«Чистая победа» Росатома

Г.Ф.Коленкина, корреспондент газеты «Вечерний Волгодонск», г.Волгодонск, Ростовская область

Во время своего недавнего визита на Волгодонскую АЭС руководитель Федерального агентства по атомной энергии Сергей Кириенко заявил, что его ведомство не намерено больше вкладывать средства в развитие социальной сферы 30-километровых зон атомных электростанций.

Последними «счастливчиками», кому еще перепадет малая доля атомного «пирога», названы жители Волгодонска и расположенных в непосредственной близости от Волгодонской АЭС сельских районов.

Отношения Волгодонской АЭС с давшим ей имя городом складывались непросто. В октябре 1977 года, когда в фундамент Ростовской (Волгодонской она стала называться позднее, в 2001 году) АЭС был заложен первый камень, к будущему ядерному объекту и местные власти, и население относились вполне доброжелательно. И митинг, посвященный закладке станции, проходил, как и положено, под лозунгом «Даешь Ростовскую АЭС!». Но в 1986 году случился Чернобыль, и лозунги сменились на прямо противоположные.

6 апреля 1990 года городской Совет народных депутатов принял решение о прекращении строительства станции. Волгодонских депутатов поддержал Ростовский областной совет. Строительство АЭС было прекращено.

Через несколько лет атомщики заговорили о продолжении строительства. Волгодонск заволновался. К этому времени уже в полный рост проявилась главная строительная проблема Волгодонска – плывуны, высокий уровень грунтовых вод. Власти спешно принимали меры по укреплению фундаментов жилых домов и производственных зданий (проблема не миновала даже гигант-Атоммаш). По городу поползли слухи: первый блок Ростовской АЭС возводили с серьезными нарушениями, да и площадка выбрана крайне неудачно – под станцией те же плывуны, что и под городом…

В это время в Волгодонске наблюдается необыкновенный всплеск «экологической активности». В городе создается несколько экологических организаций. В течение лета 1997 года Волгодонск осаждают представители международной экологической организации «Хранители радуги». Палаточный городок у стен АЭС, перекрытая автомагистраль, прикованные наручниками к бочкам с бетоном молодые парни и девушки, милицейские сирены, судебные разбирательства…

Не однажды в течение этого времени Ростовская АЭС становилась разменной монетой в ходе выборов разного уровня. «Как вы относитесь к строительству Ростовской АЭС?» – неизменно спрашивали избиратели очередного кандидата, который отлично знал, как нужно ответить, чтобы получить необходимое количество голосов. Спрашивали в 1997 году и кандидатов в мэры, и кандидатов в городскую думу – большинство отвечало так, как ожидал «электорат».

А 6 апреля 1998 года, ровно через восемь лет после принятия решения о прекращении строительства АЭС, депутаты городской думы единогласно проголосовали за его продолжение.

Тогдашний глава города Сергей Горбунов так объяснил свою позицию: «Для нас совершенно очевидно, что исправить положение в городе с неработающими предприятиями, с сумасшедшей задолженностью по зарплате, детским пособиям, с разбалансированной экономикой можно не полумерами, а радикальным шагом». Большинство горожан восприняло это решение как предательство, по городу прокатилась очередная волна митингов.

Вскоре решение областного Совета о прекращении сооружения АЭС было объявлено не имеющим юридической силы. Решение о возобновлении строительства станции, как пояснили члены компетентной комиссии, находится в исключительном ведении правительства России. Комиссия признала также, что завершение строительства и пуск АЭС возможны только после проведения повторной экологической экспертизы и при условии ее положительного значения. Такое заключение через некоторое время было получено. Независимая общественная экспертиза, проводимая с участием видных ученых, экологов, общественных деятелей, пришла к прямо противоположному результату. Тем не менее, в августе 1998 года на первом энергоблоке Ростовской АЭС были возобновлены строительные работы.

Надо отдать должное атомщикам: в ходе строительства они старались быть достаточно открытыми. На регулярно проводившиеся штабы по строительству беспрепятственно могли попасть журналисты, «зеленые», представители общественных организаций. Можно было побывать непосредственно на строящемся объекте, задать вопросы любым специалистам. Не были редкостью и пресс­конференции руководителей РоАЭС.

