Мы мирные люди, но наш ускоритель стоит

Один из осколков Минсредмаша оказался в зоне затянувшегося политического конфликта. О том, чем живет сегодня Сухумский Физико-технический институт,  какими видятся перспективы его дальнейшего существования, а, возможно, и развития, рассказывает директор научно-производственного объединения  Анатолий Иванович Марколия:

В. Президиум АН Абхазии, в основном, состоит из историков, биологов, филологов. Как чувствуют себя физики, тем более ядерщики, такой научной среде?

О. В АН есть отделение физико-математических и технических наук. Доктор наук, математик М.З,Максимов является академиком-секретарем этого отделения. Раньше он был моим заместителем, сейчас он свободный человек при должности академик-секретарь. Отделение включает в себя наше НПО «СФТИ», в которое входит четыре института.

В. Пожалуйста,  расскажите поподробнее о структуре НПО и о том, чем занимаются его подразделения сегодня.

О. НПО образовалось два года тому назад. Одна часть, собственно СФТИ, занималась изучением термояда и физики плазмы. Другая, которая занималась прямым преобразованием энергии, была выделена в виде дочернего предприятия «Эра». Объединение включает в себя и два морских гидрофизических института – Сухумский гидрофизический и институт «Касатка», расположенный в Пицунде. В «Касатке»  занимались испытаниями морского подводного оружия. Гидрофизический институт создавался для решения задач повышения дальности и точности обнаружения подводных объектов потенциального противника гидролокационными методами.

В. Продолжаются ли в НПО «СФТИ» работы по ядерной тематике?

О. у нас развиваются базовые технологии космической ядерной энергетики. В Росатоме мы взаимодействуем с Управлением по атомной науке и технике и информатизации. Мы работаем по заказам российских предприятий. Административно НПО, как я уже говорил, подчиняется Академии наук Абхазии.

В. А работы по разделению изотопов, с чего собственно все начиналось, сейчас присутствуют в рабочих планах НПО «СФТИ»?

О. Нет, это направление было закрыто еще в 50-х годах.

В. Неопределенность статуса республики не влияет на возможность получения заказов, связанных с технологиями двойного назначения?

О. Мы не имеем права работать с оборонными предприятиями. Мы иностранное предприятие, и нас никто не допустит к работам над технологиями, которые могут быть использованы с военными целями.

В. В каком состоянии сейчас институтские ядерно-физические установки и какое их применение возможно в дальнейшем?

О.  На нашей территории есть крупные универсальные плазменные установки, например, токамак, незадолго перед войной привезенный сюда из Курчатовского института. Была смонтирована крупная импульсная  разрядная установка с запасом энергии 1,5 мегаджоуля. В ней можно получить импульсные токи до 15 млн ампер.  Есть16 МэВ-ный протонный ускоритель. В послевоенный период его перековали на мирную деятельность -  на получение короткоживущих и сверхкороткоживущих изотопов для позитронно-эмиссионной томографии. Вокруг него много чего собрано, но финансирования пока нет.

Были попытки завязать деловые контакты с Пятигорским фармацевтическим заводом на предмет производства радиофармпрепаратов,  и, я думаю, на этом направлении у нас есть перспективы.

В. Заочное знакомство с НПО «СФТИ» происходит посредством вашего сайта. Как вы считаете,  он дает исчерпывающее представление о вашей сегодняшней деятельности?

О. Я распорядился, чтобы на нем повесили объявление «Сайт находится на реконструкции». Кажется, этого так и не сделали. В нынешнем виде он бесполезен, т.к. не содержит полного объема информации. Посетив такой сайт, можно подумать, что у нас тут какая-то контора с вывеской. В ближайшее время будет разработан новый.

В. В составе НПО есть какое-то торговое предприятие. Каким образом оно связано в физикой?

О. Вспомним, как был устроен СФТИ в советские времена. Один из первых институтов в системе Минсредмаша. Монстр, бюджет которого был сравним с бюджетом Грузии. Естественно тут были свои ОРСы - рабочее снабжение, магазины, социальная инфраструктура - жилые дома.

В. Сухум – малая родина С.В.Кириенко. Это факт влияет на отношение нынешнего руководства Росатома к вам?

О. У него нет механизмов для оказания финансовой помощи нам. По моим впечатлениям, новая команда работает быстро и уверенно. Они пришли с конкретной задачей и знают, как ее решать. Хотелось бы пожелать им успехов.

Подготовила Л.Селивановская

назад

Материалы из архива

6.2008 Когда облученное топливо реакторов РБМК отправится на сухое хранение?

Генеральный директор ФГУП «ГХК» Петр Гаврилов: - По директивному графику, утвержденному руководством Росатома, срок ввода первой очереди сухого хранилища на Горно-химическом комбинате (ХОТ-2) - декабрь 2009 года, а на полное развитие - 2015 год. Сегодня финансирование стройки ведется из Федеральной целевой программы «Обеспечение ядерной и радиационной безопасности» (ФЦП ЯРБ), утвержденной Постановлением правительства РФ №444 от 13 июля 2007 года.

5.2006 Еще раз о причинах Чернобыльской аварии

Дмитрий Стацура, начальник отдела технической поддержки Представительства ЗАО «Атомстройэкспорт» в г.Ляньюньгане, Китай, e-mail: statsuradmitriy@rambler.ru В последние годы появилось большое количество публикаций, посвященных причинам аварии на Чернобыльской АЭС. Обсуждение этого вопроса продолжается с 1986 года, и до сих пор не сложилось общего мнения. Хотя имеется ряд экзотических гипотез...

8.2007 Атомная синергетика Дальнего Востока

Виталий Корепанов, ВШБ МГУ, Химфак МГУАтомная отрасль способна эффективно решать первостепенные геостратегические задачи России на Дальнем Востоке – развитие инфраструктуры и интеграцию со странами АТР. А ее конкретные проекты обеспечивают синергетический эффект от реализации важнейших стратегических инициатив современной России. Атомная программа на Дальнем Востоке насчитывает 20-летнюю историю.