Энергобезопасность и мир

В.И.Закржевский, с.н.с. Института фундаментальных и прикладных исследований СПб ГИЭУ, к.т.н.

«Считается, будто человек свободен… И никто не видит, что мы на привязи у колодцев, мы привязаны, точно пуповиной к чреву земли». Во времена самолетов-почтовиков Антуана де Сент-Экзюпери человека к земле привязывали колодцы. Современного горожанина в век аэробусов «Боингов» к недрам привязывает энергетика.

Отключи на пару дней газ, электричество, осуши бензоколонки, и из комфортабельного обиталища город превратится в унылую бетонно-асфальтовую упаковку, в которой уже не выжить. За спасением человек снова побежит на природу, но на всех ее уже не хватит. Призрак стремительно надвигающегося энергоресурсного финиша, заморозив на время суверенные амбиции и взаимные претензии мировых лидеров, собрал их за одним столом саммита G8, причем за столом российским. Хотя первоначально предлагалась идея в гости «к Владимиру» приехать со «своим блюдом», заранее приготовленным «шеф-поварами» «семерки», здравый смысл возобладал. И проблему энергобезопасности человечества в ближайшей и долгосрочной перспективе обсуждала уже даже не «восьмерка», а целая дюжина лидеров, представлявших «продвинутые» и т.н. «отсталые» цивилизации, все более влияющие на социально-экономическую ситуацию в мире.

О месте и роли России в обеспечении энергобезопасности мирового сообщества и собственной страны на вопросы редактора «АС» отвечает кандидат технических наук, старший научный сотрудник Института фундаментальных и прикладных исследований Санкт-Петербургского государственного инженерно-экономического университета В.И.Закржевский.

– Владимир Иванович, являются ли надежным фундаментом энергобезопасности России и ее партнеров-потребителей интенсивный экспорт энергоресурсов?

– По данным Международного энергетического агентства (МЭА) при возрастании цены нефти за один баррель на 10 долларов экономический рост в странах ОЭСР (Организации экономического содействия развитию) замедляется на 0,4%. Отечественная «привязка к трубе» приводит не столько к развитию, сколько к деградации отечественного производства. За последние 15 лет упала производительность труда, более чем на 20% возросла энергоемкость, крайне медленно обновляются основные фонды. Чем больше экспортируется нефти и газа, тем больше давление излишков денежной массы. В условиях плохого инвестиционного климата в стране остается высокой инфляция, что делает затруднительным инвестиции в проекты с высокими рисками, в том числе, высокотехнологичные.

– Учитывают ли лидеры стран «Большой семерки» сегодняшнюю расстановку сил на мировой арене?

– Конечно, сегодняшние реалии приходится учитывать политическим «тяжеловесам» в боях без правил. Собственные запасы энергоресурсов, в том числе стратегические, значительно сократились, особенно после ураганов «Катрина» и «Рита», разрушивших около 30% нефтедобывающих и более 20% нефтеперерабатывающих мощностей США. Да и только что пронесшийся ураган «Крис» привел к резкому росту цены на нефть – до 77$ за баррель. Наращивание объемов использования угольных технологий в большой энергетике (сегодня доля каменного угля в топливном балансе энергетики США превосходит 50%) чревато дальнейшим обострением антиамериканских настроений, в том числе, в связи с неподписанием США Киотского протокола в формате 2002 г.

Если до 1973 г. власти США искусственно ограничивали поставки на американский рынок нефти, добываемой американскими компаниями в странах Персидского залива, то сегодня США из мощного экспортера превратились в крупнейшего импортера энерго- и минеральных ресурсов.

Появление серьезных конкурентов-потребителей на рынке энергоресурсов в лице Китая и Индии, ухудшение отношений с «полевевшим» поставщиком – Венесуэлой, неоднозначность ситуации с Ираком, обстановка, близкая к гражданской войне в Нигерии, все активнее подталкивают США, а также их западноевропейских партнеров и Японию к выработке совместной долгосрочной энергетической стратегии.

Уже в 2005 г. потребление нефти азиатскими странами превысило потребление Северной Америки. Ожидается, что эта тенденция сохранится в ближайшие 15 лет, несмотря на приоритет энергосбережения в государственной политике Китая. Такая ситуация не может не беспокоить страны «семерки».

– Несмотря на проекты по энергосбережению Евросоюза, США, Китая, ожидаемый прирост энергоемкости мировой экономики в ближайшие 15 лет составит около 40%. Какие источники, кроме традиционных углеводородных, разрабатываются для повышения безопасности энергообеспечения сегодня?

