Битва идентичностей

Алексей Макушкин, руководитель Центра ситуационного анализа Счетной палаты РФ, кандидат экономических наук:
— Сейчас особое время в том смысле, что накоплен потенциал стратегий, выбор между которыми будет делаться на очень коротком отрезке времени — всего несколько лет. Это конкурс (или битва) ожиданий, видений, стандартов, пилотных проектов и т. д. Определившись в этих вопросах, мир перейдет к реализации победивших концептов и их представителей — вот тогда будут закладываться тренды. Течение исторического процесса вернется к более привычному нашим плановикам варианту с его средне— и долгосрочными стратегиями. Тогда опять можно будет «вычислять несущие тренды» и «оседлывать конъюнктурные волны».

назад

Материалы из архива

9.2008 О государственном регулировании ядерной и радиационной безопасности в России

В.А. Сидоренко, член-корреспондент РАН, заслуженный энергетик РоссииСпецифическая опасность деятельности, связанной с использованием ядерных материалов и радиоактивных веществ, определила особое внимание к формированию в мире единого согласованного подхода к обеспечению того, чтобы использование ядерной энергии было безопасным и хорошо регулируемым.

2.2006 Одна и та же истина возникает не однажды…

А.Г.Шлёнов, к.т.н., специалист в области физических полей Титаном мысли, собравшим все доступные сведения и избежавшим односторонности и крайностей своих предшественников, был Аристотель (384–322 до н.э.) – автор многих трудов по логике, риторике, философии, диалектике, физике, астрономии, космологии, биологии, этике, политике, социологии, истории, музыке, поэзии, театре, психологии, теологии..., затронувший, по-видимому, все области знания.

1.2009 Тридцатипроцентное правительство

Андрей Колесников, заместитель главного редактора журнала The New Times: - Вместе с остановкой административной реформы, одним из результатов которой могло бы стать улучшение качества бюрократического человеческого материала, начался отрицательный противоестественный отбор: интеллектуальный и морально-нравственный уровень российской бюрократии стал падать, а процентное соотношение либеральных технократов и нелиберальных силовиков стало резко меняться в пользу последних.