Главным аргументом атомщиков, а потом и местной власти в пользу строительства атомной станции была возможность экономического возрождения города после сдачи ее в эксплуатацию. Волгодонцам обещали за счет средств, выделяемых на развитие 30-километровой зоны АЭС, преобразить город: отремонтировать дороги, построить жилье для бюджетников, создать современный медицинский диагностический центр, которым смогут пользоваться не только работники АЭС, но и все горожане. Ну и, само собой, 50-процентная льгота на электроэнергию.

Дешевую электроэнергию обещали и предприятиям. Именно это, утверждали сторонники АЭС, позволит промышленности города подняться с колен и начать новую безбедную жизнь.

Первое разочарование наступило очень скоро – при обсуждении на заседании городской думы самого первого перечня объектов 30-километровой зоны.

Тогда, выслушав доводы руководства атомной о невозможности выполнить в установленные сроки все, что предписывалось титулом, кто­то из депутатов озадаченно произнес: «Думали, РоАЭС – дойная корова, а оказалось – даже не коза…».

Дальше – больше. Диагностический центр так и не построили – построили медсанчасть. Вернее, не построили, а переоборудовали бывший детский сад. Оснастили, правда, прекрасно. И пользоваться может каждый. Вот только бесплатно – лишь работники АЭС и члены их семей.

Льготами на электроэнергию предприятия не пользовались никогда, а население пользовалось, но недолго – чуть больше года. И теперь в Волгодонске, расположенном в 13 километрах от атомной станции с одноименным названием, стоимость электроэнергии – одна из самых высоких в России. И самая высокая по сравнению с другими городами – спутниками АЭС. 1 руб. 50 коп. – для населения, 3 руб. 07 коп. – для предприятий.

«Мы тут ни при чем, – поясняют атомщики. – Электроэнергию мы поставляем на оптовый рынок, а уж по какой цене потом вам ее продают – не наше дело». Что же касается прямых поставок электроэнергии с АЭС (об этом тоже шла речь в ходе строительства) – нет на сегодня такого закона. Да и технических возможностей – тоже.

Немалые надежды возлагали власти Волгодонска на атомную станцию как на крупного налогоплательщика. Действительно, равной ей нет в регионе. Но и тут не все пошло гладко. Сначала атомщики задолжали местным строителям весьма значительную сумму за работу, выполненную на сооружении первого блока. И не просто значительную, а сопоставимую с годовым бюджетом города. Естественно, строительные организации перестали выплачивать зарплату своим рабочим, как следствие – резко сократился приток налогов в городской бюджет. А эпопея с налогом на имущество АЭС! Почти год длилась процедура регистрации имущества, и, естественно, все это время налог на имущество (для небольшого Волгодонска сумма очень значительная) не выплачивался.

Кстати, еще о 30-километровой зоне. Ни разу за все время строительства и работы АЭС титульный список вводимых объектов не утверждался в начале года. Всегда находятся очень весомые обстоятельства, не позволяющие руководству станции выполнять эту работу в срок. Конечно, и вводятся объекты с большим опозданием.

Но последней каплей, переполнившей чашу терпения и городской думы, и жителей Волгодонска, стало явное нежелание руководства станции обсуждать возникающие проблемы с городской властью и практически полный информационный вакуум. Это, собственно и спровоцировало известные события: письмо депутатов городской думы в адрес руководителя Росатома Сергея Кириенко с просьбой «повлиять» на директора ВДАЭС Александра Паламарчука и массовый митинг горожан.

Митинг прошел при большом стечении народа на главной городской площади. Инициаторами его выступили «зеленые» – те, кто еще в 90-х боролся против строительства АЭС. Теперь, понятно, бороться со строительством уже поздно – станция построена и работает, но претензии остались. Требования участников митинга изложены в резолюции: выполнить в полном объеме требования закона «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера», в том числе – по строительству подземного водозабора для обеспечения жителей водой на случай радиационной аварии; осуществить организационно-информационные мероприятия с населением и предприятиями по эвакуационным действиям при аварии на Волгодонской АЭС; обеспечить льготную 50-процентную оплату электроэнергии жителям 30-километровой зоны; открыть региональный заказ на осуществление выборочного контроля радиационной обстановки, в том числе – загрязненности сельхозпродукции. И последнее: рассмотреть вопрос о соответствии директора ВДАЭС Александра Паламарчука занимаемой должности.

