Как приватизировали АЭС в Великобритании

Джон Дайнан, консультант Европейской комиссии на площадке Смоленской АЭС

Джон Дайнан – не случайная личность в атомной энергетике. Начиная с 70-х годов, он активно работает в сфере производства электроэнергии. В 90-е годы прошлого века Джон Дайнан стал свидетелем подготовки и проведения акционирования, приватизации атомной энергетики Великобритании, а также создания генерирующей компании British Energy.

В середине 90-х годов компания British Energy стала одной из самых динамично развивающихся участников рынка электроэнергии Великобритании. Компания начала экспансию на рынки других стран. В частности, British Energy стала участником совместных предприятий и акционером около 20 блоков АЭС в Северной Америке. С середины 90-х годов Джон Дайнан вовлечен в работу по проектам программы ТАСИС в России на Смоленской АЭС, участвовал в ряде встреч с руководством концерна «Росэнергоатом». В 1999 году была организована поездка руководства концерна в Великобританию для ознакомления с опытом приватизации компании British Energy.

В конце 90-х годов Джон Дайнан был директором проекта по вопросам реструктуризации и коммерциализации для украинской генерирующей компании «Энергоатом». На сегодняшний день Джон Дайнан является консультантом Европейской комиссии на площадке Смоленской АЭС (г.Десногорск). Результаты работы Джона Дайнана в области повышения безопасности российских АЭС были высоко оценены руководством концерна, и в 2004 году он был награжден медалью концерна «Росэнергоатом» «50 лет атомной энергетики России».

Поскольку в настоящий момент вопросы акционирования и приватизации объектов атомной энергетики снова приобретают актуальность для России, мы посчитали необходимым взять интервью у Джона Дайнана.

– Джон, с чем связана ваша командировка в Россию?
– Во-первых, я отвечаю за развитие бизнеса моей компании в России и на Украине. Несмотря на то, что в настоящее время эта работа ограничена консультативной деятельностью, финансируемой третьей стороной, компания BENIC (совместное предприятие British Energy и AMEC NNC) имеет сильное желание расширить бизнес в России, увеличив тем самым свой вклад в развитие ядерной промышленности.
Другая первоочередная задача – реализовать наши обязанности в рамках выполнения проекта по оказанию технической помощи на площадке Смоленской атомной электростанции в рамках программы ТАСИС. Осуществление данного проекта занимает достаточно большой период времени и финансируется Европейской комиссией. Я очень горжусь нашими взаимоотношениями с коллективом Смоленской АЭС. Они могут служить примером того, как должны реализовываться совместные российско-международные проекты.
Кроме того, от имени нашей компании я занимался реализацией других проектов в России на Курской и Калининской АЭС.

– Джон, что вы можете сказать о российской атомной энергетике? В чем она похожа на британскую, а чем отличается от нее?
– Существует реальное национальное понимание, что будущее в области выработки электроэнергии за атомными реакторами. В последнее время это мнение разделяют большинство энергетиков Великобритании. К сожалению, в настоящее время оно не является частью политики Правительства, хотя г-н премьер-министр Великобритании Тони Блэр принимает во внимание данное мнение. Я приветствую смелость тех в России, кто продолжал развивать гражданский ядерный сектор, несмотря на тяжелые 90-е годы, и теперь я вижу сильную промышленность, способную с оптимизмом противостоять будущим вызовам. Данные усилия должны окупиться, хотя этого пока не случилось.
Рыночная обстановка меняется постоянно. В западной части России существует стремление развиваться в направлении настоящего рынка по производству электроэнергии и всех других аспектов, связанных с ним. Я не уверен, что концерн «Росэнергоатом» полностью подготовлен ко всем последствиям настоящего рынка, учитывая, что большая часть расходов, как, впрочем, и доходов данного производства покрыта мраком непрозрачности затрат и тарифов. Мы не уверены, что в преддверии акционирования в концерне проделана вся необходимая подготовительная работа для того, чтобы бизнес стал по-настоящему жизнеспособным в конкурентной коммерческой рыночной среде. Необходима подготовка всего персонала, начиная от рабочего персонала станции и вплоть до руководящего персонала на уровне корпорации, к запросам коммерческой среды.

– Как и когда осуществлялся переход в частные руки атомной энергетики в Великобритании – через стопроцентное государственное акционирование или сразу через приватизацию?
– Следует иметь в виду, что приватизация ядерной энергетики в Великобритании затронула только приватизацию сферы производства электроэнергии на АЭС, поскольку правительство до сих пор владеет остальными сферами данной отрасли.
Важно понимать, что приватизация атомной генерирующей отрасли осуществлялась в Великобритании в два отдельных этапа, что может служить в какой-то степени примером и для России.

