Крепче брони ее испытатель...

Александр Тихонов, «Красная звезда»

Мужчины не плачут. Это правило. В жизни генерал-майора-инженера (существовало когда-то в нашей стране и такое звание) Александра Сыча исключений из него было три: День Победы, смерть супруги, с которой в любви и согласии прожил 58 лет, и воспоминания о том, как осенью 1941-го, выполняя приказ, участвовал в формировании московского ополчения из немногих оставшихся тогда в столице представителей интеллигенции, не обученных военному делу и шедших на верную смерть. Остальные передряги - тюрьму, финскую и Великую Отечественную, испытание первой атомной бомбы за рычагами танка - Александр Максимович перенес стойко. Он жил, не сгибаясь, словно был крепче брони...


В эпицентре ядерного взрыва

Полигонное испытание первой атомной бомбы запланировали на 29 августа 1949 г. примерно в 170 км от Семипалатинска, что держалось в строжайшем секрете. Впрочем, Александр Сыч (тогда он был первым заместителем по науке начальника научно-исследовательского испытательного бронетанкового полигона ГБТУ в Кубинке, полковником) о предстоящем событии знал многое, поскольку возглавлял группу по подготовке бронетанковой техники к этому испытанию.

Группа, возглавляемая Сычом, почти месяц продумывала, где, как и какие танки необходимо установить, чтобы впоследствии максимально эффективно изучить способность броневых машин противостоять ядерному смерчу. Инженерный ум должен был работать безошибочно, учесть все факторы. Хладнокровие давалось непросто, ведь Александр Максимович и его подчиненные понимали, что предстоящее испытание может стать в их жизни последним... Задача группы Сыча заключалась в том, чтобы через несколько минут после взрыва въехать на танках в его эпицентр, осмотреть местность, замерить уровень радиации, взять образцы грунта и воздуха. Для этого два танка оборудовали свинцовой защитой, хотя, спасет она отважные экипажи или нет, никто не знал. В том числе и руководитель атомного проекта СССР Игорь Васильевич Курчатов.

«Мы не знаем, вернетесь ли вы оттуда, - сказал он Сычу. - Стараемся послать минимум людей, разрешаем вам любую защиту, которую сочтете необходимой...»

Ранний завтрак в столовой в день испытаний для группы Сыча был царским: мясо, рыба, черная икра... Повара накормили, как перед смертью. Осталось «отведать «поросенка» - так в шутку испытатели называли между собой атомный заряд. Его уже привезли и подняли на металлическую башню, приготовив к подрыву. В это время Александр Максимович с подчиненными расставлял бронетехнику - много-много танков Т-54, Т-34, ИС-2, ИС-3 и проч.

И вот время «Ч» назначено, все заняли свои места. Люди - вдали, а лошади, овцы и другие животные - в непосредственной близости, возле расставленной техники и специально построенных образцов зданий. Через секунды этих животных, технику, здания принесут в жертву укреплению обороноспособности страны. Для того чтобы созданным ядерным щитом сохранить мир и жизнь на планете.

Взрыв... Группа полковника Сыча на машинах рванула к танкам, и уже минут через десять Александр Максимович повел первый танк в эпицентр взрыва. Второй танк шел сзади, не отставая, в нем находились два человека. В первом вместе с Сычом ехали четверо.

Все предусмотреть вряд ли было возможно... Внезапно отказали приборы, измерявшие уровень радиации - они зашкалили. Где-то в километре от эпицентра оторвало одну мачту для замера воздуха. Однако экипажи, не останавливаясь, продолжали приближаться к месту подрыва адской супермашины.

Ну вот и все - стоп, приехали. Там, где стояла вышка с бомбой, появилась небольшая яма, которая никак не тянула на настоящую воронку.

- Когда мы вышли из танков, - вспоминал позже Александр Максимович, - земля была взрыхлена, как пыль. Ходить по ней было мягко, ноги по ступню проваливались.