Кстати, об информационном вакууме. Одним из обязательных условий пуска первого энергоблока было, среди прочих, открытие информационного центра ВДАЭС. Его строили очень долго и в этом году, наконец, построили – прекрасное современное здание, очень украсившее город. Но вот парадокс: как только информационный центр был построен – всякая информация о работе АЭС исчезла в принципе. Свою газету станция закрыла уже давно, пресс-конференций руководители не проводят, на вопросы журналистов «в письменном виде» отвечают крайне неохотно и нерегулярно, на заседания думы не приходят. А в информационном центре, говорят, разместили роскошную гостиницу. «Говорят» – потому что более достоверной информацией мало кто располагает – простому смертному попасть туда крайне затруднительно.

Когда через десять дней после митинга стало известно о предстоящем визите на Волгодонскую АЭС Сергея Кириенко, городская общественность приободрилась: есть все-таки управа на несговорчивого директора. Но действительность, как это часто бывает, превзошла ожидания. Правда, со знаком «минус»

Атомный министр прилетел в Волгодонск в сопровождении солидной свиты: и.о. генерального директора концерна «Росэнергоатом» Сергея Обозова, его заместителей, руководителей департаментов, директоров всех АЭС страны. Прибыл и губернатор Ростовской области Владимир Чуб. Такое внимание к станции, как пояснил пресс-секретарь Кириенко, обусловлено тем, что второй блок ВДАЭС – приоритетный в плане строительства.

Проведя в течение дня несколько деловых совещаний, в конце визита Сергей Владиленович вышел «к общественности и прессе». И сказал то, что от него меньше всего ждали услышать:

– На сегодняшний день у нас есть согласованные с губернатором и местной властью объемы социальных затрат, которые должны быть произведены при строительстве второго энергоблока Волгодонской АЭС. Они будут выполнены. Это 762 миллиона рублей. Могу вам гарантировать, что все 672 миллиона будут направлены на цели, которые согласованы городской и областной властью. Но главная задача АЭС – производить электроэнергию, получать от этого доходы и полным рублем платить налоги в городской, областной и федеральный бюджеты. И чем больше налогов, тем больше возможностей у городской, областной и федеральной власти тратить на выполнение социальных обязательств. Это принципиальный подход. По второму энергоблоку мы эти обязательства выполняем, а дальше мы исходим из того, что никаких социальных обременений при строительстве станций быть не должно.

Что же касается льгот по оплате электроэнергии – против них главный атомщик России ничего не имеет, но закона, позволяющего пользоваться этими льготами, сегодня не существует.

И еще одну важную вещь сказал Сергей Кириенко:

– Ни в одном регионе мы не будем идти против общественного мнения. На втором блоке Волгодонской АЭС у нас идет строительство. Впреди – принятие решения: разворачивать ли здесь строительство 3го и 4го блоков. Мы к этому готовы. С точки зрения энергетической потребности – в ЮФО такая потребность есть. Если вы согласны с этим, поддерживаете, тогда будем двигаться вперед. На сегодняшний день существует конкуренция среди регионов: в тех областях, где работают несколько атомных энергоблоков, АЭС являются крупнейшими плательщиками налогов…

Как жаль, что восемь лет назад руководители Минатома не говорили ничего подобного. Тогда, в 98-м, нас не спрашивали, хотим ли мы иметь под боком атомную станцию. Сегодня обещают спросить. Правда, относительно третьего и четвертого блоков есть одна оговорка: по заключению экологической экспертизы, эксплуатация еще двух блоков возможна только при использовании вместо пруда­охладителя сухой градирни – в противном случае Цимлянскому водохранилищу – источнику питьевой воды и месту обитания всевозможных, в том числе и промысловых пород рыбы, грозит экологическая катастрофа.

