Человеческий фактор

В.И.Сычиков, д.т.н., профессор Военно-морского инженерного института, капитан I ранга в отставке

В 1980-е годы аббревиатура ЧФ была на слуху у любого управленца. Человеческий фактор (ЧФ) являлся объектом пристального внимания социологов и психологов, а также широкой общественности, одной из самых модных тем, обсуждаемых на страницах газет и журналов.

Бурные события 90-х гг. сместили акценты с проблем человеческих на финансово-экономические. Но сам «человеческий фактор» остался и еще громче стал заявлять о себе в условиях социально-экономической нестабильности. И если в сфере услуг, почти вытеснившей отечественное производство, с игнорированием ЧФ можно было бы и смириться (на время), то в таких рискованных профессиях, как атомная энергетика, подобная беспечность может обернуться катастрофическими последствиями. О роли человеческого фактора мы беседуем с профессором Военно-морского инженерного института, доктором технических наук, капитаном I ранга в отставке В.И.Сычиковым.

– Виктор Иванович, как вы оцениваете влияние конкретных людей, их личностных особенностей на выбор проекта, его разработку, создание опытных образцов и эксплуатацию серийных объектов, т.е. на определение стратегии развития данного направления?

– Поучительным примером влияния человеческого фактора на все этапы жизненного цикла атомного энергообъекта может служить история проекта ЯЭУ с жидкометаллическим теплоносителем (ЖМТ) для атомного подводного флота (проект 705).

В плановом порядке работы по созданию АПЛ в Советском Союзе развернулись уже в 1952 г. после выхода постановления СМ СССР и развивались в двух направления – ЯЭУ с водяным и жидкометаллическим теплоносителем. В отличие от США, выбравших в качестве теплоносителя натрий, научный руководитель ЖМТ-направления в СССР Александр Ильич Лейпунский обосновал необходимость использования свинец-висмутового сплава, несмотря на его несколько худшие теплофизические характеристики. Последующий опыт развития этого направления подтвердил правильность такого решения. После нескольких аварий на наземном стенде и образце ЯЭУ с натриевым теплоносителем на АПЛ «Sea Wolf» работы американцев были прекращены, ЖМТ-установка вырезана и заменена на водоохлаждаемую.

Но и в СССР блестящему проекту, обладавшему огромным перспективным потенциалом, была уготована сложная, тернистая судьба. Подобно младенцу, не успевшему подрасти в колыбели, ЖМТ-установку поставили на неокрепшие ноги и отправили в самостоятельное плавание.

Все болезни данного проекта, по самой идее обогнавшего время, связаны именно с этим. Обострение международной обстановки нагнетало гонку вооружения. Нужно было срочно давать адекватные ответы на возникающие вызовы.

Как и во все времена в нашей стране очень многое, если не все, зависит от того, кто наверху. Огромную роль в судьбе ЖМТ проекта сыграла конкуренция между А.П.Александровым и А.И.Лейпунским. Первоначально вообще была идея развивать одновременно четыре направления, потом остановились на двух – ВВР’ах и ЖМТ. ВВР’ами под крылом А.П.Александрова занимался Курчатовский институт, ЖМТ-установками – Физико-энергетический институт в Обнинске. В руках Александрова, как сказали бы сейчас, был огромный административный ресурс. Практически он курировал все направления атомных энергоустановок для ВМФ. А.И.Лейпунский был человеком очень интеллигентным и уступал в этом научном соперничестве напористому Александрову. Возможно, для сокращения сроков реализации уже принятых решений напористость полезна и уместна, но на стадии выбора решения важнее взвешенность и трезвый расчет.

ЖМТ-направление поддерживал Д.Ф.Устинов, отвечавший тогда за ВПК. Одним из первых он понял преимущества и перспективы этой разработки. Но его поддержка ЖМТ-проекта вызывала ревность окружающих и не столько способствовала, сколько создавала дополнительные рукотворные препятствия в развитии направления, возникновении недобросовестной конкуренции.

Конечно, проекты создают люди, и ничто человеческое им не чуждо. Но на таком высоком государственном уровне, когда личные амбиции должны быть отставлены на второй план, поскольку мешают оптимальному развитию событий, руководитель по своим человеческим качествам должен соответствовать масштабу поручаемых ему задач. Конкуренция, которая, как предполагается в теории, должна способствовать отбору лучшего, на практике приводила к выживанию сильнейшего. Буквально силовым методом одна конкурирующая организация вырывала у другой проектную документацию и, ничтоже сумняшись, включала в собственную разработку.