Из танков, кстати, вышли все - вот они, славянская любознательность и бесшабашность. Всем же интересно посмотреть, на что способна эта бомба. А «поросенок» показал себя - будь здоров! Недалеко от эпицентра кормою к нему стоял тяжелый танк. Его мощная 122-мм пушка взрывом была согнута пополам. Многие танки поблизости перевернуло, башни посрывало...

Лицезреть жуткое зрелище, стоя в эпицентре только что прогремевшего ядерного взрыва, у испытателей времени было в обрез - облучаться сверх меры не стоило. Они, не мешкая, взяли пробы грунта и воздуха, сделали замеры, осмотрели полигон и, запрыгнув в танки, вернулись назад.

Задание было выполнено. Впоследствии Сыч на основании полученных данных разработал соответствующие предложения, и в результате наши танки первыми в Вооруженных Силах получили защиту от поражающих факторов ядерного оружия.

Награда героя не нашла

Еще перед началом испытания Курчатов сообщил Сычу, что на всех участников испытания уже подготовил представления к правительственным наградам. Однако полковник Сыч не получил ни обещанного звания Героя Советского Союза, ни ордена, ни даже медали. Почему? Александр Максимович мог только предполагать, что причиной стало его прошлое. Точнее, один из его эпизодов, когда он сидел в Бутырской тюрьме...

Будучи прекрасно подготовленным в стенах Военной академии моторизации и механизации Красной Армии, ее выпускник Александр Сыч в 1934 г. получил назначение в Управление механизации и моторизации Красной Армии. Там он изучал танки после войны в Испании, разработал технические требования на танк БТ-20, конструкция которого во многом легла в основу легендарной тридцатьчетверки.

В 1937 г. Сыча в составе группы советских специалистов направили в командировку в Великобританию и Швецию. Около двух месяцев в Швеции и месяц в Англии группу возили по заводам, на которых производились танки. Естественно, никаких чертежей не показывали, да и по цехам проводили очень быстро, но память у Александра Максимовича и его товарищей была прекрасной. Она и позволяла увиденное превращать в схемы, рисунки и чертежи.

Вряд ли хозяева не понимали, зачем приехали русские. Однако не мешали - уже шла большая игра за мировое господство, и этот показ оборонных заводских цехов гостям из СССР должен был стать ее маленьким эпизодом...

Фактически Сыч и его товарищи в этой командировке занимались разведкой. Однако по возвращении наград не получили. Наоборот, практически всех, кто съездил, в 1937 - 1939 гг. посадили. За Александром Максимовичем пришли летом 1938-го, на рассвете. Полуторагодовалая дочурка спала в кроватке, ее подняли, она заплакала. В детском матраце, естественно, ничего не нашли...

Бутырка

В камере народ сидел всякий, его было очень много, так что спали на полу по очереди. Тюремное начальство решило Сыча, несмотря на то, что он был моложе большинства сокамерников, назначить старостой. Александр отказался, но соседи по камере его все-таки уговорили - мол, лучше свой, чем чужого пришлют.

В обязанности старосты входила раздача на всех двух ведер каши. Как ни старайся - ровно не разделишь. Себе Сыч клал в последнюю очередь, и получалось, что иногда оставался вообще без пайки. Тогда сокамерники клали ему в миску каждый от своей порции по ложке. А передачи от жены не принимали.

Обвинение по статье 58, ч. 1а было нешуточным - речь шла об антисоветских выступлениях военных. Александра Максимовича много допрашивали, однако ввиду абсурдности обвинения никаких признательных показаний на себя он не подписал. Ему приписали участие в военном заговоре и приговорили к расстрелу. Затем в закрытой машине отвезли из Бутырки в другое место, где Александр Максимович ждал в одиночной камере исполнения приговора.

Спустя пять суток без каких-то объяснений Сыча снова посадили в машину. Он думал, что это его последняя поездка, однако привезли его... в Кремль.