…А насчет заявленного в резолюции несоответствия директора ВДАЭС занимаемой должности… По итогам работы в прошлом году Волгодонская АЭС признана лучшей, и к Александру Паламарчуку как директору претензий нет. Но руководитель Росатома сделал замечание Александру Васильевичу за упущения в работе с общественностью, которые привели к жалобам городской думы, митингам, проблемам информационной закрытости…

После встречи на ВДАЭС председатель городской думы Олег Струков заметил:

– Понять главу Росатома можно: любой бизнес хотел бы иметь как можно меньше обременений. Но кто защитит жителей? В Волгодонске хотят строить не колбасный цех или хлебозавод, а потенциально опасный объект. Один блок – одна опасность, два блока – опасности в два раза больше. Инвестиции, конечно, нужны, но не любой ценой. И мы, общественность и депутаты, будем принимать окончательное решение, и ставить условия, а не наоборот. Если хотя бы один пункт принятых договоренностей атомщиками не будет выполнен, наша позиция изменится адекватно.

Да вот только станут ли слушать в Росатоме доводы нашей «общественности»? Или просто повернутся и уйдут к более сговорчивым соседям?

Ну а пока Волгодонск опять в ожидании. На этот раз – решения вопроса об определении генподрядчика на строительстве энергоблока №2. И надеется, на атомной найдется работа и для его строителей, получивших уже необходимый опыт на сооружении первого энергоблока. Ну а там, как сказал спикер Волгодонской думы, поживем – увидим.

Тогда, выслушав доводы руководства атомной отрасли о невозможности выполнить в установленные сроки все, что предписывалось титулом, кто­то из депутатов озадаченно произнес: «Думали, РоАЭС – дойная корова, а оказалось – даже не коза…».

Дальше – больше. Диагностический центр так и не построили – построили медсанчасть. Вернее, не построили, а переоборудовали бывший детский сад. Оснастили, правда, прекрасно. И пользоваться может каждый. Вот только бесплатно – лишь работники АЭС и члены их семей.

Льготами на электроэнергию предприятия не пользовались никогда, а население пользовалось, но недолго – чуть больше года. И теперь в Волгодонске, расположенном в 13 километрах от атомной станции с одноименным названием, стоимость электроэнергии – одна из самых высоких в России. И самая высокая по сравнению с другими городами – спутниками АЭС. 1 руб. 50 коп. – для населения, 3 руб. 07 коп. – для предприятий.

«Мы тут ни при чем, – поясняют атомщики. – Электроэнергию мы поставляем на оптовый рынок, а уж по какой цене потом вам ее продают – не наше дело». Что же касается прямых поставок электроэнергии с АЭС (об этом тоже шла речь в ходе строительства) – нет на сегодня такого закона. Да и технических возможностей – тоже.

Немалые надежды возлагали власти Волгодонска на атомную станцию как на крупного налогоплательщика. Действительно, равной ей нет в регионе. Но и тут не все пошло гладко. Сначала атомщики задолжали местным строителям весьма значительную сумму за работу, выполненную на сооружении первого блока. И не просто значительную, а сопоставимую с годовым бюджетом города. Естественно, строительные организации перестали выплачивать зарплату своим рабочим, как следствие – резко сократился приток налогов в городской бюджет. А эпопея с налогом на имущество АЭС! Почти год длилась процедура регистрации имущества, и, естественно, все это время налог на имущество (для небольшого Волгодонска сумма очень значительная) не выплачивался.

И еще о 30-километровой зоне. Ни разу за все время строительства и работы АЭС титульный список вводимых объектов не утверждался в начале года. Всегда находятся очень весомые обстоятельства, не позволяющие руководству станции выполнять эту работу в срок. Конечно, и вводятся объекты с большим опозданием.

Но последней каплей, переполнившей чашу терпения и городской думы, и жителей Волгодонска, стало явное нежелание руководства станции обсуждать возникающие проблемы с городской властью и практически полный информационный вакуум. Это, собственно, и спровоцировало известные события: письмо депутатов городской думы в адрес руководителя Росатома Сергея Кириенко с просьбой «повлиять» на директора ВДАЭС Александра Паламарчука и массовый митинг горожан.

