ЛАЭС: уроки ядерной паники

Алла Ярошинская, ИА "Росбалт"

Несколько дней «ядерная авария» на Ленинградской АЭС была в центре внимания СМИ и населения не только северо-запада, но и всей России. «Свидетели» живописали полный апокалипсис с облученными в больницах, йод скупался на три года вперед во всех аптеках региона, «сведущие» люди в Интернете спорили – пять или сорок пять его капель смешивать с молоком перед приемом внутрь.


С экстренными заявлениями о том, что «ЛАЭС работает в стабильном режиме», и никакой угрозы населению нет, выступили руководство станции и «Росэнергоатом», утихомиривал разволновавшихся жителей мэр Соснового Бора. Затем была подтянута тяжелая артиллерия в виде Ростехнадзора и Росприроднадзора. Наконец, заявление о неких злоумышленниках, намеренно распространяющих недостоверную информацию, сделала прокуратура.

Но страсти только накалялись. Народ не верил официальным лицам и органам, продолжая судорожно затариваться йодом. И только после того, как известные экологические организации («Гринпис» России, сосновоборский «Зеленый мир» и другие) подтвердили, что радиационный фон вокруг самой АЭС, в Сосновом Бору, близлежащих городах и в Петербурге не выходит за пределы нормы, ажиотаж и паника пошли на спад.

Сейчас в атомном ведомстве говорят о «хакерской атаке». Видимо, за таковую приняли одновременный заход на сайт тысяч пользователей Интернета, которые хотели узнать новости о ситуации на ЛАЭС из первых рук. Скорее всего, серверы просто не справились с нагрузкой.

Главный урок, который можно извлечь из всего произошедшего: население не поверило официальным заявлениям. Причина очевидна — слишком много и слишком долго власти отмалчивались и откровенно лгали после ядерных катастроф на Урале, Чернобыльской АЭС, навешивая на сообщавших о реальных масштабах бед экологов, независимых ученых, журналистов идеологические ярлыки «экстремистов, льющих воду на мельницу западной пропаганды», которые хотят получить «выгоду». Тех, кто пытался рассказать обществу о реальном положении в зонах ядерных инцидентов, преследовали, выгоняли с работы.

Видимо, информационное табу, которое было наложено в советское время на все, что касалось ядерной темы, закрепилось в сознании ядерного истэблишмента России. Речь идет, прежде всего, об атомных станциях. Все секреты устройства АЭС давно известны – физика реактора не зависит от идеологической окраски страны, а на Западе давно уже устраивают экскурсии на атомные станции всем желающим. (Автор много лет назад без всяких проблем побывала на АЭС Великобритании, США, Японии.) В России атомные станции остаются закрытыми от населения, а особенно — от экологов. Много ли, например, граждан информировали о проблемах ЛАЭС, атомных инцидентах, случившихся здесь еще в дочернобыльскую эру?

А ведь известно, что реакторы на ЛАЭС – чернобыльского типа, самые старые не только в России, но и во всем бывшем СССР и странах соцлагеря. Срок их технической жизни продлен распоряжением властей, а рядом со старой АЭС возводится новая. Таким образом, в районе с населением в 7 млн человек впервые в России будет проводиться двойной эксперимент: выведение старых реакторов чернобыльского типа РБМК-1000 и введение новых – ВВЭР-1500.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что народ, особенно проживающий вокруг этой «ядерной кастрюли», хочет получить как можно больше информации о том, что и как в ней варится, и не сорвет ли «крышку» со всеми вытекающими последствиями. А официальным заверениям, что «все хорошо» — не верит. Основанием для недоверия служит и список инцидентов на ЛАЭС, о которых никто никогда из властей гражданам не докладывал. Вот только некоторые из них: январь 1974 года – взрыв на первом блоке железобетонного газгольдера (стальное сооружение для выдержки газообразных радиоактивных отходов), декабрь 1990-го – рассыпание графита, загрязненного ядерным топливом, февраль 1994-го – утечка радиоактивной жидкости из системы охлаждения. Но самые серьезные, которые независимые ученые называют предпосылками Чернобыля, случились на ЛАЭС осенью 1975-го и весной 1993-го.

При первом инциденте после остановки реактора из-за отключения двух турбогенераторов произошел разогрев топлива, оболочки нескольких тепловыделяющих элементов и один технологический канал были разрушены. В окружающую среду, по некоторым оценкам, было выброшено около 1,5 млн кюри высокоактивных радионуклидов. Несколько человек из персонала получили переоблучение. Повышенная радиоактивность была зафиксирована даже на территории Швеции. Власть скрыла информацию не только от населения, но и от атомщиков из других АЭС. А ведь если бы персонал ЧАЭС знал об этом инциденте, возможно, в Чернобыле все было бы по-другому.

В 1993-м из-за отказа клапана в одном из технологических каналов охлаждения была повреждена тепловыделяющая сборка. В окружающую среду попали радиоактивные газы, что привело к повышению радиоактивного фона в районе ЛАЭС в 20 раз. Но кто об этом знал, кого предупредили об опасности?

Только за последние годы на станции было обнаружено несколько серьезных нарушений. В мае 2000-го пришлось экстренно заглушить реактор первого блока. По сообщениям бывшего сотрудника ЛАЭС, оператора хранилища отработавшего ядерного топлива, ликвидатора последствий аварии на ЧАЭС Сергея Харитонова, ремонтируя канал с ядерным топливом, там забыли кусок резины.

