Тише едешь, дальше будешь?

Иранский заказ для Ижорских заводов (ИЗ) был своего рода проверкой на профпригодность. ИЗ изготовили оборудование для АЭС после колоссального перерыва – десятилетнего «атомного» простоя. Бушер позволил сохранить специалистов: вернуть тех, кто уже покинул завод, привлечь новых. Благодаря иранскому заказу завод смог изготовить оборудования для китайской и индийской АЭС. По мнению Сергея  Фролова, ведущего специалиста Управления планирования проектов ИЗ, ни  Иран, ни Россия не заинтересованы в скорейшем пуске Бушерской АЭС.


- В мае 2004 года я и еще трое моих коллег с Ижорских заводов прилетели в Бушер, чтобы проводить там контрольную сборку реактора. Обычно эту операцию наши специалисты проводят непосредственно на заводе. Так было с двумя китайскими блоками, а затем и с индийскими. Иран пошел по другому пути. Чувствовалось, что российское и иранское руководство очень торопятся как можно быстрее доставить корпус реактора в Бушер. Однако это не помогло ускорить сроки строительства АЭС. Между доставкой корпуса реактора и контрольной сборкой прошло четыре года. За это время мы сделали для Китая два корпуса реактора, которые находятся сегодня в коммерческой эксплуатации.

Я не хочу сейчас анализировать политические причины. Но по тому, что я видел в Иране, у меня сложилось впечатление, что сами иранцы не особенно заинтересованы в скорейшем пуске АЭС. В Иране, в отличие от Китая, нет дефицита электроэнергии, там много построено ТЭЦ. Бушерская площадка нередко используется иранцами в качестве научно-технической учебной базы. Ко мне постоянно водили на экскурсии студентов. Сначала я старательно им все рассказывал, а потом чувствую, что на основную работу не остается времени и потихоньку свернул преподавательскую деятельность.

Не заметил я большого желания ускорять темпы строительства и у украинских строителей. Кстати, их на Бушере значительно больше, чем представителей других национальностей. Украинские специалисты приехали с Южно-Украинской, Хмельницкой и других АЭС. Многие из них живут в Бушере семьями, сажают картошку, которая, кстати, здесь прекрасно растет. Возвращаться на Украину, где у них нет работы, им, естественно, не хочется, хотя бытовые и климатические условия в Иране достаточно суровые.

Я приехал в Бушер в мае. В это время года здесь устанавливается очень сильная жара, в сочетании с высокой влажностью она действует изнуряюще. К тому же в мае начинается брачный период у гюрз, кобр. Поэтому местные жители нас предупредили не особенно увлекаться пешеходными экскурсиями по окрестностям Бушера. Гулять в одиночку по городским кварталам Бушера не рекомендовала и российская служба безопасности. В случае конфликтной ситуации защитить своих соотечественников российским властям будет непросто, так как у Ирана и России нет договора на выдачу преступников.

Все иностранные строители живут в специально построенном немцами для строителей городке. Причем немцы построили жилье из морских контейнеров, в котором привозили оборудование. Вот она, немецкая практичность!

В Бушере я впервые попробовал необычное рыбное блюдо, которое поначалу принял за испорченное, уж очень зеленым был цвет костей рыбы, поданной к столу. Но иранцы объяснили: «Это блюдо приготовлено из рыбы-иглы,  в костях которой содержится много йода.

- Каков уровень жизни рядовых иранцев? – спрашиваю Сергея.

- Мне он не показался высоким. Если российские строители получали в день в среднем 60 долларов, то иранские рабочие 2-5 доллара.

- Как же они питались?

- Лепешки горячие покупали, макали их в соус и водой запивали.

Но оплата труда иранского инженера, уточняет Сергей, достаточно высокая. Разрыв в зарплате между ним и простым рабочим очень большой.

И хотя по современным меркам российские специалисты получают в Иране не ахти какие деньги (около двух тысяч долларов в месяц), Сергей говорит, что с удовольствием бы поехал снова в Иран.


Подготовила Надежда Степанова

назад

Материалы из архива

2.2009 Проект УЭХК доказал свою состоятельность НТС «Роснано»

Дионис Гордин, член правления – управляющий директор госкорпорации "Роснано": - 17 февраля состоялось знаменательное событие – еще один проект из региона прошел научно-технический совет (это самый сложный этап прохождения проекта в госкорпорации), чем доказал свою состоятельность (речь идет о проекте Уральского электрохимического комбината по производству катализаторов для очистки выхлопных газов автомобилей, – прим.).

8.2007 Атомная синергетика Дальнего Востока

Виталий Корепанов, ВШБ МГУ, Химфак МГУАтомная отрасль способна эффективно решать первостепенные геостратегические задачи России на Дальнем Востоке – развитие инфраструктуры и интеграцию со странами АТР. А ее конкретные проекты обеспечивают синергетический эффект от реализации важнейших стратегических инициатив современной России. Атомная программа на Дальнем Востоке насчитывает 20-летнюю историю.

12.2006 Пресс-служба ОМЗ сообщает

ОМЗ поставят оборудование для первой в мире плавучей АТЭС ММ Ижорские заводы, входящие в состав Объединенных машиностроительных заводов (ОМЗ), подписали контракты с ФГУП «ОКБМ им. И.И.Африкантова» (Нижний Новгород) и с на поставку оборудования двух реакторных установок КЛТ-40С для строительства первой в мире плавучей атомной теплоэлектростанции малой мощности (АТЭС ММ) в городе Северодвинске (Архангельская область).