Государственное регулирование безопасности – это наша компетенция

Председатель Государственного комитета ядерного регулирования Украины Елена Анатольевна Миколайчук.

В 1995 г. в результате реорганизации орган регулирования ядерной и радиационной безопасности Украины практически утратил свою самостоятельность и на пути его прямых взаимоотношений с руководством страны был установлен дополнительный некомпетентный бюрократический барьер. Только в 2000 году Правительство исправило свою ошибку и выделило его в самостоятельную структуру, подведомственную Правительству Украины, с полномочиями в соответствии с «Конвенцией о ядерной безопасности» и «Объединенной конвенцией о безопасности обращения с ОЯТ и о безопасности обращения с РАО».

В России реорганизации Федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственное регулирование ядерной и радиационной безопасности при использовании атомной энергии, оказались более разрушительными ‑ между остатками органа регулирования ядерной и радиационной безопасности и Правительством Российской Федерации образовано 2 непроходимых некомпетентных бюрократических барьера, фактически заслон. Таким образом, сегодня Россия стоит в начале пути, который Украина уже прошла.
На мои вопросы любезно согласилась ответить Председатель Государственного комитета ядерного регулирования Украины Елена Анатольевна Миколайчук.

— Елена Анатольевна, в 1995 году орган, регулирующий ядерную безопасность Украины, в результате реорганизации был включен в состав Министерства охраны окружающей среды и ядерной безопасности. Что это была за реорганизация, и с чем было связано такое решение?

— Данная реорганизация была инициативой тогдашнего Министра охраны природы, который в качестве аргумента использовал существование в Германии Федерального министерства экологии, защиты окружающей среды и безопасности реакторов (BMU). В результате центральный аппарат ликвидированного регулирующего органа стал частью созданного Министерства охраны окружающей среды и ядерной безопасности; функцию надзора выполняла Главная государственная инспекция по ядерной безопасности, подчиненная названому Министерству; функции регулирования радиационной безопасности были по умолчанию делегированы региональным инспекциям того же Министерства.

— Как работал этот орган, будучи в ведении Министерства охраны окружающей среды и ядерной безопасности, и почему через пять лет его вернули в прямое подчинение Премьер-министра?


— Все описанные метаморфозы привели к тому, что функции надзора и лицензирования выполнялись в значительной степени автономно. Со временем неестественность такого разделения стала очевидной настолько, что на необходимости «воссоединения» надзора и лицензирования настаивали не только представители регулятора, но и сам Министр – «виновник» происшедшего, будучи уже на тот момент избранным народным депутатом. В результате административной реформы в марте 1999 года, была создана Государственная администрация ядерного регулирования, но просуществовала она недолго. В декабре 1999 года на очередном витке административной реформы было создано министерство экологии и природных ресурсов, в состав которого ее и включили – уже в виде Департамента ядерного регулирования с сохранением автономной инспекции. Однако к тому моменту понимание смысла «независимый регулятор» в обществе было достаточно высоким. В результате появился ряд обращений как от общественных организаций, так и от народных депутатов разных фракций к Президенту с требованиями восстановления и усиления независимого статуса ядерного регулятора.
В 2000 году начались активные работы по достройке энергоблоков на Ровенской и Хмельницкой АЭС. Украина снова стала страной с развивающейся атомной энергетикой, что, в свою очередь, продиктовало необходимость создания независимого регулирующего органа, способного обеспечить надлежащий уровень ядерной безопасности. И уже 5 декабря 2000 года Президент принял решение о создании Государственного комитета ядерного регулирования Украины как центрального органа исполнительной власти со специальным статусом. Правда, после этого функции по регулированию радиационной безопасности еще два с половиной года по прежнему выполняло Министерство охраны природы.
Если же отвлечься от внешней оболочки, то о необходимости создания независимого регулирующего органа красноречиво свидетельствует пример 1999 года. На заседании Коллегии Госадминистрации ядерного регулирования рассматривался вопрос о состояние оборудования на Чернобыльской АЭС. По результатам рассмотрения данного вопроса было определен конечный срок эксплуатации 3-го энергоблока ЧАЭС без существенной модернизации и замены оборудования – 15 ноября 2000 года. Минэкоресурсов от этого решения отмахнулось и определило свой срок – 15 декабря 2000 года. В результате 3-ий блок ЧАЭС остановился сам 6 декабря 2000 года, полностью оправдав прогноз регулятора. Это не единственный факт, еще раз подтверждающий, что регулирующий орган должен быть способен донести свою позицию до «верхушки» и отстаивать ее независимо от политических или экономических мотивов.

