Не нужно никаких реформ

Руслан Гринберг, директор Института экономики РАН:
- Мои коллеги считают главным в своей работе доводить до лиц, принимающих решения, наши мысли по поводу того, что нужно делать. Я полагаю, что это иллюзия. Есть разные ученые, разные коллективы, разные точки зрения на одни и те же проблемы… Борьба за благосклонность первого лица — это не конкуренция идей… Не очень хочется свой доклад отдавать дочери жены тестя шофера президента, надеясь, что через нее бумага попадет на стол главы государства, а тот прочитает, просветлеет и начнет все делать как по-писаному… Две трети наших людей по-прежнему своими силами борются за выживание. А остальная треть — зажиточные, богатые и супербогатые — скорее подданные, а не граждане… Народ давно уже ни на кого не надеется и ничего ни от кого не ждет. А больше всего его раздражают слова «реформа», «демократия» и «свобода». Это, на мой взгляд, самое огорчительное поражение постсоветского общества. Сегодня оно, хоть мне и не нравится этот термин, «атомизировано».

назад

Материалы из архива

10.2007 Диверсия или теракт, ядерный или радиоактивный?

Ю.А.Рогожин, директор Центра радиационно-химической безопасности. Будучи постоянным участником семинаров в московском отделении Центра Карнеги по проблемам нераспространения ОМУ, я заметил, что коллеги, которым я признателен за плодотворные дискуссии, зачастую смешивают понятия "диверсия" и "террористический акт".

12.2008 Лучшей заменой АЭС в Литве будет газ

Константин Симонов, генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности: - Атомные станции очень сложно и дорого строить. Есть опасения, что заявленные "советские" темпы - по два реактора в год - соблюдаться не будут, тем более в условиях кризиса. У нас в этой сфере достаточно много проблем - и в машиностроении, и у всех остальных участников производственной цепи. Надо понять, кто будет строить реакторы, кто будет строить станции, и надо помнить, что мощностей для строительства реакторов очень мало,..

2.2008 Бомба для масс-медиа

Е.О.Адамов, бывший министр атомной промышленности РФЯ требовал, чтобы меня освободили, чтобы я вернулся в Россию и имел возможность, во-первых, опровергнуть все обвинения, которые, как я понимаю, изначально тогда выдвигали, чтобы вернуть меня в Россию, и потом таким же образом поехать в США и с теми обвинениями разделаться. Начнем с США Там два, по сути, обвинения. Одно обвинение – что украли средства у института моего родного, которым я руководил 12 лет, прежде чем стал министром, в который вернулся после того, как обокрал его…