Подонков и недоучек не выпускаем

Болонская удавка на горле отечественной инженерной школы

Л.И.Волчкевич, доктор технических наук, профессор МГТУ имени Н.Э.Баумана.

Среди актуальнейших проблем развития страны, обсуждаемых нынче верховной властью, кадровое обеспечение инновационных процессов затерялось где-то далеко. А напрасно.


Между двумя уровнями

Всякий раз, когда я слышу дифирамбы по поводу дивидендов от тотального применения двухуровневого высшего образования, я невольно вспоминаю безумную эйфорию «роботомании» 70–80-х годов с обещаниями тотального искоренения ручного труда и всеобщего благоденствия. В итоге робототехника заняла свою разумную (не весьма обширную!) «экологическую нишу», а непривлекательный ручной труд не изжит и до сих пор.

Может быть, именно трезвости и взвешенности не хватает нам и по «болонскому» вопросу? Тем более что ни одна из развитых европейских стран не пожертвовала национальными традициями образования в пользу «безродной Болоньи». Система везде рассматривается в рекомендательном аспекте, и лишь наши чиновники от образования придали ей директивную значимость.

Высшая техническая школа страны готовит специалистов по множеству направлений, специальностей, специализаций. Среди них такие, от которых в ближайшее время широкого инновационного эффекта не предвидится (термоядерный синтез, наноматериалы и нанотехнологии и др.). Здесь нужны в первую очередь талантливые ученые-исследователи и приданные им сведущие лаборанты. Двухуровневая система с разделением контингента после одинаковой фундаментальной подготовки на «бакалавров» (таких большинство) и «магистров» (поменьше) представляется достаточно разумной.

Однако основным отраслям материального производства – от сельского хозяйства до электроники и ракетостроения – необходимы не только и не столько исследователи, сколько квалифицированные разработчики новых прогрессивных технологий и высокоэффективных средств производства: инженеры-технологи, конструкторы, проектанты. Потребность в них сегодня – острейшая.

Без подобной кадровой поддержки инновационное развитие народного хозяйства попросту невозможно – не закупать же все новое за границей, как это вынужденно делалось в 20–30-х годах прошлого века!

В традиционных отраслях давно сложилась иерархия профессионально обученных специалистов: «квалифицированные рабочие» – «техники» – «инженеры». В МГТУ имени Н.Э.Баумана после четырех лет обучения доля профилирующих специальных дисциплин составляет не более 13% – это ознакомительные курсы, частично научно-теоретические основы и т.д. До профессионального умения еще далеко. Поэтому бакалавры в сложившейся системе специалистов не тянут даже на «вставную челюсть», поскольку решению творческих задач не обучены, а для исполнительских вполне подходят техники – для того их и обучают.

Распространять безальтернативно двухуровневую систему «бакалавр–магистр» на все специальности высшего образования не более разумно, чем засевать всю советскую пашню сплошь кукурузой.

Бакалаврский загон

Чем аукнется «болонизация» учебного процесса, например, в МГТУ имени Баумана? Известно, что слабые абитуриенты заявлений к нам не подают или отсеиваются при конкурсном отборе. К окончанию четвертого курса из поступивших остается 60–70%, остальные не выдерживают трудностей учебы или осознают ошибочность выбора профессии.

Среди оставшихся подавляющее большинство – это потенциально высококлассные специалисты: умные, высокоработоспособные, мыслящие. И я с ужасом представляю себе перспективы, когда из такого контингента росчерком пера неведомого министерского клерка мы вынуждены будем «отрубать» 80%, отправлять их в «бакалаврский загон», выдавая второсортные дипломы, лишая возможностей достойно раскрыть себя. Как правильно называть такое – дилетантством, легкомыслием? Или вредительством? (Преднамеренным или непреднамеренным – судить не берусь.)

Не могу отделаться от ощущения, что сегодняшняя политика тотальной «болонизации» объективно ведет к удушению русской инженерной школы. Достаточно представить неизбежные последствия.

Когда подавляющее число студентов технических вузов будут вынужденно завершать свое образование через 3,5–4 года, мы вскоре получим целую армию молодых людей с дипломами высшего образования, но профессионально беспомощных. Далеко не все найдут средства доучиться на коммерческой основе до инженера или магистра. А остальным куда деваться? Не приведет ли это к мощному социальному взрыву?

Но и это – не самое страшное. Общее число студентов в вузе резко сократится, на старшие курсы из каждого потока доучиваться на выпускающие кафедры будут приходить лишь по несколько человек. Это повлечет за собой широкомасштабное увольнение вузовских преподавателей, в первую очередь – опытной профессуры, закроет дорогу молодым. В итоге – гибель множества сложившихся научно-педагогических школ по инженерным специальностям. Примеры тому уже есть. Группа из 3–4 преподавателей по специальности (вместо сегодняшних 13–15) при всем желании не в состоянии охватить все многообразие задач подготовки специалистов широкого профиля. Значит, грош цена будет не только отторгнутым бакалаврам, но и отобранным магистрам. Все – «болонская удавка» затянется туго и безвозвратно.