— Обеспечивают ли сегодня организационная структура государственного регулирования ядерной безопасности и законодательная база Украины выполнение фундаментальных принципов безопасности, определенных «Конвенцией о ядерной безопасности» или «Объединенной конвенцией о безопасности обращения с ОЯТ и безопасности обращения с РАО»? Известны ли Вам узкие места в организации и в законодательстве, и какие законодательные акты необходимо еще принять?


— Одним из эффективных инструментов независимой проверки организационной структуры государственного регулирования ядерной безопасности является миссия МАГАТЭ «Комплексный обзор регулирующей деятельности» (IRRS). Первая полномасштабная миссия IRRS проходила во Франции. Украина, где указанная миссия проходила в июне поточного года, стала второй.
По результатам работы миссии эксперты МАГАТЕ отметили, что украинское ядерное законодательство отвечает международным требованиям и включает все наиболее важные международные конвенции.
Что касается организационной структуры государственного регулирования, то результаты той же миссии продемонстрировали, что существующая в Украине система государственного регулирования также вполне удовлетворяет международные требования и должным образом выполняет, поставленные перед ней задачи.
Следует подчеркнуть, что на протяжении последних 4-х лет Правительством, несмотря даже на его неоднократные смены, был не просто задекларирован, а действительно предпринят ряд мер по укреплению институционных возможностей и независимости Госатомрегулирования: увеличен штат, бюджет регулирующего органа.
Со своей стороны регулирующий орган также прилагает усилия, направленные на повышение эффективности своей деятельности, дальнейшего улучшения своих позиций. Так, в августе этого года Комитет успешно завершил внедрение системы управления качеством согласно ISO 9001:2001. С целью юридического закрепления независимого статуса разработан законопроект, определяющий статус и функции органа ядерного регулирования, и предусматривающий его реформирование в Национальную комиссию.


— Имеет ли Комитет ядерного регулирования Украины право законодательной инициативы, и какие законодательные акты были инициированы им за последние 5 лет? Как проводится эта работа?

— Формально права законодательной инициативы у Госатомрегулирования нет. Таким правом в Украине наделены только Президент, Кабинет Министров и народные депутаты. Однако одной из основных функций регулирующего органа является участие в совершенствовании национального законодательства. За последние несколько лет специалистами регулирующего органа были подготовлены проекты Закона Украины «О ратификации Дополнительного протокола к Соглашению между Украиной и МАГАТЭ о применении гарантий в связи с договором о нераспространении ядерного оружия», Закона Украины «О внесении изменений в Закон Украины «О физической защите ядерных установок, ядерных материалов, радиоактивных отходов, других источников ионизирующего излучения, Закона Украины «О внесении изменений в закон Украины «О разрешительной деятельности в сфере использования ядерной энергии», Закона Украины «О ратификации Поправки к Конвенции о физической защите ядерного материала» и закона Украины «О внесении изменений в некоторые законы Украины в связи с ратификацией поправки к Конвенции о физической защите ядерного материала».
Перечисленные законопроекты выносились на рассмотрение Верховной Рады через Кабинет Министров Украины, а некоторые из них были подкреплены и представлениями народных депутатов.

— Какие Вы используете нормативные документы и как организована их разработка? В каком направлении совершенствуются стандарты безопасности и нормативная база Украины (европейском, американском, российском)?

— Определение критериев, требований и условий безопасности – одно из основных направлений деятельности Госатомрегулирования. Комитет ведет активную работу по «обновлению» существующей системы норм, правил и стандартов по ядерной и радиационной безопасности, которая досталась Украине в наследство от Советского союза, разработке новых нормативных документов.
Сегодня не осталось ни одного документа бывшего СССР, правонаследником которого является Госатомрегулирование, который не был бы пересмотрен или не находится в процессе пересмотра. В 2005 году эта работа стала носить системный характер, причем поставленная цель – избавиться до 2012 года от всех правил, доставшихся от СССР и заменить их современными требованиями, сегодня уже не кажется недосягаемой.
При разработке новых и пересмотре старых нормативных документов проводится комплексный анализ норм документов, действующих и в России, и в США, и в странах Евросоюза, и стандартов, принятых МАГАТЭ. Поэтому определенной географической направленности у нас нет. Наше направление – достижение наивысшего уровня ядерной и радиационной безопасности.