В августе 2002-го был остановлен третий блок ЛАЭС — «оказалось, что во время ремонта на блоке вместо новых датчиков (расходомеров) были установлены старые». «Количество старых расходомеров — 241 из общего в 1693, — сообщает Харитонов в своем докладе о ситуации на станции. — Как свидетельствует внутреннее расследование ЛАЭС, на 231 расходомер в документах были подделаны подписи контролеров отдела ядерной безопасности. Именно старые расходомеры стали выходить из строя 5 августа 2002 года при запуске третьего энергоблока». В связи с этим было даже возбуждено уголовное дело. «Чтобы скрыть тот факт, что расходомеры уже использовались в реакторе, а также, чтобы снизить их радиоактивность, они были дезактивированы и прошли электрохимическое полирование в химическом цехе», — сообщает Харитонов.

В июне 2007 года пришлось остановить второй энергоблок ЛАЭС. Причиной послужили нарушения в системе охлаждения реактора. Список можно продолжать — к сожалению, без ссылок на официальные источники.

Возможно, паника по поводу ситуации на ЛАЭС возникла из-за туманных сообщений на сайтах ЛАЭС и «Росэнергоатома» за последний месяц. Учитывая крайнюю скудость информации, все, что происходило на ЛАЭС в последнее время с третьим блоком, могло вызывать тревогу у малоинформированного и очень впечатлительного читателя. На сайте «Росэнергоатома» несколько раз сообщается, что третий блок был поставлен на капремонт и модернизацию с 20 июля 2007 года, которая закончилась 8 мая. 13 мая появилась информация, что до конца недели (т.е. до 16 мая) он будет введен в строй. Но вместо этого 15 мая третий блок вдруг останавливают и начинают проводить с ним какие-то технические манипуляции, чтобы затем продолжить его введение в систему. А 18 мая «начат краткосрочный ремонт турбогенератора четвертого энергоблока». Его подключение «к системе с нагрузкой 160 Мвт» случилось 21 мая. И 21 же мая «продолжался выход на номинальную мощность» третьего блока. Создается впечатление, что почти одновременно на двух блоках случились некие ЧП, которые пришлось срочно «разруливать». Но ни подробной информации, ни разъяснений для обывателя нет.

«Мы промерили фон в Сосновом Бору и вокруг АЭС, — сказал обозревателю «Росбалта» Олег Бодров, глава местной НПО «Зеленый мир», — он оказался в норме. Во всей этой истории смущает то, что власти провели мощнейшую информационную атаку, абсолютно не адекватную ситуации. Это наводит на мысль, что, возможно, на станции все же произошло нечто, о чем нам неизвестно, но не повлекшее повышение радиационного фона».

Очевидно, что россияне по-прежнему опасаются «мирного атома». (По данным исследовательского социологического холдинга «Ромир» за декабрь прошлого года, 78% населения не поддерживает строительство атомных станций.) Как и во времена аварии на ЧАЭС, люди оказались не готовы к серьезной ядерной аварии: все спрашивали всех, что делать — по телефонам, через электронную почту, сами невольно порождая панику. В сознании большинства возникала одна ассоциация: «Чернобыль — АЭС — йод». Выяснилось также, что только у единиц, да и то проживающих в Сосновом Бору, оказались под рукой работающие дозиметры, поэтому «задавить» панику на корню их владельцы были не в состоянии.

Атомщикам разумнее было бы вместо поисков «врагов» (или хотя бы параллельно с ними) и заявлений о «конкурентах» заняться научным и систематическим анализом ситуации внутри отрасли. Причем следовало бы озаботиться качественной работой не только в чисто ядерной, но и в информационной сфере, выработав, наконец, современную информационную концепцию подачи событий и отношения с населением.


Опубликовано на сайте ИА "Росбалт" 27,05,2008

назад

Материалы из архива

1.2006 Ядерные материалы: проблемы собственности

А.И.Иойрыш, д.ю.н., профессор, заслуженный юрист РФ, руководитель проблемной группы мирного использования атомной энергии Института государства и права РАН; В.Г.Терентьев, д.т.н., профессор, лауреат Государственной премии СССР, начальник отделения законотворческой деятельности ФГУП «ЦНИИАТОМИНФОРМ» Росатома; А.Б.Чопорняк, к.ю.н., начальник отдела законотворческой деятельности ФГУП «ЦНИИАТОМИНФОРМ» Росатома До принятия закона «Об использовании атомной энергии» юридические лица в сфере своей хозяйственной деятельности заключали договора поставки и купли–продажи, в том числе и в отношении ядерных материалов, в соответствии с действующим ГК РФ.

9.2006 Решения должны быть разные

(Послесловие к колонтаевскому семинару) Т.Д.Щепетина, к.т.н., в.н.с. Курчатовского института, e-mail: tds@dbtp.kiae.ru Участие в семинаре по малой энергетике в подмосковном Колонтаево многое прояснило и потребовало еще более расширить горизонт отражения «науки» на «практику», и если уж не поменять точку зрения, то главным образом сменить акценты в нашей «разъяснительной деятельности» относительно судьбы и роли АСММ.

10.2008 Родители выбрали ему имя, а получилось — судьбу

У поколения, к которому принадлежит академик Р.И.Илькаев, нужно успеть многому научиться. Важно  вслушаться, вглядеться особенно тем, кто придет или уже приходит им на смену. Конечно, государство никогда не обделяло его вниманием. Но надо ли объяснять, что удостоиться высоких званий и правительственных наград еще не значит создать себе имя в профессии. Илькаев его создал. Чтобы познакомиться с ученым-физиком, отправилась в Саров, на родину первой советской атомной и термоядерной бомбы.