– Уже в 2010 г. Евросоюз планирует довести производство энергии с помощью возобновляемых источников до 12% от общего объема. Сегодня стал экономически выгоден импорт высококачественного топлива на основе пеллеты из Канады в страны Западной Европы. На рынке биоэнергоресурсов Канада не единственный представитель. Удивляет позиция России – обладательницы самых больших лесных угодий. Правда, по переработке леса мы находимся далеко не на первом месте.

Освоение этого направления полезно для России не только в плане диверсификации экспорта, но и для развития внутреннего рынка малой энергетики. При этом одновременно решалась бы проблема экологии в районах лесозаготовок. Вместо этого принимаются довольно абсурдные решения, например, по газификации Подпорожского района – лидера лесопереработки в Ленинградской области. О каком энергосбережении и энергобезопасности может идти речь при таком безхозяйственном растранжиривании дефицитных энергоресурсов. Безусловно, к таким решениям региональных руководителей подталкивают сегодняшние низкие цены на газ. Что будет завтра, они не думают. Потребитель начинает думать об эффективном использовании энергоресурсов и энергосбережении, когда топливо обходится дорого. Вспомним хотя бы быстрое внедрение энергосберегающих технологий в западных странах и Японии после резкого скачка цен, вызванного нефтяным эмбарго со стороны арабских стран в 1973 г. Германия, лишенная собственных энергоресурсов, одной из первых начала разработку технологий производства синтетических нефти и газа, широкого применения заменителей. Большую долю в энергообеспечении той же Германии, а также Дании стала играть ветровая энергия, имеющая, правда, определенные технико-эксплуатационные сложности в связи с нестабильностью наработки энергии, сопряжения генерирующих мощностей с электросетью.

– Германия обладает достаточно большими запасами каменного угля и вкладывает средства в разработку «чистых» технологий по его переработке.

– Но как бы ни были чисты эти технологии, полностью они не исключают выбросы в атмосферу углекислого газа, которые регламентируются Киотским протоколом. И как бы ни хороши были возобновляемые источники, полностью покрыть потребности в энергии они не могут.

Одним из перспективных направлений в освоении альтернативных источников является водородная энергетика. Правда, это будет не завтра. Но в Исландии уже функционирует водородная электростанция. Интенсифицируются эти разработки и в нашей стране.

В более далекой перспективе (ориентировочно 2050 г.) ожидается освоение энергии термоядерного синтеза для нужд коммерческого энергообеспечения. В случае положительного результата при реализации международного проекта ИТЭР, человечество будет обеспечено энергией на все третье тысячелетие. Но пока все это лишь в перспективе.

Сегодня волей-неволей приходится снова обратить внимание на атомную энергетику, имидж которой весьма пострадал в результате Чернобыльской катастрофы. Определенный период на строительство новых атомных объектов в Европе был наложен мораторий.

Финляндия первой нарушила его, начав строительство нового энергоблока на западе страны. Можно ожидать, что в скором времени ее примеру последуют и другие европейские страны, потому что других вариантов пока нет.

Хотя Швеция и Германия придерживаются политики сворачивания ядерной энергетики, реализация определенных мер при сооружении АЭС, например, подземное их строительство, обеспечивает практически 100-процентную ядерную безопасность. А с точки зрения экологии, уже сегодня это самые чистые энергообъекты особенно по сравнению с тепловыми станциями, работающими на каменном угле или мазуте.

– Интеграция мирового энергетического рынка, диверсификация экспортных потоков, повышение эффективности использования энергоресурсов, обеспечение безопасности мировых рынков энергоносителей – все эти вопросы нашли отражение в документе по энергобезопасности, согласованном на саммите G8 2006 г.
Насколько «Энергетическая стратегия России на период до 2020 г.» находится в русле мировых тенденций энергобезопасности?

– На мой взгляд, это документ разработан без видения долгосрочной перспективы и учета тенденций в сфере обеспечения энергобезопасности, характерных для стран ЕС и США. Руководствуясь этим документом в развитии отечественной энергетики, можно наделать массу ошибок.

Совсем недавний пример: Госдума принимает решение о том, что единственным экспортером российского газа становится «Газпром». До этого на экспортном рынке присутствовали и другие компании, в частности, «Итера». Свое решение Госдума мотивирует тем, что внутренняя конкуренция приведет к снижению экспортных цен на российский газ.