- Там не били, не кричали, а хорошо и спокойно разговаривали, - вспоминал впоследствии Александр Максимович. - Спрашивали, зачем мне, рабочему парню, участвовать в заговоре высших военных чинов, да еще из дворян? А я тоже не знал, зачем.

Места допросов менялись, содержание вопросов следователей - не очень. Сычу говорили, что его сослуживцы дворянского происхождения виновны, и требовали это подтвердить. Сыч стоял на своем - мол, не верю, невиновны.

Через некоторое время Сыча вызвали в последний раз, и с формулировкой «освобожден за недостаточностью улик» летом 1939-го он вышел на свободу. Жена Зоя выжила, сохранила дочку и выдержала разлуку. А мужнина формулировка, как приговор, просуществовала до 1957 г., когда обвинение все-таки сняли.

- Уже во время перестройки дедушка попросил важного чина с Лубянки разрешить ему ознакомиться с архивами по своему делу, - рассказала автору этих строк внучка генерала Сыча Наталья. - Ему разрешили, и он несколько дней ходил, читал, в том числе протоколы допросов с показаниями против себя. Очень переживал - все хотел понять, почему его пытались оклеветать. Пришел к выводу, что оказавшиеся в застенках его сослуживцы из дворян показали на него, для того чтобы наглядно продемонстрировать следователям абсурдность обвинений - мол, разве может участвовать в заговоре против советской власти парень пролетарского происхождения, если эта самая власть все ему дала? И разве можно тогда все это считать заговором? Однако их все равно расстреляли.

И снова танкостроение

После освобождения Сыча направили на службу в научно-испытательный бронетанковый полигон ГБТУ в Кубинку - делать танки. Там он прослужил 10 лет. Выезжал на финскую войну. Во время Великой Отечественной принимал участие в испытаниях танков в боевых условиях в длительных командировках на 1-м Украинском, Западном, Сталинградском фронтах. Разрабатывал и испытывал танки Т-44, Т-54, ИС-1, ИС-2, ИС-3. Кроме медалей за эти испытания на передовой получил два ордена Красной Звезды. С марта 1945 г. участвовал в подготовке личного состава Дальневосточного и Забайкальского военных округов к будущей войне с Японией.

После вышеописанной проверки брони на прочность под Семипалатинском хоть и не досталось наград Александру Максимовичу, но зато состоялось повышение по службе. Его назначили на генеральскую должность начальника танкового управления ГБТУ Минобороны СССР. Долгое время Сыч был председателем межведомственной комиссии, которая назначалась ГБТУ и ведущим главком Министерства оборонной промышленности. На его плечи легла задача организации серийного производства БТ-техники послевоенного поколения и освоения ее в войсках. Танки Т-54, Т-55 и Т-62 можно считать лучшими машинами послевоенного времени, хотя «пятьдесятчетверка» имела и ряд недостатков.

А вот Т-64 тогда уже заместитель начальника ГБТУ генерал-майор Сыч раскритиковал в пух и прах. Однако вышестоящее руководство имело другое мнение, и осенью 1966 г. генерал-майора Сыча уволили в запас.


В Госстандарте

Таких специалистов, как Сыч, в 58 лет не сбрасывают со счетов. После увольнения из рядов Вооруженных Сил его перевели в Госстандарт.

В должности заместителя начальника управления общей техники Госстандарта СССР Сыч проработал свыше 15 лет. Ему было поручено осуществлять взаимодействие с Министерством обороны по вопросам стандартизации и унификации военной техники. В его обязанности также входило организационно-методическое руководство по увязке требований нормативно-технической документации на военную и народно-хозяйственную технику с потребностями обороны страны. В связи с этим все проекты ГОСТов перед рассмотрением на научно-технических комиссиях Госстандарта СССР изучались и визировались Александром Максимовичем. И здесь для Сыча не было мелочей.