Первый этап

В 1989 году была запланирована приватизация всей генерирующей промышленности, но в последний момент атомные электростанции остались в собственности государства по следующим причинам:
• Правительство не могло предоставить финансирование для вывода из эксплуатации реакторных установок Magnox (газоохлаждаемые реакторы с металлическим топливом первого поколения, построенные в конце 50-х и в 60-х годах).
• Существовало правильное предположение, что новые владельцы не захотят брать на себя ответственность за вывод из эксплуатации.
• Считалось также, что ядерный сектор коммерчески не жизнеспособен, поскольку в то время мы все еще получали «ядерные» субсидии на производство электроэнергии.

В период с 1990 по 1995 гг. компания Nuclear Electric пережила значительные преобразования под руководством исполнительного директора компании:
• Была осуществлена крупная программа коммерциализации с целью создания рентабельной компании без получения выплат «ядерной» субсидии на производство электроэнергии.
• Был подготовлен фонд для вывода из эксплуатации станций Magnox в рамках частного сектора.
• Была создана группа Power & Energy Trading для функционирования в условиях конкурентоспособной борьбы с уже существующими в частном секторе организациями.
• Были подготовлены и согласованы с органом ядерного регулирования необходимые обоснования для продления сроков эксплуатации большинства АЭС с реакторами AGR (усовершенствованный газоохлаждаемый реактор) и MAGNOX.
• В отведенные сроки и в рамках бюджета было завершено строительство второго блока АЭС Сайзвел с реактором типа PWR (Sizewell B).

Второй этап

Вторым этапом стало решение Правительства завершить приватизацию электроэнергетической промышленности за 11 месяцев.

Несмотря на успешное выполнение пяти вышеперечисленных задач, советники Правительства все еще понимали, что подготовить необходимое обоснование для приватизации реакторов Magnox не представляется возможным. Также было решено, что реакторы AGR, находящиеся в собственности компании Scottish Nuclear, должны быть включены в приватизированную компанию. Так была создана компания British Energy, включающая в себя АЭС с реакторами AGT и PWR компаний Nuclear Electric и Scottish Nuclear. Атомные станции с реакторами типа Magnox были включены в компанию Magnox Electric, собственником которой и по сей день является государство. В настоящее время данные электростанции, за исключением четырех блоков, прекратили вырабатывать электроэнергию.

Кстати, тема акционирования и приватизации будет предметом моего выступления на пленарном заседании конференции «Полярное сияние 2006», которая пройдет в С.-Петербурге с 30 января по 4 февраля этого года.

– Поможет ли акционирование, с вашей точки зрения, решить сегодняшние проблемы российской атомной энергетики? Какие, кстати, из них вам представляются наиболее важными?
– Опять же здесь существует два момента. Создание открытой акционерной коммерческой компании позволит концерну «Росэнергоатом» развивать производство электроэнергии на атомных электростанциях согласно его собственной программе и в соответствии с бизнес-планами, разрабатываемыми на будущее. Для этого концерну необходим стратегический план корпоративного развития, которого, на мой взгляд, в настоящее время не существует. Когда он будет разработан, компания сможет управлять своей собственной судьбой. С корпоративной точки зрения, этот план также должен стать очень полезным, разумеется, при условии, что он будет должным образом реализован. Должен признать, что я приветствую такой ход событий.
Второй момент более низкого порядка, в том смысле, что он начнет проявляться после того, как будет принято решение об акционировании концерна.
Это «вопросы, которые преподнесут себя сами», проявятся в критической ситуации. И только сильное руководство со стороны (сильное в смысле профессиональное и решительное, а не авторитарное) концерна «Росэнергоатом» позволит достичь правильных результатов.
Я вспоминаю наш собственный опыт. Анализируя процессы, которые были внедрены, могу сказать, что на первом месте стоит культура компании. Концерну «Росэнергоатом» необходимо решить, каким он сам хочет себя видеть. После акционирования основной целью концерна «Росэнергоатом» станет получение прибыли, а не выживание и необходимость поддержания света в домах. В начале 90-х гг. в Великобритании это стало для нас тяжелым уроком. Кстати, позвольте мне недвусмысленно констатировать, что коммерческая эксплуатация (в понимании атомной энергетики) всегда должна быть безопасной, поскольку небезопасная деятельность неизбежно ведет к «гибели» любого ядерного оператора, независимо от того, где он работает.
На втором месте стоят процессы, внедренные для функционирования компании. Они должны быть переписаны снизу вверх. Это тяжелая задача, особенно в той ее части, которая имеет отношение к финансированию компании в будущем. Вы заметили, что я не упомянул техническую сторону, хотя и эти вопросы весьма важны. Дело в том, что с точки зрения технических процессов и безопасности, микрометодология эксплуатации станции уже разработана оптимальным образом, однако коммерческая эксплуатация энергоблоков может претерпевать существенные изменения.
И, наконец, что касается атомной энергетики, я думаю, она всегда будет зависеть от взглядов правительства как с точки зрения основной политики, так и социально-экономического влияния или обеспокоенности экологическими (климатическими) изменениями. Таким образом, взаимоотношения Компании с существующим правительством являются очень важными.