Но это противоречит стратегии Евросоюза на либерализацию газового рынка, ограничение роли государства в долгосрочных контрактах. В краткосрочной перспективе Европа, безусловно, очень сильно зависит от России, обладающей самыми большими запасами природного газа в мире. Но в более далекой перспективе все не так очевидно. В странах ОЭСР нарастает тенденция к использованию сжиженного природного газа. Возводятся многочисленные регазификационные терминалы. К 2010 г. объем ежегодных поставок сжиженного газа в Европу из Катара, Египта, Нигерии, Анголы, Малайзии, Ирана возрастет с 60 до 160 млрд куб. м. По мере отработки всей технологической цепочки, конкурентоспособность сжиженного газа приблизится к газу, транспортируемому по газопроводам.

Это исключит из поставок такое ненадежное звено, как транзитные государства с нестабильным политическим режимом.

– Насколько действия нашего ведущего газового экспортера «Газпрома» соответствуют ожиданиям зарубежных партнеров – потребителей российского газа?

– Во время саммита G8 исполнительный директор МЭА К.Мандиль представил российскому правительству отчет по материалам исследований «Потенциал российского газа». По мнению экспертов МЭА, «Газпром» нерационально расходует средства, вкладывая их в строительство новых газопроводов и скупку нефтяных активов вместо инвестирования разработок новых месторождений и модернизации существующих газопроводов, потери газа в которых составляют до 20% объема поставок в Европу. Говорить о реализации «Газпромом» Концепции энергосбережения, принятой им в 2001 г., не приходится. Модернизация внутренних трубопроводов позволила бы уменьшить темпы роста внутреннего спроса на газ и повысить надежность поставок нашим зарубежным партнерам. Газпрому следовало бы более энергично заняться внедрением газосберегающих технологий внутри страны. В частности, это относится к более широкому внедрению газотурбинных и газопоршневых энергетических установок, что позволило бы существенно повысить кпд тепловых электростанций. Заметим, что задача повышения энергоэффективности в стране была продекларирована еще в 1995 г. Законом об энергосбережении. Но с тех пор сделано очень мало. Одна из основных причин – сохранение низкой внутренней цены на газ.

– Повышение энергоэффективности требует соответствующих вложений, инвестиций в совсем другие отрасли, не ресурсодобывающие. Сейчас же доходы у экспортеров, а расходы на внутреннем рынке энергосбережения.

– Но в европейских странах нашли механизмы, как увеличить финансирование энергосберегающих технологий при возрастающих ценах на топливо. В России газ является основным видом топлива. В топливном балансе страны на него приходится до 60%. А в таких городах, как Москва, Санкт-Петербург его доля доходит до 95%. Другие виды топлива представлены очень незначительно, в основном, в качестве резервных. Что делается сегодня? В течение 2006 г. «Газпром» практически со всеми региональными администрациями подписал соглашения о совместной деятельности по газификации регионов, даже тех, где с точки зрения здравого смысла этого делать не надо. Происходит явная привязка к «газовой игле», которая неизвестно чем обернется в средне- и долгосрочной перспективе.

Отсутствие сбалансированной политики не позволяет построить грамотный прогноз на среднюю и дальнюю перспективу. В июне 2006 г. руководитель РАО ЕЭС А.Чубайс заявил о возникновении проблемы с обеспечением топливом электростанций. Газа уже не хватает. При сохранении жестких цен на газ для промышленных предприятий и электроэнергетических объектов сохраняется возможность давления со стороны газовщиков, манипулирования газовыми лимитами и, соответственно, коррупции как средства перераспределения лимитов. В декабре в Петербурге вводится второй энергоблок Северо-Западной ТЭЦ на 450 МВт электромощности и 300 МВт тепловой, а вопрос с газообеспечением до сих пор не решен.

Другой проблемой отечественного энергообеспечения является достижение консенсуса между потребителями, поставщиками энергоресурсов и представителями власти. В зависимости от ситуации власть становится на сторону то первых, то вторых, но никогда не занимает позицию «над», Ближе к выборам она начинает защищать интересы потребителей, в межвыборный период – производителей, не забывая и о своих собственных интересах.

У наших соседей, в той же Финляндии, Швеции вопрос решается просто. Принятым с точки зрения здравого смысла законом в своей деятельности руководствуются все.

– Но по Конституции, государство в первую очередь, должно защищать интересы потребителя.

