические тревоги.


Тема глобализма претерпела удивительную метаморфозу. В семидесятые годы в разговорах о глобализации, о глобальных проблемах цивилизации присутствовала доминанта гуманистического глобализма. Это тревога была связана с катастрофическим экологическим загрязнением планеты, с угрозой ядерной войны. Это так же была тревога, полная христианской сострадательности, тревога за миллионы нищенствующих в мире. Наконец, это была тревога о продовольственной безопасности нашей планеты. Повторяю, все это были гуманистические тревоги.

Это все было характерно для гуманистического сознания семидесятых годов. Иными словами, когда говориться о глобализме семидесятых, имеется в виду беспокойство человечества по поводу обострения глобальных проблем.

Нечто иное подразумевают под глобализмом сегодня. Удивительно, как изменился общественный климат. Сегодня здесь очень мало тревоги. Не о тревоге идет речь. Тема глобализации сегодня преподносится в какой-то вкрадчиво банальной упаковке. Когда говорят о глобальном, подразумевают взаимозависимый, взаимосвязанный мир, мир глобальной экономики, с единым мировым рынком, с единым информационным пространством. Имеется в виду, что и экономика, и средства массовой информации сделали мир взаимосвязанным, поместив нас в единое мировое поле. Что происходит где-нибудь в Зимбабве, тут же откликается, скажем, в Москве, в Вашингтоне и т.д. Таковы эти банальные темы современного глобализма.
Но затем в упаковку этой банальности нам подкладывают содержание совершенно нетривиальное и даже, я бы сказал, тайное. А именно: в глобальном мире якобы устарела такая вещь, как национальный суверенитет, глобальный мир - это мир, в котором национальные государства, обладающие полным суверенитетом, являются вообще анахронизмом. Вытекает это, конечно, из того аргумента, что в первую очередь устарел суверенитет в экономической области, что  глобальная экономика - это такая экономика, где экономические решения не могут приниматься национальным правительством,   поскольку экономика зависит от международных центров, а рынок есть единый, глобальный и открытый. Всякие же попытки национальных правительств вмешиваться в дела этого рынка, каким-то образом управлять им, сообразуясь с национальной экономикой, являются морально предосудительным протекционизмом. Отсюда, нам говорят, в глобальном мире национальный суверенитет устарел в политике.

И такое понимание глобализма влечет за собой некие выводы, над которыми следовало бы поразмышлять.

Мы привыкли говорить о национальных элитах. Сторонники же нового глобализма предлагают иную трактовку элиты - наднацинальную. В климате новейшей эпохи быть элитой - значит не связывать себя с национальной, "туземной" элитой,  а  быть составной частью мирового истеблишмента, который где-то в Давосе или в других местах на закрытых собраниях решает судьбы мира.

Процесс так называемой модернизации и вестернизации, как правило, и начинается с того, что той или иной национальной элите говорят примерно то же самое, что когда-то говорили нашему Генеральному Секретарю: вы такие достойные, рафинированные, образованные люди, тем более что многие из вас в совершенстве знают английский язык. Поэтому вам нужно мыслить не провинциально (то есть категориями служения народу), а глобально, по логике глобального мира, по логике глобального рынка, который безошибочно отбирает наилучших. Таким образом, B утрачивается такое количество элиты, как обращенность к собственному народу и собственным избирателям.

Так, удивительным образом в устах сторонников современного глобализма столкнулись две лексики. С одной стороны, традиционная для Запада лексика правого демократического государства, приоритета прав народа, который назначает, отзывает, переизбирает своих правителей. С другой стороны, утверждения, будто бы B сегодня любая национальная элита есть часть глобальной элиты и ее ответственность перед глобальной элитой значительно превышает ответственность перед собственным населением. Таковы, дескать, законы глобального мира.

Фактически эта позиция означает отрицание демократии, политического суверенитета народа, ибо глобальную элиту никто не избирал. И господ в Давосе, которые решают судьбу в том числе и нашей экономики, мы с вами не избирали. Таким образом, демократическая презумпция выборности элиты полностью исключается. Национальный контроль над деятельностью элит также не действует.