«Болонские страдания»

Имеются ли у руководителей высшего образования страны другие стратегические цели, помимо навязывания «Болоньи»? Внятного ответа нет. В рассылаемых ныне проектах новых образовательных стандартов прорывные стратегические идеи методологического плана что-то не просматриваются.

Между тем проблемных, нерешенных задач немало. В условиях рыночной экономики подготовка любых специалистов должна ориентироваться прежде всего на рыночный спрос, на требования работодателей. Сегодня довольно четко сложилась система требований к специалистам, претендентам на интересную работу с хорошим содержанием:
– ум, талант, человеческая порядочность;
– высокая работоспособность, умение работать с перегрузками;
– творческое мышление, широкая эрудиция, способность адаптироваться к решению задач, которым напрямую в вузе не учили;
– владение современной вычислительной техникой и информационными технологиями как минимум на уровне грамотного пользователя;
– владение конкретикой специальности, полученной в вузе, но с позиций расширенного применения знаний и умений;
– знание иностранных языков;
– экономическая грамотность.

Как видно, на первом плане оказывается не узкопрофессиональная подготовленность, а нравственные качества личности. А это также во многом вузовские плоды.
Воспитательная роль вуза огромна. Физическое созревание молодого человека обычно совпадает по времени с получением среднего образования. А нравственная, гражданская зрелость приходит не ранее чем через несколько лет. И очень важно, в какой среде молодой человек проведет эти годы. В технические вузы приходят пытливые, желающие серьезно выучиться, открытые для воспитания в них лучших человеческих качеств. А дальше все зависит от атмосферы конкретного вуза.

Оценивая качество работы вузов, я на первое место поставил бы не «остепененность» преподавательского состава и его научно-издательскую плодовитость, не компьютерную оснащенность и тем более – не число ступеней обучения, а морально-нравственный климат в вузовском коллективе. Это легко проверяется анонимными студенческими опросами.

Мне не стыдно привести в качестве одного из примеров (отнюдь не идеализируя!) вуз, в котором я работаю более пятидесяти лет, – МГТУ имени Баумана. Мы сохраняем, как можем, традиции морально-нравственного воспитания студентов. И это достигается не какими-то спецмероприятиями, а общим психологическим климатом в коллективе, доброжелательностью отношений, моральной порядочностью преподавателей в сочетании с высокой требовательностью к себе и к студентам. Личности лживые и двуличные, халтурщики и разгильдяи, ленивые и нелюбопытные у нас плохо приживаются и, как правило, до диплома не доходят.

Не случайно многие поколения бауманцев повторяли с гордостью: «Наш вуз подонков и недоучек не выпускает».

Думаю, что подобных серьезных вузов в России немало. Но есть и другой фланг – насквозь коррумпированные вузы, вплоть до «фабрик по продаже дипломов высшего образования». Если молодой человек поступил в вуз за взятку и в дальнейшем шагал по ступеням зачетов и экзаменов, вкладывая дензнаки в свою зачетную книжку, на выходе мы получаем готового коррупционера, полностью уверенного, что за деньги можно купить все, например диплом кандидата, а затем – и доктора наук. И покупают – сколько сейчас «ученых высшей квалификации» среди чиновников!

Может быть, Министерству образования и науки РФ поставить своей основной, стратегической задачей именно очищение вузов от «нечисти»? А «болонские страдания» оставьте в компетенции вузов, там лучше разберутся, как и каких специалистов готовить.

Опубликовано в "Независимой газете" 11.06.2008

назад

Материалы из архива

6.2008 Когда облученное топливо реакторов РБМК отправится на сухое хранение?

Генеральный директор ФГУП «ГХК» Петр Гаврилов: - По директивному графику, утвержденному руководством Росатома, срок ввода первой очереди сухого хранилища на Горно-химическом комбинате (ХОТ-2) - декабрь 2009 года, а на полное развитие - 2015 год. Сегодня финансирование стройки ведется из Федеральной целевой программы «Обеспечение ядерной и радиационной безопасности» (ФЦП ЯРБ), утвержденной Постановлением правительства РФ №444 от 13 июля 2007 года.

9.2006 Решения должны быть разные

(Послесловие к колонтаевскому семинару) Т.Д.Щепетина, к.т.н., в.н.с. Курчатовского института, e-mail: tds@dbtp.kiae.ru Участие в семинаре по малой энергетике в подмосковном Колонтаево многое прояснило и потребовало еще более расширить горизонт отражения «науки» на «практику», и если уж не поменять точку зрения, то главным образом сменить акценты в нашей «разъяснительной деятельности» относительно судьбы и роли АСММ.

6.2009 Задуматься об эффективности расходов

Сергей Алексашенко, бывший первый заместитель председателя Центробанка Российской Федерации: - Меня сильно порадовала фраза президента, который сказал, что, помимо сокращения расходов, нужно будет еще задуматься об их эффективности. То есть выясняется, что президент и сам признает, что расходы бюджета были неэффективными. Ну вот если правительство перейдем от слов к делу… Все везется из Польши, из Венгрии, из Болгарии, из Финляндии.