– Цель оправдывает средства?

– Не думаю. Зачем в такие тяжелые времена, когда в мире нарастала напряженность и шла эта сумасшедшая гонка, нам нужно было создавать две ЖМТ-установки, вместо объединения усилий и доведения до ума одного надежного варианта. Тем не менее, на свет появились две установки ОК-550 и БМ-40. Разработчик ОК-550 (трехпетлевой) Ф.М.Митенков, проектировщик ВВР’ов, «позаимствовал» идею разработчиков БМ-40 из ОКБ «Гидропресс» в своей установке. БМ-40 была двухпетлевой. В результате не дотянули ни там, ни там. И все недоработки тут же стали обнаруживаться. Не прошло и года эксплуатации, как головная лодка К-64 с установкой ОК-550 (командир А.С.Пушкин) была выведена из строя из-за «замерзания» теплоносителя в трубопроводе.

Второй сшибкой человеческих амбиций стало столкновение физиков ФЭИ и конструкторов. Физик – носитель общей идеи, абстрактной модели, не должен подавлять конструкторскую мысль, проработку технического решения. Серьезная физическая идея должна получить красивое конструкторское оформление. Необходимо взаимное доверие и творческое содружество между всеми участниками разработки. Но в случае с ЖМТ-проектом этого не произошло. Блестящая физическая идея получила довольно слабое конструкторское оформление, по сути повторяющее уже существовавшие в ВВР решения. Если у ВВР’ов было достаточно времени и возможностей для устранения возникающих проблем: конструкционный вариант второго поколения сильно отличался от первого, а установка третьего поколения была совершенно отличной от второй, то ЖМТ-установка эти стадии миновала. В нее не было вложено столько конструкторских сил. ЖМТ–ЯЭУ уже на первой стадии позволяла создать моноблочный вариант решения. Идея моноблока разрабатывалась для ВВР’ов, но борьба с давлением требовала толстостенных корпусных конструкций. В ЖМТ этой проблемы не было, и моноблок позволил бы избежать многих неприятностей при эксплуатации таких ЯЭУ, прежде всего связанных с застыванием теплоносителя в трубопроводах.

Еще раз не в лучшем варианте проявился человеческий фактор. В результате, в соревновании двух идей победили ВВР’ы, которым присущи два положительных момента: самозащищенность вследствие отрицательного температурного эффекта реактивности и естественная циркуляция. Чтобы не случилось на АПЛ (за исключением течи первого контура), выброса радиации не произойдет, что и подтвердил трагический опыт «Курска». Но ВВР’ы ядерноопасны.

ЖМТ-установка уже при первых ходовых испытаниях АПЛ показала свои преимущества перед ВВР по тактико-техническим показателям. Но ей присущ один серьезный недостаток: если в активную зону попадает вода, начинается цепная реакция. Хотя трудно представить себе ситуацию, как вода может туда попасть. При изъятии, разборке, освобождении от теплоносителя подобная ситуация может возникнуть, но это происходит на берегу, не в воде, и вполне контролируемо.

Главное преимущество ЯЭУ с ЖМТ состоит в том, что в них не может произойти реакция на мгновенных нейтронах. Цепная реакция идет с малым оперативным запасом реактивности. В этом плане она совершенно ядерно безопасна. И чернобыльская ситуация на ЖМТ-установке невозможна.

Да, на этих установках были свои проблемы, свои ошибки обслуживающего персонала. Причиной одной из первых аварий на АПЛ с ЖМТ–ЯЭУ стало накопление тугоплавких оксидов свинец-висмутового сплава в контуре теплоносителя. Оксидный «тромб», попав в технологический канал, может полностью его перекрыть, прекратив тем самым теплосъем. Оболочки тепловыделяющих элементов активной зоны расплавляются. Топливо и продукты деления попадают в теплоноситель, реактивность и мощность установки падает. Такая ситуация произошла на первой опытной лодке К-27. Оператору ЯЭУ была отдана команда поддержать мощность, вместо того, чтобы разобраться с причиной, вызвавшей ее падение. Но не хватало еще опыта ни у эксплуатационников, ни у самих разработчиков, которые такого развития событий спрогнозировать не смогли.