– Проблема хранения и переработки отработанного ядерного топлива и РАО весьма остро стоит не только перед Россией, но и перед всеми странами. Кому в вашей стране принадлежат хранилища и заводы по переработке РАО и ОЯТ? На государственные или на частные средства ведется строительство подобных объектов?
– Это довольно сложная проблема, которая очень сильно усложнила ситуацию в Великобритании. Основным правилом в Великобритании является следующее: тот, кто загрязняет, несет ответственность за очистку. Это касается угольных шахт, угольных электростанций (обращение с золой) и атомной энергетики (обращение с отработанным ядерным топливом). Но почему коммерческий оператор должен платить за переработку отработанного ядерного топлива, когда он не заинтересован в конечном продукте? Особенно, если уже существует более дешевая технология безопасного захоронения таких отходов тем же образом, как угольная станция производит захоронение своих отходов. Это огромные расходы, которые влияют на создание финансовой базы для захоронения отработанного ядерного топлива. Все осложняется еще и предыдущими соглашениями и вариантами для будущего, которые ни одна отрасль промышленности (из тех, которые я знаю), кроме атомной, не должна это предусматривать.
Вслед за финансовыми проблемами компании British Energy в 2002 году, но не в качестве их результата, в Великобритании изменился взгляд на вопросы обращения с отработанным топливом и выводом АЭС из эксплуатации. Была создана правительственная организация для строительства установок по выводу АЭС из эксплуатации и обращения с отработанным топливом. Эта организация сотрудничает с частными коммерческими организациями, заключая с ними контракты. Подрядчики этой организации построят и будут эксплуатировать установки, необходимые для разнообразных целей. Возможно, что коммерческие организации будут эксплуатировать установки, предоставленные правительственным агентством. Не думаю, что точный механизм для этого уже определен.
Финансирование таких контрактов будет вестись либо правительством (в той части, собственником которой является правительство), либо промышленностью (в той части, собственником которой являются частные лица). Финансирование части, собственником которой являются частные лица, будет вестись из контролируемого правительством фонда по выводу из эксплуатации, который пополняется за счет средств, получаемых в настоящее время от эксплуатации коммерческих ядерных реакторов.

– В Великобритании в течение последних лет практически не строят атомных станций. Чем вызвана стагнация атомной энергетики? Низкой окупаемостью атомной энергии? Страхом перед атомной энергетикой, вызванным крупными авариями в США и России? Экологическими проблемами, связанными с хранением и переработкой РАО и ОЯТ?
– Последний энергоблок был введен в эксплуатацию в Великобритании менее 10 лет назад. На сегодняшний день технология данного энергоблока является, вероятно, самой продвинутой для всех эксплуатируемых в мире реакторов типа PWR, включая реакторы ВВЭР. Упомянув об этом, вы, возможно, произнесете одно слово по поводу отсутствия интереса к развитию производства атомной электроэнергии – рынок. Несмотря на то, что финны сейчас строят новую АЭС, это особый случай выбора атомной энергии в качестве производителя электроэнергии.
Отсутствие заказов на строительство новых блоков АЭС во многом объясняется тем, что никто в Великобритании или США не смог подготовить обоснование (business case) строительства новой атомной электростанции. Финансовые риски были слишком большими для проектирования и строительства, включая риски неодобрения со стороны органа регулирования. Историческое наличие других форм дешевого производства электроэнергии (для Великобритании это в основном газ из Северного моря) означало, что было невозможно подготовить обоснование (business case) в течение достаточно долгого периода времени.
Основная проблема финансирования новой АЭС – это всегда высокая капитальная стоимость установок против (относительно) низкой стоимости эксплуатации и топлива. Электростанции на ископаемом топливе – это прямая противоположность вышесказанному: наличие дешевого газа и достаточно короткий период проектирования и строительства, поэтому с точки зрения окупаемости капитала предпочтение отдается неядерному варианту.
Однако в последнее время мы стали свидетелями нескольких важных изменений, которые обратили ситуацию в противоположную сторону, и теперь строительство новой ядерной установки может стать самым дешевым вариантом, хотя издержки, связанные с возможными рисками при осуществлении проектов, все равно существуют. Причины тому следующие:
• Цены на газ значительно выросли.
• Газ, добываемый в Северном море, заканчивается, поставка газа из России и Казахстана приведет к дальнейшему росту цен и вопросов обеспечения поставок, учитывая, как далеко находится поставщик.
• Угольная промышленность в Великобритании больше не существует в серьезной форме.
• Степень воздействия выбросов углерода тепловыми электростанциями теперь после подписания Киотского протокола признается Правительством Великобритании.
• Возобновляемые источники энергии, которые очень важны, будут лишь частью структуры энергетики, которая должна включать и атомную энергетику.