– Построенная в 2000 г. Северо-Западная ТЭЦ в течение шести лет работала в конденсационном режиме, вырабатывая лишь электроэнергию, поставляемую в энергосистему Финляндии под диспетчерским управлением из Хельсинки. Такая ситуация сохранится до окончания в 2007 г. контрактного срока оплаты взятых займов на закупку оборудования. Пять лет город противился взятию тепла от ТЭЦ и отдавал предпочтение более дорогой энергии от «своего» ГУП «ТЭК Санкт-Петербурга. С приходом к власти администрации нынешнего губернатора было подписано соглашение между городом и РАО ЕЭС, и сейчас вдоль Приморского шоссе ведется грандиозное строительство теплотрассы к СЗТЭЦ. До нового отопительного сезона есть шанс, что станция начнет работать в когенерационном режиме, а значит, стоимость электроэнергии должна уменьшиться.

По системе теплоснабжения в городе должен быть один хозяин. Конкуренция на рынке теплоснабжения, как это пыталась организовать федеральная антимонопольная служба, проводя закон о теплоэнергетике, – это нелепость. Электроэнергию можно брать откуда угодно, так как технически не проблема передать ее и на тысячи километров. Тепловой рынок локален. Серьезной конкуренции на нем не бывает. Это давно поняли северные страны, создающие на локальном уровне одну теплоснабжающую компанию. Закрытие всех остальных неэффективных источников позволяет удешевить поставляемое тепло.

Понятие «отопительный сезон» существует только у нас. У наших соседей отопление подключается не по распоряжению губернатора, а по желанию потребителя, оплачивающего соответствующие услуги теплоснабжающей компании. И это дает им колоссальную экономию средств.

Оптимизация внутреннего топливного баланса благоприятно сказалась бы и на экспортной составляющей. Увеличение инвестиций в развитие эффективного энергопотребления для нашей страны весьма актуально. Не возводя новых мощностей, можно было бы удовлетворить энергетические потребности большего числа потребителей.

В «Энергетической стратегии России» сохранился затратный подход, характерный для прежней экономики. Он проявляется и в последних соглашениях между РАО ЕЭС и администрациями Москвы, Санкт-Петербурга и Тюменской области. От этого системного недостатка отечественного стратегического планирования страдает в первую очередь потребитель.

Эффективность энергообеспечения снижается также из-за сохраняющегося неоптимального соотношения централизованных и автономных мощностей.

– Эта проблема касается не только России, но и других стран?

– Безусловно. До сих пор не реализован очевидный, казалось бы, вариант перехода на синхронный режим работы европейских и российских электроэнергетических систем, который бы позволил перераспределять пиковые нагрузки без сооружения дополнительных энергообъектов. Но переход на такой режим требует принятия политического решения, к которому пока не готовы лидеры суверенных государств. Страны-участники этого энергорынка боятся лишиться энергетического суверенитета.

– Как невозможно хлопнуть в ладоши одной рукой, так в сегодняшнем взаимосвязанном мире без диалога между производителями и потребителями энергоресурсов невозможно гарантировать международную энергобезопасность. Договариваться придется и правительствам, и компаниям, и мировой общественности. Иного выхода, во всяком случае, в пределах «Планеты людей», у человечества нет.

Подготовила Тамара Девятова

Журнал «Атомная стратегия» № 24, август 2006 г.

назад

Материалы из архива

12.2007 РЕТРО энергичного АТОМА - «сказка - быль, да в ней намек»

По случаю 87-й годовщины плана ГОЭЛРО, 41-го по счету празднования дня Энергетика и в честь тридцатилетия атомной энергетики Украины. Может быть, нам все-таки, следует научиться обращать внимание на кажущиеся мелочами обстоятельства. Во-первых, говорят, что мелочей не бывает вовсе. Во-вторых, на практике убедились, что любое хорошее с виду начинание губится именно мелочами.

7.2009 Распорядиться по-хозяйски

И.И.Никитчук, д.т.н., сотрудник РФЯЦ-ВНИИЭФ в 1969—1995 гг., депутат Госдумы РФ 2-го и 3-го созывов                      Природные ресурсы России являются частью ее национального богатства. В России живет менее 3% населения планеты, а сосредоточено на ее территории 35% мировых энергоресурсов и более 50% стратегического сырья. При их суммарной оценке каждый гражданин России оказывается в 3-5 раз богаче американца и в 10-15 раз - любого европейца.

10.2006 Искать точки соприкосновения

Мухтар Джакишев, президент Национальной атомной компании «Казатомпром» Дефицит уранового сырья заставляет ведущие мировые ядерные державы все чаще поглядывать в сторону Казахстана. Бывшая республика Советского Союза занимает второе место в мире по запасам урана, третье – по добыче. Выиграв судебный процесс по антидемпинговому разбирательству с американской компанией USEC, Казахстан, в отличие от России, продает уран в США по свободным мировым ценам.