Митинг прошел при большом стечении народа на главной городской площади. Инициаторами его выступили «зеленые» – те, кто еще в 90-х боролся против строительства АЭС. Теперь, понятно, бороться со строительством уже поздно – станция построена и работает, но претензии остались. Требования участников митинга изложены в резолюции: выполнить в полном объеме требования закона «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера», в том числе – по строительству подземного водозабора для обеспечения жителей водой на случай радиационной аварии; осуществить организационно-информационные мероприятия с населением и предприятиями по эвакуационным действиям при аварии на Волгодонской АЭС; обеспечить льготную 50-процентную оплату электроэнергии жителям 30-километровой зоны; открыть региональный заказ на осуществление выборочного контроля радиационной обстановки, в том числе – загрязненности сельхозпродукции.

И последнее: рассмотреть вопрос о соответствии директора ВДАЭС Александра Паламарчука занимаемой должности.

Кстати, об информационном вакууме. Одним из обязательных условий пуска первого энергоблока было, среди прочих, открытие информационного центра ВДАЭС. Его строили очень долго и в этом году, наконец, построили – прекрасное современное здание, очень украсившее город. Но вот парадокс: как только информационный центр был построен – всякая информация о работе АЭС исчезла в принципе. Свою газету станция закрыла уже давно, пресс-конференций руководители не проводят, на вопросы журналистов «в письменном виде» отвечают крайне неохотно и нерегулярно, на заседания думы не приходят. А в информационном центре, говорят, разместили роскошную гостиницу. «Говорят» – потому что более достоверной информацией мало кто располагает – простому смертному попасть туда крайне затруднительно.

Когда через десять дней после митинга стало известно о предстоящем визите на Волгодонскую АЭС Сергея Кириенко, городская общественность приободрилась: есть все-таки управа на несговорчивого директора. Но действительность, как это часто бывает, превзошла ожидания. Правда, со знаком «минус».

Атомный министр прилетел в Волгодонск в сопровождении солидной свиты: и.о. генерального директора концерна «Росэнергоатом» Сергея Обозова, его заместителей, руководителей департаментов, директоров всех АЭС страны. Прибыл и губернатор Ростовской области Владимир Чуб. Такое внимание к станции, как пояснил пресс-секретарь Кириенко, обусловлено тем, что второй блок ВДАЭС – приоритетный в плане строительства.

Проведя в течение дня несколько деловых совещаний, в конце визита Сергей Владиленович вышел «к общественности и прессе». И сказал то, что от него меньше всего ждали услышать:

– На сегодняшний день у нас есть согласованные с губернатором и местной властью объемы социальных затрат, которые должны быть произведены при строительстве второго энергоблока Волгодонской АЭС. Они будут выполнены. Это 762 миллиона рублей. Могу вам гарантировать, что все 762 миллиона будут направлены на цели, которые согласованы городской и областной властью. Но главная задача АЭС – производить электроэнергию, получать от этого доходы и полным рублем платить налоги в городской, областной и федеральный бюджеты. И чем больше налогов, тем больше возможностей у городской, областной и федеральной власти тратить на выполнение социальных обязательств. Это принципиальный подход. По второму энергоблоку мы эти обязательства выполняем, а дальше мы исходим из того, что никаких социальных обременений при строительстве станций быть не должно.

Что же касается льгот по оплате электроэнергии – против них главный атомщик России ничего не имеет, но закона, позволяющего пользоваться этими льготами, сегодня не существует.