– Собираются ли власти Великобритании в ближайшее время развивать атомную энергетику? На каких принципах обычно финансируется строительство атомных объектов в Великобритании?
– Возможно, всем известно, что Великобритания в настоящее время пересматривает политику и стратегию в области производства электроэнергии. В настоящее время атомная энергетика имеет довольно позитивную перспективу, но существуют также и другие конкурирующие идеи и взгляды. Трудно точно сказать, каким будет решение. Однако уже прошло какое-то время с момента появления в Великобритании более позитивной перспективы для развития атомной энергетики в будущем.
Финансирование строительства новых АЭС в Великобритании будет вестись из частных источников – другими словами, правительство Великобритании не будет оплачивать строительство таких электростанций. Точные пути финансирования будут решены теми, кто предложит конкретный проект, и здесь существует много различных вариантов: от владельца-оператора до разнообразных консорциумов.
И снова ситуация зависит от рынка, возможности разработки конкретного бизнес-проекта и ассимиляции (финансовых) рисков.

– Атомная отрасль в России всегда имела прочный фундамент в виде крупных отраслевых научно-исследовательских институтов. Ученый мир в преддверии акционирования встревожен, так как многие научные направления, не приносящие сиюминутную прибыль, могут попросту закрыться. Какими учреждениями представлены научно-исследовательские отраслевые институты в Великобритании? Как они финансируются?
– Развитие прикладных ядерных исследований в Великобритании зависит от того финансирования, которое смогут получить исследовательские институты от Правительства, Европейского сообщества и промышленных грантов. Генерирующие компании четко сфокусированы только на тех исследованиях, которые преследуют коммерческие цели. Думаю, это глобальный вопрос, если будет существовать рынок для поставки новых типов реакторов, тогда продавцы коммерческих реакторов проведут необходимые исследования. Это не сфера ответственности эксплуатирующих организаций. В Великобритании нет продавцов реакторов.
Необходимо заметить, что объемы «чистых» исследований и поддержки для реализации некоммерческих мероприятий были сокращены с момента проведения приватизации ядерного сектора в Великобритании.

Интервью взял Алексей Солдатов
Журнал «Атомная стратегия» № 20, январь 2006 г.

назад

Материалы из архива

1.2007 Про отходы, доходы и отложенные решения

Главная проблема в том, что пока никто в мире не придумал, как безопасно обращаться с ядерными отходами. Нет такой технологии. Никто не знает, что с ними делать дальше. Вот и хоронят — до лучших, как говорится, времен. Ученые, не смущаясь, называют это отложенной проблемой будущих поколений… Существует и еще один вид радиоактивных отходов, которые ввозятся в Россию – так называемые урановые «хвосты». Урановые «хвосты» хранятся в баллонах, емкость каждого более 12 тонн.

12.2007 Колонка редактора: "Инновационная среда"

О.В.Двойников, главный редактор журнала «Атомная стратегия» Как назойливые мухи зреют в массах национальные идеи, жужжат и мешают покою власти. Когда терпение наконец-то кончается, власть объявляет идею федеральной, приобщает к списку  предвыборных мероприятий и реализует на практике.

8.2008 А Дерипаска против

О.Дерипаска, основной владелец UC Rusal: - Он (Стржалковский – ред.) хороший человек, достигший многого на госслужбе, но управлять такой компанией, как “Норникель”, должен профессиональный гендиректор, разбирающийся в металлургии… Стржалковского ввели в заблуждение, дав ему понять, что нам нужны посредники. Это не так. У компании нет проблем с государством. Она платит налоги и ответственно подходит к социальным вопросам.