— Как организовано взаимодействие Госатомрегулирования Украины и Ростехнадзора России. Каковы перспектива и направление их развития?

— Регулирующие органы Украины и России всегда вели плотное и весьма результативное сотрудничество. Правда, реформы, проводившиеся в наших странах, время от времени вносили некоторую сумятицу. Однако сегодня существует четкая направленность на усиление сотрудничества между украинским и российским регулирующими органами в сфере использования ядерной энергии. Сегодня наше сотрудничество сосредоточено в основном на вопросах продления сроков эксплуатации энергоблоков, оценки прочности корпуса реактора, безопасности введения в эксплуатацию и вывода из эксплуатации энергоблоков АЕС.
В то же время хочу отметить, что в последние годы отношения поддерживались скорее по инициативе Украины. В будущем хотелось бы, чтобы российская сторона была более активной. Обмен практическим опытом между украинским и российским регулирующими органами может быть необычайно полезным для обеих сторон, хотя бы потому, что Украина и Россия эксплуатирует одни и те же типы реакторов.

— Достаточно ли у Госатомрегулирования финансовых и кадровых ресурсов для выполнения поставленных задач? Как Вы подбираете специалистов для работы инспекторами? Какое соотношение уровней заработной платы Ваших инспекторов и контролируемых ими работников эксплуатирующих организаций?

— Я уже упоминала, что последние четыре года проводилась активная работа по усилению институционных возможностей регулятора. Для сравнения: годовой бюджет Госатомрегулирования в 2003 году составлял 4,645 млн. гривен, а в штате было 176 человек; к 2008 бюджет вырос до 21,893 млн. гривен, а штат до 292 человек.
Зарплату наших инспекторов мы стараемся, не без помощи Правительства, конечно, поддерживать на достойном уровне, ненамного меньшем, чем у работников эксплуатирующей организации. Так, буквально 10 сентября этого года Кабинет Министров Украины принял постановление, устанавливающее специальную надбавку государственным инспекторам по ядерной и радиационной безопасности в размере 50% от должностного оклада за особые условия работы. Таким путем мы решаем вопрос закрепления квалифицированных кадров в центральном аппарате и региональных инспекциях по радиационной безопасности. Что касается инспекторов, постоянно работающих на площадках АЭС, то еще с 1997 года они приравнены к условиям оплаты труда соответствующих специалистов эксплуатирующей организации (например, начальник инспекции на АЭС = заместитель ГИС по безопасности).


— Известны ли Вам случаи коррупции в структурах Госатомрегулирования? Если да, то как с ними боретесь и какие меры профилактики проводите?

Случаев коррупции в Госатомрегулировании зафиксировано не было. Но, даже несмотря на такое благоприятное состояние дел, мы принимаем различные профилактические меры.
Одним из эффективных механизмов предотвращения проявлений коррупции стало внедрение системы управления качеством по стандарту ГСТУ ISO 9001:2001. Работа по внедрению системы управления качеством была окончена Госаторегулированием в августе этого года и, безусловно, будет способствовать тому, что все процессы регулирования, особенно в части разрешительной деятельности, станут гибче и прозрачнее.
Кроме того, прилагаются усилия для того, чтобы сделать прозрачнее и процесс принятия решений, минимизировать существующий субъективизм. Все это в комплексе дает нам неплохой результат в работе по профилактике проявлений коррупции.

— Как складываются у Вас отношения с эксплуатирующими организациями и возглавляющими их структурами власти? Как разделена деятельность по регулированию безопасности между Госатомрегулированием и НАЭК «Энергоатом»?

— Отношения с эксплуатирующими организациями и министерствами, под ведомством которых они находятся, складываются непросто. Порой решения, принимаемые регулирующим органом, и критика с его стороны, мягко говоря, бывают неприятны. Однако нам удается поддерживать конструктивные взаимоотношения, эффективными механизмами для достижения которых является проведение совместных рабочих совещаний, создание межведомственных групп для обсуждения проблемных вопросов и т.д.
Вторая часть вопроса мне, откровенно говоря, не очень понятна. НАЭК «Энергоатом» и Минтопэнерго, которому компания подчиняется, безусловно, осуществляют надзор и контроль за своей деятельностью, но то, что касается государственного регулирования безопасности – исключительно компетенция Госатомрегулирования.

— Какие лицензии Вы выдаете и каково их общее количество?