Поскольку он утверждал ГОСТы и на продукты, поставляемые в армию, однажды его заинтересовал состав сгущенного молока в банках длительного хранения. Увидев очень маленький процент сахара, он спросил, известно ли разработчикам, что чувствует солдат, сидя в мокром холодном окопе. Сам Александр Максимович прекрасно знал, что в этих условиях у солдата одна радость - горячая сладкая каша или горячий чай со сладкой сгущенкой... И Сыч многократно увеличил процент сахара в банке. Так что сладости сгущенного молока мы обязаны Александру Максимовичу.

Работая в Госстандарте, душой он по-прежнему болел за бронетанковую мощь нашей державы. И неоднократно писал в Военно-промышленную комиссию Совета Министров СССР о необходимости изготовления единого основного танка.

В деле, которому служил, Александр Максимович являлся профессионалом. А каким он был в жизни?

Высокого роста (188 см), красивый, подтянутый, всегда аккуратный, энергичный. Блестящая память и острый ум в нем сочетались с высочайшей ответственностью. Он никогда не халтурил и делал все, даже самую незначительную работу в быту, на совесть.

Он трудился с 12 лет и всегда смеялся, когда его спрашивали о хобби. Его любимым делом всегда была его работа. Он достигал высоких результатов, хотя при этом на лавры никогда не претендовал и ничего для себя не просил.

Старость он не жаловал, боялся заболеть и стать обузой для домочадцев, которых очень любил. И в 75 лет всегда делал зарядку, а затем в любую погоду ходил пешком на работу в Госстандарт (маршрут занимал примерно 40 минут).

Любил шумные и веселые компании, которые по праздникам собирались в его доме.

Распад СССР и все последовавшие за этим события он переживал очень тяжело. Вторым сильнейшим ударом стала смерть жены - совсем сник Александр Максимович, а беспросветные новости по радио и ТВ его расстраивали еще больше, и он постепенно перестал их слушать. Внучка Наташа как-то спросила: «Дедушка, почему ты не хочешь писать мемуары, ведь ты прожил такую большую интересную жизнь?» Он с грустью ответил, что нет той страны, для которой он трудился, и его воспоминания никому не нужны...

Человек, уходя в иной мир, оставляет на земле плоды своих трудов. Делами генерала Сыча могут гордиться не только его дети и внуки, но и вся страна. Один лишь бросок в эпицентр атомного взрыва заслуживает того, чтобы имя Александра Максимовича золотыми буквами было занесено в скрижали истории России.

Опубликовано в "Красной звезде" 20.11.2008

назад

Материалы из архива

11.2008 Об утверждении Регламента Государственной корпорации по атомной энергии Росатом

Регламент Корпорации утверждается Правительством Российской Федерации и устанавливает порядок и правила осуществления государственных полномочий, возложенных на Корпорацию Законом. Согласно положениям Закона Корпорация является уполномоченным органом управления использованием атомной энергии в отношении организаций Корпорации и иных юридических лиц, осуществляющих виды деятельности в области использования атомной энергии, установленные Федеральным законом...

7.2009 Распорядиться по-хозяйски

И.И.Никитчук, д.т.н., сотрудник РФЯЦ-ВНИИЭФ в 1969—1995 гг., депутат Госдумы РФ 2-го и 3-го созывов                      Природные ресурсы России являются частью ее национального богатства. В России живет менее 3% населения планеты, а сосредоточено на ее территории 35% мировых энергоресурсов и более 50% стратегического сырья. При их суммарной оценке каждый гражданин России оказывается в 3-5 раз богаче американца и в 10-15 раз - любого европейца.

2.2006 Выход один – акционирование

Отраслевая система повышения квалификации – эффективный инструмент реализации амбициозных планов руководства Росатома Ю.П.Лисненко, ректор ГРОЦ Уже два года отраслевая система повышения квалификации лихорадочно ищет способы сохранения своего потенциала в рамках проводимой реформы науки и образования. Шесть отраслевых институтов повышения квалификации (ИПК) не обеспечены отраслевыми заказами, заявки предприятий отрасли на образовательные услуги ничтожно малы, что вынуждает ИПК привлекать сторонних заказчиков.