И еще одну важную вещь сказал Сергей Кириенко:

– Ни в одном регионе мы не будем идти против общественного мнения. На втором блоке Волгодонской АЭС у нас идет строительство. Впреди – принятие решения: разворачивать ли здесь строительство 3-го и 4-го блоков. Мы к этому готовы. С точки зрения энергетической потребности – в ЮФО такая потребность есть. Если вы согласны с этим, поддерживаете, тогда будем двигаться вперед. На сегодняшний день существует конкуренция среди регионов: в тех областях, где работают несколько атомных энергоблоков, АЭС являются крупнейшими плательщиками налогов…

Как жаль, что восемь лет назад руководители Минатома не говорили ничего подобного. Тогда, в 1998-м, нас не спрашивали, хотим ли мы иметь под боком атомную станцию. Сегодня обещают спросить. Правда, относительно третьего и четвертого блоков есть одна оговорка: по заключению экологической экспертизы, эксплуатация еще двух блоков возможна только при использовании вместо пруда­охладителя сухой градирни – в противном случае Цимлянскому водохранилищу – источнику питьевой воды и месту обитания всевозможных, в том числе и промысловых пород рыбы, – грозит экологическая катастрофа.

…А насчет заявленного в резолюции несоответ­ствия директора ВДАЭС занимаемой должности… По итогам работы в прошлом году Волгодонская АЭС признана лучшей, и к Александру Паламарчуку как директору претензий нет. Но руководитель Росатома сделал замечание Александру Васильевичу за упущения в работе с общественностью, которые привели к жалобам городской думы, митингам, проблемам информационной закрытости…

После встречи на ВДАЭС председатель город­ской думы Олег Струков заметил:

– Понять главу Росатома можно: любой бизнес хотел бы иметь как можно меньше обременений. Но кто защитит жителей? В Волгодонске хотят строить не колбасный цех или хлебозавод, а потенциально опасный объект. Один блок – одна опасность, два блока – опасности в два раза больше. Инвестиции, конечно, нужны, но не любой ценой. И мы, общественность и депутаты, будем принимать окончательное решение, и ставить условия, а не наоборот. Если хотя бы один пункт принятых договоренностей атомщиками не будет выполнен, наша позиция изменится адекватно.

Да вот только станут ли слушать в Росатоме доводы нашей «общественности»? Или просто повернутся и уйдут к более сговорчивым соседям?

Ну а пока Волгодонск опять в ожидании. На этот раз – решения вопроса об определении генподрядчика на строительстве энергоблока № 2. И надеется, на атомной станции найдется работа и для его строителей, получивших уже необходимый опыт на сооружении первого энергоблока. Ну а там, как сказал спикер Волгодонской думы, поживем – увидим.

Журнал «Атомная стратегия» № 22, май 2006 г.

назад

Материалы из архива

1.2008 Росатом обрел статус госкорпорации

А.И.Иойрыш, д.ю.н., В.Г.Терентьев, д.т.н.Сегодня мы впереди планеты всей лишь по добыче и продаже сырьевых ресурсов. В то же время анализ состояния отраслей экономики не вызывает оптимизма. Прежде всего, это - неэффективность работы производственных структур. Однако уже найден рецепт преодоления застоя - создание в важных секторах экономики государственных корпораций. За последний период возникли такие некоммерческие организации, учрежденные Российской Федерацией.

5.2009 Система АЭС малой мощности как фактор национальной безопасности России

Т.Д.Щепетина, к.т.н., нач. лаб. ИЯР РНЦ «Курчатовский институт» Но никогда ИМ не увидеть НАС      Прикованными к веслам на галерах!В.Высоцкий, «Еще не вечер»Концепция национальной безопасности Российской Федерации - система взглядов на обеспечение в Российской Федерации безопасности личности, общества и государства от внешних и внутренних угроз во всех сферах жизнедеятельности… в экономической, внутриполитической, социальной, международной, информационной, военной, пограничной, экологической и других сферах.

1.2008 Атом имени Ломоносова

Александр КулешовРазговоры о строительстве атомной теплоэнергоцентрали (АТЭЦ) в Архангельске велись еще в 80-х годах прошлого столетия. Однако Чернобыльская катастрофа поставила жирную точку на проекте, не смотря на то, что площадку под строительство уже начинали готовить. Неподалеку от Архангельска до сих пор можно наблюдать несколько заросших, частично асфальтированных дорог, ведущих к горам песка. Больше здесь ничто не напоминает о начавшемся когда-то строительстве.