На ВВР’ах было намного больше аварийных ситуаций, даже несколько ядерных: дважды в результате перемещения компенсирующих органов из-за перефазировки и при перезарядке реакторов на АПЛ, находящихся на базе. Так, например, во время пуско-наладочных работ на одной из лодок без контроля пульта монтажник перефазировал приводы компенсирующих органов, и вместо опускания они пошли наверх. Ситуацию спасло то, что контур просто разорвался, теплоноситель вскипел, цепная реакция прекратилась.

– Но психологический фактор, возможные ошибки персонала в результате усталости, повышенной психологической напряженности должны каким-то образом блокироваться схемными решениями в установке: необходимостью повторного введения команды, блокировкой несовместимых с сохранностью активной зоны действий?

– Талантливые конструкторы, конечно, это учитывают. Но лучшие конструкторские силы были задействованы на ВВР’ы, где конструкционные проблемы были значительно сложнее. Как правило, вся техника, особенно в атомной отрасли, создается с расчетом «на дурака», чтобы даже ничего не понимающий в ней человек, делающий все неправильно, не мог создать аварийную ситуацию. Все блокируется. Но «ищущий человек» умеет все блокировки обходить, причем самым изощренным образом. К сожалению, и этому имеются примеры.

– То есть, нарушая все технические инструкции по эксплуатации? Может быть, первый вариант разработки таких инструкций надо поручать самым неадекватным сотрудникам – «не от мира сего», чтобы, проанализировав их действия, можно было бы предусмотреть возможные «ошибки» в программах управления ЯЭУ?

– На первом поколении ВВР’ов случались грубейшие нарушения, которые были учтены при проектировании второго и третьего поколения установок. Наиболее часто подобные ситуации возникают при постепенной утрате чувства опасности и опыта управления ЯЭУ в результате долгого перерыва в работе или недостаточной подготовленности персонала. Большинство аварий на АПЛ происходило, когда корабли выходили с ремонта или на борту был второй, менее обученный экипаж. Так мы потеряли уникальную АПЛ «Комсомолец». Цейтнот – верный друг ошибок и просчетов, аварий в море и на большой земле. Но там от ошибок можно спрятаться. Во всяком случае, пока. На корабле бежать некуда.

– Наверное, не только на подводную лодку, но и любую штатскую профессию, влияющую на жизнь большой группы людей, должны подбираться люди с чувством ответственности на генном уровне, которые в иных условиях существовать просто не могут. Не имбурдеи (имитаторы бурной деятельности), а подлинные созидатели-деятели.

– Да, «кавалерийские парады» в атомной отрасли опасны, чреваты национальными и мировыми катастрофами. Примером непрофессионализма на высшем управленческом уровне стала Чернобыльская авария. Чернобыль – прекрасное, комфортабельнейшее для проживания место. Высочайшие зарплаты, все блага. И кто пришел туда? Обычные энергетики. Директор станции – простой энергетик, сменный инженер – тоже не ядерщик. Единственным ядерщиком, понимавшим, что представляет собой реактор, был оператор, которому приказали делать то, чего ни в коем случае делать было нельзя. «Не вы отвечаете, делайте то, что приказано». И он выполнил приказ, хотя знал, что идет на верную смерть. Там он и погиб. Приказ неспециалистов стоил жизни сотне тысяч людей. Анализируя отчет по Чернобыльской катастрофе, я насчитал семь (!) грубейших ошибок, сделанных подряд человеком. Какой реактор мог это выдержать? Думаю, что и Легасов Валерий Александрович, член комиссии по Чернобыльской аварии, покончил с собой, осознав все это безобразие, которое по долгу службы он вынужден был прикрывать перед мировым сообществом.

Если в атомную энергетику попадут люди, плохо представляющие, с чем они имеют дело, не чувствующие ответственности и, самое главное, опасности, то ЧП неизбежно. Все может закончиться тем, что на использование атомной энергии в России будет наложен мораторий. Запретят эксплуатацию и строительство новых наших станций во всем мире.

Сейчас мы можем получить деньги на строительство новых объектов, а потом штрафные санкции поставят всю страну на колени. И тогда мы не рассчитаемся за свою непрофессиональность и наше российское разгильдяйство. Даже в информационной сфере атомной отрасли должны работать грамотные в области ядерной энергетики специалисты, способные формировать адекватную идеологию атомщика-государственника, выросшие в атомной промышленности, знающие, чем мирный атом «пахнет».