Мировую элиту никто не избирал. В лучшем случае она кооптируется той или иной частью национальной элиты своей страны. И тогда эта кооптированная элита отчитывается не перед собственными избирателями, а перед своими собратьями по классу, перед мировым глобальным интернационалом, что совершенно недопустимо.

Надо посмотреть правде в глаза и признать, что глобальная элита - это та элита, которая дистанцировалась от собственного населения и работает по собственной логике.

Говоря о глобальной элите, следует отметить естественный примат в ней экономической элиты. В глобализованном мире рынок наделен правами той инстанции, которая бракует худших и выбирает лучших. Соответственно, экономической элите придается непропорционально большое значение. Все ресурсы становятся мировой стоимостью, экономическая рациональность довлеет над всеми другими ее разновидностями, будь то рациональность политическая или духовная. А значит, экономическая элита диктует свою волю всем остальным элитам.

Нас убеждают в том, что рынок должен быть тотальным, что все может продаваться: товары, ресурсы, политические решения чиновничества и т.д. Но если политик перестает руководствоваться общественными ценностями, защищать идеалы и превращается в банального эксперта, услуги которого продаются, то рано или поздно он обязательно попадает в услужение к богатым, к тем, кто лучше всего заплатит за угодные решения.

После того, как возникает рынок политических решений,  которые кто-то заказывает и оплачивает, мировая экономическая элита подминает под себя все остальное. А великий принцип разделения властей перестает действовать.

Кроме формального деления на исполнительную, законодательную и судебную власть имеет место более глубокое деление на экономическую, политическую и духовную власть, которые ни в коем случае не должны смешиваться. Если представитель духовной власти - поэт, трибун, национальный пророк - продается, то это уже не поэт, не пророк. Духовная власть по своей идее не должна работать по законам экономической власти. Отсюда и вытекает цивилизованное деление экономической, политической и духовной власти. Однако в условиях глобального рынка это деление исчезает.

Сегодня заново возникает вопрос об элитах. Кто они и какие? Современные элиты делят на местные - вождей местечкового типа - и на ту глобальную элиту, которая на различных саммитах решает судьбы мира. И в этом разделении уже нет места национальным элитам в едином национальном пространстве, где различные этносы, народности собирали единую политическую нацию. Это форма модерна - тоже торжество архаики.

Проблема заключается в том, как побороть эту архаику, как заново сформировать элиту, ответственную перед своими избирателями, перед своими народами.

назад

Материалы из архива

6.2008 Когда облученное топливо реакторов РБМК отправится на сухое хранение?

Генеральный директор ФГУП «ГХК» Петр Гаврилов: - По директивному графику, утвержденному руководством Росатома, срок ввода первой очереди сухого хранилища на Горно-химическом комбинате (ХОТ-2) - декабрь 2009 года, а на полное развитие - 2015 год. Сегодня финансирование стройки ведется из Федеральной целевой программы «Обеспечение ядерной и радиационной безопасности» (ФЦП ЯРБ), утвержденной Постановлением правительства РФ №444 от 13 июля 2007 года.

7.2008 Кто стоит у руля американского «ядерного ренессанса»

Справка редакции сайта www.proatom.ruСамуэль Р. Бодман, министр энергетики США31 января 2005 года Сенат США единогласно избрал Самуэля Райта Бодмана на должность министра энергетики США. Бюджет министерства энергетики США  превышает 23 миллиарда долларов, а на подведомственных ему предприятиях работает более 100 тысяч человек. В  2006 г. Бодман объявил о программе господдержки проектов по строительству новых атомных электростанций в стране.

4.2009 России нужен закон о статусе ядерной оружейной сферы

Сергей Брезкун, профессор Академии военных наукПоследние несколько лет стали временем коренного реформирования правового и структурного облика отечественной атомной отрасли. Сначала Министерство РФ по атомной энергии было опрометчиво преобразовано со снижением статуса в Федеральное агентство по атомной энергии. В 2008 году уже само агентство было ещё более опрометчиво преобразовано в Государственную корпорацию по атомной энергии «Росатом».