— Лицензирование деятельности в сфере использования ядерной энергии осуществляется согласно Закону Украины «О разрешительной деятельности в сфере использования ядерной энергии» (11.01.2000) и ряду других подзаконных актов. Госатомрегулирование осуществляет в установленном законом порядке лицензирование деятельности по проектированию ядерных установок или хранилищ для захоронения РАО, переработки урановых руд, перевозке радиоактивных материалов, обращению с РАО, производству и обращению с ИИИ, подготовке персонала для эксплуатации ядерных установок; деятельности, связанной с обеспечением физзащиты ядерных материалов, РАО, других ИИИ и ядерных установок; деятельности эксплуатирующей организации на отдельном этапе жизненного цикла ядерных установок или хранилищ для захоронения РАО; деятельности, связанной с осуществлением персоналом непосредственного управления реакторными установками АЕС.
В 2007 году Госатомрегулированием было выдано 276, а за первое полугодие 2008 года - 181 лицензия на осуществление отдельных видов деятельности.

— Кто и как контролирует деятельность организаций, выполняющих работы и оказывающих услуги эксплуатирующим организациям?


Осуществление контроля, о котором идет речь, — задача эксплуатирующей организации. Однако мы должны быть уверены в том, что эксплуатирующая организация контролирует деятельность подрядных организаций должным образом. Поэтому Госатомрегулирование может инициировать со своей стороны проведение проверки системы управления качеством эксплуатирующей организации, ряда других проверок как эксплуатирующей организации, так и подрядных организаций.

— Как взаимодействуете со СМИ?

Ядерная сфера, регулируемая Комитетом, является очень чувствительной для украинцев. Что, собственно, не удивительно для страны, пережившей Чернобыль. Как правило, средства массовой информации осознают ту ответственность, которую они несут, освещая вопросы ядерной и радиационной безопасности, поэтому цели у нас, что касается объективного и своевременного информирования общественности, совпадают.
Госатомрегулирование, прежде всего, позиционирует себя как открытый источник компетентной и оперативной информации о состоянии ядерной и радиационной безопасности в Украине, и свои отношения со СМИ строит исходя, именно, из этого. В работе с масс-медиа Госатомрегулирование использует как общеизвестные, так и собственные методы. Так, помимо классической рассылки пресс-релизов, ведения сайта, проведения брифингов и пресс-конференций, горячих телефонных линий, Госатомрегулирование ежегодно готовит и распространяет среди СМИ Доклад о состоянии ядерной и радиационной безопасности Украины. Кроме того, активно привлекаем журналистов, особенно тех, с кем давно сотрудничаем, к внутренней жизни Комитета: приглашаем их на заседания Коллегии, Научно-технического совета Госатомрегулирования, другие значимые для нас события.

Ваши планы на будущее?

Команда, которая сейчас работает в Госатомрегулировании, поставила перед собой цель – сделать украинский регулирующий орган самым эффективным и держаться этого уровня. Думаю, что в скором будущем нам удастся это реализовать.

назад

Материалы из архива

12.2009 Энергетика на быстрых реакторах: от замысла через опыт к новому старту

В.В.Орлов, д.ф-м.н., профессор, НИКИЭТI. Военная предыстория, роль теорииЯдерная энергия, в миллионы раз превосходящая химическую по калорийности и ресурсам топлива, с начала 20 века будила воображение ученых и фантастов (Содди, Уэллс, Вернадский). Но Резерфорд и др. физики сомневались в ее практическом значении: ускоренные заряженные частицы теряют энергию в кулоновских столкновениях, так что выход ядерных реакций мал и выделенная энергия много меньше затраченной.

8.2006 Молодые ученые – вымирающий вид?

"Чтобы сохранить сложившееся соотношение научных сотрудников и персонала, сокращение коснется обеих групп примерно поровну. Может показаться, что вспомогательного персонала многовато, но это не так. Площадь серьезных установок, скажем, в институтах ядерных исследований, в химической отрасли доходит до сотен квадратных метров, и, чтобы поддерживать их, нужны многочисленные инженеры, техники, лаборанты…

2.2008 Если нужно, значит, «нано»!

Константин Гурдин, «Аргументы недели»Государственную поддержку нанотехнологий можно сравнить с советским атомным проектом. Снова все силы и средства брошены на одну – ключевую – область исследований. Объем финансирования наноиндустрии в 9 раз превышает сумму, которую Россия выделяет на поддержку фундаментальной науки. При этом, как и в случае с атомной бомбой, государство рассчитывает на быструю отдачу. Но эта ставка, скорее всего, не сыграет. В действительности «плодами нанотехнологий» смогут насладиться разве что наши внуки.