Авария на Чернобыльской АЭС произошла не из-за несовершенства конструкции реактора и малого числа барьеров безопасности. До аварии он двадцать лет благополучно эксплуатировался. С канальных реакторов начинали. В 1954 г. первый канальный реактор пошел в Обнинске. Опыт-то эксплуатации был. Но с такими реакторами надо очень аккуратно работать. Культура эксплуатаций должна быть высочайшая. Когда пришли люди, которые этого не знали, без должного уважения относящиеся к технике, она их наказала. И не только их. В этом особенность нашей профессии – атомщиков. И всем, кто себя ей посвящает, надо об этом помнить постоянно.

После Военно-морского инженерного института наши курсанты еще учатся в специальном учебном центре, чтобы освоить конкретную практику и не наделать глупостей в реальной обстановке. Да и на атомных станциях выпускников-атомщиков до пяти лет учат управлению реакторами.

Чернобыль в прямом смысле слова «ярко» продемонстрировал неучет человеческого фактора. Если человека не подготовить профессионально, психологически, даже идеологически, в критической ситуации он может сделать непоправимую ошибку. Такие же реакторы, как на ЧАЭС, работают и на ЛАЭС. Слава Богу, там работают знающие люди, прошедшие настоящую школу атомщиков. Но если начнется «смена караула», и новые руководители поставят своих людей, от чернобыльского варианта развития событий никто не застрахован.

Чернобыль можно было бы считать «перевернутой страницей», если бы человек вдруг стал другим. Он и становится другим, более безответственным, когда все общество скатывается в низкообразованность и бескультурье. Но тогда с атомной энергетикой нам придется расстаться, чтобы не нанести непоправимый ущерб себе и всему миру. В Чернобыле в атмосферу было выброшено 105 Ки. А 1 Ки равен 3,7•1010 Беккерелей, т.е. мы выпустили радиоактивности на 3,7•1015 (актов распада). По миллиону на каждого евразийца. Так мы всю планету загрязним. Ни одна личность после подобной аварии не может рассчитаться со всем человечеством. Никакой уголовный кодекс не может возместить нанесенный человечеству ущерб. Электрическая энергия, тепло – это лишь вторичные продукты, создаваемые АЭС. Первичный продукт – это радиация. И мы постоянно ее нарабатываем. Период полураспада настолько длительный, что имеет место положительный кумулятивный эффект. Радиационный фон везде растет. Об этом надо помнить и относиться к этому аккуратно.

В отработанном ядерном топливе радиоактивности, конечно, много, но она заключена в малом объеме, который легко закрыть, законсервировать. Но как только появляется человеческий фактор в своем отрицательном варианте, радиоактивность начинает расползаться. Если эту радиацию мы «размажем» по всей земле, превысим запредельные нормы для всех. И человечество в таких условиях выжить не сможет.

Рыночная погоня за прибылью в атомной отрасли просто опасна. Да, и состыковывать деятельность этой сложнейшей, призванной обслуживать нужды народного хозяйства страны огромной системы через частные структуры невозможно ни с точки зрения оптимальной экономики, ни с точки зрения ядерной, радиационной, террористической безопасности. Как говорит наш Президент – это системная ошибка.

– Но все «системные ошибки» своей базой имеют отсутствие со-масштабности проблемы и решающего ее человека, а также интересы конкретных людей.

– Почему в СССР в свое время экономика развивалась такими темпами, выводя аграрную страну в передовые индустриальные державы мира? Потому что опережающими темпами развивалась энергетика. Простая гениальнейшая идея – электрификация всей России. Благодаря ей стала развиваться промышленность. Кто готовил для этого специалистов? Государство. Частная энергетика не будет создавать себе специальные институты. Из чего складывается менталитет нации – из частных интересов? В цивилизованной нации он формируется из общественных приоритетов. Так кого же мы пытаемся обмануть.

Сегодня мы стоим перед проблемой, что будет с энергетикой завтра. Топ-менеджеры «сели на провода», а генераторные мощности – «ваши проблемы». Ресурс станций, построенных в советское время, выработан. Бросились строить новые станции – в Калининграде и на что наткнулись? Таких турбин в России уже не делают. Только болванки, остальное перехватил «Сименс». То есть все высокотехнологичные дорогостоящие работы уплыли к зарубежным исполнителям. А в своем отечестве развал высокотехнологичных производств, вырождение высококвалифицированных профессионалов. Найти высококвалифицированного молодого рабочего – проблема. На производстве остались одни старики. А кто и где молодежь научит?

– Да, и не хочет она учиться что-то делать своими руками. Раньше гордились тем, что умеем, теперь – что имеем. Чувство кайфа от труда уничтожено. Общественное признание от «человека деятельного» аккуратно сместили к «человеку играющему».

– Да, сейчас весь наработанный нашим народом положительный опыт, ставивший нас в один ряд с другими мировыми цивилизациями, утрачивается. Ради чего преобразуются обеспечивающие все народное хозяйство страны энергосистемы? Ради привлечения капиталов? Но вопрос с финансами решается очень просто. Ведь таких проблем нет в Китае. Для того чтобы разрешить колоссальный энергетический кризис, связанный с бурными темпами развития экономики, они строят атомные станции. И для этого у них есть средства. Потому что запрещен вывоз капитала и поощряются вложения в собственную экономику.

Из России ежегодно вывозятся десятки миллиардов долларов. Что государство не может себя от этого защитить? Тогда зачем собираются налоги, зачем мы платим всем этим многочисленным службам, которые отвечают за безопасность нашего государства? Почему они не видят, что происходящие процессы создают угрозу национальной безопасности страны? Американские «друзья» уже заявляют, что очень несправедливо, что у России такие территории, что она в одиночку пользуется Сибирью, Северным морским путем.

– По-видимому, они немножко забыли историю с Панамским каналом.

– Конечно, мы должны развивать свою атомную энергетику и строить не то, что строим сейчас. Перспектива в другом. Надо разрабатывать проект уран-ториевого цикла. Даже уже разведанных месторождений тория гораздо больше, чем урана, а в потенциале тория почти на порядок больше, чем урана. А следующая перспектива, конечно, гомогенные жидкосолевые реакторы. Деньги в эти разработки сейчас не вкладываются. Должна появиться долгосрочная перспективная программа. Частному бизнесу прибыль нужна сейчас. В долгосрочные программы он вкладываться не будет.

В конце июня в Миассе пройдет научная школа-семинар, посвященная новым технологиям. Поскольку это город атомщиков, есть надежда, что там будут сформулированы предложения в государственную программу по развитию атомной энергетики. И это должны быть действительно новые по своей сути (а не «административному ресурсу») технологии, чтобы не повторилась история, подобная ЖМТ-проекту.

Несмотря ни на какие международные «гонки», государство должно отстаивать свои интересы, не бросая в «топку» побед человеческие жизни. Во время Карибского кризиса, несмотря на громогласные заявления о том, что Советский Союз обладает мощным ракетно-ядерным флотом, в район инцидента пошли дизельные подводные лодки. Лодки с ВВР’ами из-за аварий не могли выйти в море. Когда первая атомная подводная лодка К-27 с ЖМТ ядерной энергоустановкой была передана флоту, она была чуть ли не единственной среди АПЛ, которая могла ходить в дальние походы. А потом случилась авария из-за неотработанности технологии подготовки жидкометаллического теплоносителя.

Дальновидные политики (глубоко знающие свою историю и отстаивающие интересы своей страны), должны понимать, что ядерная технология – это опасная технология. Порох можно производить у частного капиталиста, для этого требуются быстрые деньги. А вот выпустить новый реактор – без экспериментальных наземных стендов сразу в серию – это обязательные человеческие жертвы.

Для того чтобы не отстать в будущем, уже сегодня надо вкладывать средства в развитие проекта уран-ториевого топливного цикла, в строительство жидкосолевого реактора и доведение его до ума, до разработки высокосерийного варианта.

А ЖМТ-технология уже сегодня может быть использована для ЯЭУ малой энергетики – для кораблей, ледоколов, судов ледокольного типа, стационарных электроустановок в отдаленных северных районах.

ЖМТ-установки помогут возродить Северный морской путь, проложенный нашими соотечественниками в первые годы советской власти, оживить экономику Севера, обеспечивая энергией разведку и добычу огромных запасов полезных ископаемых в прибрежных и шельфовых зонах.

Опыта эксплуатации ЖМТ-установок накоплено достаточно. Осталось его суммировать, испытать последние усовершенствования и запустить в серию. На службу народному хозяйству.

Атомную энергетику мы освоили быстро благодаря военным, где дисциплина, организованность была намного выше, чем «на гражданке».

Сейчас принцип «если нельзя, но очень хочется, – то можно», начинает разъедать общество и военную среду. Не случайно лавинообразное нарастание техногенных аварий во всем мире. Допустить эту коррозию «человеческого материала» в атомную отрасль нельзя. Подводники знают это лучше остальных, поскольку у нас самая рискованная профессия, где отступать некуда и ошибка одного может стоить жизни всему экипажу.

При создании атомных подводных лодок проекта 705 (с ЖМТ-ядерной энергоустановкой) был наработан опыт решения стратегической государственной задачи, организации активного творческого процесса в масштабе страны. Приобретен опыт сосредоточения усилий и воли многих научных, конструкторских, производственных и флотских коллективов.

В стране были созданы АПЛ, которые по сочетанию тактико-технических характеристик (скорости хода, маневренности, численности экипажа, средствам спасения экипажа с предельной глубины погружения) не имели и до сих пор не имеют себе равных среди отечественных и зарубежных АПЛ. Норманн Полмер и К.Джи Мур в книге «Холодная война подводных лодок» (2004 г.) написали: «Проект 705 (Alfa) наиболее выдающаяся подводная лодка XX века. Появление проекта 705 вызвало шок в военно-морских кругах Запада. Американцы модернизировали свои торпеды Мк-48 с целью увеличения скорости хода и глубины погружения до величин, достигнутых на этих исключительных подводных лодках».

Корабль создавался в обстановке острого соперничества с вероятным противником. Естественным было стремление не догонять и повторять Америку, а находить нетрадиционные, «прорывные» технические решения, создавать образцы техники с очень высокими параметрами, ориентированными не на достигнутое, а на ожидаемое в перспективе. Подводные лодки проекта 705 показали себя боеспособными и надежными в эксплуатации. Уже в 1983 г. соединение АПЛ-проекта 705 стало лучшим соединением ВМФ. Таково мнение всех подводников 1 Флотилии АПЛ Северного флота, служивших на этих уникальных кораблях XX века.

Но… суммирование отрицательных проявлений человеческого фактора на всех этапах развития проекта привело к тому, что лодки с ЖМТ-реакторами были выведены из эксплуатации, несмотря на всю их перспективность. Ведомственные интересы, личные амбиции, цейтнот, желание отметиться к очередному юбилею, несогласованность действий различных служб привели к тому, что разработка, на полстолетия опередившая время, была снята с эксплуатации на радость нашим «заклятым друзьям». Мы не настолько богаты, чтобы разбрасываться подобными отечественными достижениями и копировать, или, что еще хуже, приобретать зарубежные разработки. Просто надо научиться работать со своими гениями и талантами, нацеливая их на решение стратегических государственных задач.

Техника не может бороться с волюнтаризмом человека, но способна наказывать за него. А ошибки надо не только изучать, но и исправлять.

– Мудрость как профессиональное качество, по-видимому, должна входит в перечень обязательных качеств любого командира. Ведь взойти Солнцу может приказать только очень мудрый правитель, для сохранения своего реноме предварительно изучивший объективные законы Природы и учитывающий в своих прогнозах интересы людей, для которых он служит.

Подготовила Т.Девятова

Журнал «Атомная стратегия» № 22, май 2006 г.

назад

Материалы из архива

8.2007 Ядерная энергетика в космосе

Юрий Зайцев, действительный академический советник Академии инженерных наук В системах энергоснабжения космических аппаратов сегодня преобладает солнечная энергетика. Вместе с тем, несмотря на то, что КПД солнечных элементов за последнее время значительно вырос, они фактически достигли пределов своего технического развития и могут оставаться главным источником электроэнергии только на околоземных орбитах и то лишь при определенных ограничениях ее потребления бортовой спутниковой аппаратурой.

6.2006 Синдром эмоционального выгорания

С.Г.Кривенков, к.б.н., д. ф. в области философии и психологии личности; Ж.В.Волкова, психолог СПбНЦЭПР Еще в 1970-е годы XX века было введено понятие "синдром эмоционального выгорания". Прежде всего это явление характерно для представителей профессий типа "человек - человек", которые вынужденны постоянно общаться с другими людьми, причем не по собственному выбору. Несколько десятилетий назад Кристиной Маслач была дана "хлесткая" формулировка: "Сгорание - плата за сочувствие".

4.2009 России нужен закон о статусе ядерной оружейной сферы

Сергей Брезкун, профессор Академии военных наукПоследние несколько лет стали временем коренного реформирования правового и структурного облика отечественной атомной отрасли. Сначала Министерство РФ по атомной энергии было опрометчиво преобразовано со снижением статуса в Федеральное агентство по атомной энергии. В 2008 году уже само агентство было ещё более опрометчиво преобразовано в Государственную корпорацию по атомной энергии «Росатом».